Робсон Кеннет

Смертельный мираж

Глава I. Снег среди лета

Патрик Бреннан, патрульный полицейский, был первым, кто увидел изображение прекрасной женщины на стекле. К несчастью, он прожил после этого недостаточно долго, чтобы отрапортовать о таком невероятном явлении.

Полицейский героически погиб при исполнении служебных обязанностей.

Валил снег. Он пошел за час до того, как очаровательная живая женщина превратилась в ужасный туманный силуэт на зеркальном стекле витрины.

Патрульный Бреннан мог бы рассказать о том, что случилось, если б выжил. Но вышло так, что полицейский остался лежать на улице. Его служебный револьвер успел дважды выстрелить. Двойную дань он взял с атаковавших, но этого оказалось недостаточно, чтобы спасти его хозяина.

Снег не является чем-то необычным в Манхеттене.

Снежные метели, подобные этой, редко, но все же случаются - в соответствующее время года. Этот же снегопад был явлением удивительным. Он был занесен в анналы метеослужбы Соединенных Штатов как никогда прежде ие отмечавшаяся причуда природы.

Близилась полночь, когда первые жгучие крупинки хлестнули по лицам людей, толпившихся на Бродвее.

Раздались удивленные голоса: - Можете себе представить?! Снежная буря!

- Ну и дела!

Такими восклицаниями была встречена пурга.

В офисе метеослужбы штата удивлялись больше, чем где бы то ни было. Седовласый, умудренный опытом синоптик разрывался между окном и своими приборами, то и дело сверяясь со всякими графиками.

- Вы только взгляните на ночную карту, - проворчал он. - Мы находимся в самой середине области высокого давления, простирающегося на сотни миль над Атлантикой. Так что этого не может быть!

- Да, карта говорит именно так, - пророкотал глубокий низкий голос. Но вещество на окне вовсе не сахарные леденцы, сэр. Я потрогал его, я его исследовал. Это снег. Вам придется составить новую карту.

Говоривший это имел право переделывать карты.

Его имя числилось среди первой десятки или дюжины наиболее известных технических специалистов мира. Кулаки этого человека были размером с голову взрослого мужчины.

Это был полковник Джон Ренвик, которого работники метеослужбы и тысячи других людей называли просто Ренни. Но для него слава отличного специалиста значила меньше, чем тот факт, что он числился среди соратников Кларка Сэвиджа-младшего, более известного как Человек из бронзы - Док Сэвидж.

- Вы правы, - ответил невысокий человек, худое лицо которого покрывала нездоровая бледность. - Это, несомненно, снег. Более того, в самом скором времени будет сильнейшая гроза.

- Да вы с ума сошли! - воскликнул седовласый синоптик. - Какая гроза? Смотрите! Ближайшая область низкого давления расположена на юге Каролины! Грозы здесь никак быть не может.

Невысокий худой человек покачал головой.

- А как может быть снежная буря среди лета?

Это был майор Томас Дж. Робертc, известный как Длинный Том. Его имя также значилось в списке соратников Дока Сэвиджа как мага электричества.

Время для снежной бури было действительно неподходящим. Стояла середина лета, а если точно - полночь, четвертое июля. Через несколько минут должно было наступить пятое июля. Так что, как утверждал синоптик, "снегопада также быть не может".

Старейший обитатель Манхеттена, он никогда не наблюдал прежде подобного явления. С тех пор, как существовало бюро погоды, не случалось такого странного феномена.

- Взгляните на это, - указал седовласый синоптик. - Весь Средний Запад охвачен самой сильной волной жары за все лето. Бостон и все районы Портленда, Мэйна сообщают о высокой температуре. Прочтите вот - в Вашингтоне и Филадельфии столбик термометра поднялся от восьмидесяти до девяноста градусов[ По Фаренгейту, т.е. примерно +45 - +50°С. ]!

Пока в бюро погоды штата регистрировали самое невероятное и фантастическое явление за всю историю метеорологии, деловая часть города быстро опустела.

Вскоре после полуночи лишь в торговых кварталах можно было заметить небольшое уличное движение.

Снег, конечно, был не настолько глубок, чтобы воспрепятствовать движению транспорта, но одетые по-летнему горожане предпочли все же убраться с улиц.

Бледные лучи фар маленького автомобиля освещали пустынный квартал поблизости от метро. Это был желтый двухместный автомобильчик, из тех, что сдаются напрокат. Когда он свернул на другую улицу, раздалось громкое "хлоп!". Несколько секунд слышалось шипение воздуха.

- Ох! - выдохнул раздраженный голос. - Я боялась, что что-нибудь такое непременно случится!

Лопнула передняя шина.

Уличные фонари высветили лицо водителя. Лицо было узкое, с тонкими чертами. Огромные глаза блестели в отраженном свете. Тонкие белые руки, сжимавшие баранку, явно не были приспособлены для того, чтобы менять спущенные колеса.

Маленькая машина уткнулась в бровку. Один бок ее осел на наметенный ветром снежный сугроб.

- Мы должны выбираться отсюда и быстро идти дальше, - сказала вторая девушка, которая сидела рядом с водителем. - Я знаю, за нами следили, когда мы покинули аэропорт. Мы должны оторваться от них.

Страх, прозвучавший в голосе девушки, был небезосновательным, так как еще два автомобиля свернули в тот же квартал. Это были черные закрытые седаны, окна которых были плотные шторы.

Стройная девушка за рулем осторожно переменила позу и с усилием открыла дверцу, преодолевая напор метели.

- Мы сделаем иначе! - воскликнула она, задыхаясь от ветра. Постараюсь успеть на метро. А ты попробуй взять такси!

Две закрытые черные машины двигались к желтому автомобильчику. Говорившая девушка нырнула в маленькую машину и схватила с сиденья небольшую сумочку-ридикюль, сплетенную из металлических колец наподобие кольчуги. Она, выскользнув наружу, споткнулась было, но выбралась на пешеходную дорожку и пустилась бежать.

- Беги в другую сторону! - крикнула она своей подруге. - И торопись! Я доставлю сообщение мистеру Сэвиджу! Я буду ждать, если ты не доберешься туда первой!

Один из двух седанов свернул к желтому автомобильчику, его невидимый водитель направил машину так, чтобы преградить путь первой девушке на пешеходной дорожке. Она подобрала свою и без того короткую юбку, и ее хорошенькие ножки засверкали шелком на бегу. Мокрый снег был так глубок, что она проваливалась в него по щиколотки.

Четверо мужчин выскочили из седана на заснеженную улицу. Держались они неестественно прямо, двигались скованно, неуклюже. Ступни их ног шаркали по земле, как будто ноги и тела отягощал чрезмерный вес.

Эти люди находились на углу между девушкой и лестницей, ведущей к метро. Выскочив из седана, они заняли позицию недалеко от середины улицы.

Рот девушки судорожно раскрылся. Ее сверкающие глаза расширились от ужаса, когда она смогла рассмотреть лица четырех людей, стоявших поперек улицы.

- О, это они! - задыхаясь произнесла она, убегая. - Я знала, что они придут!

Лица четырех мужчин были цвета тусклого свинца.

Никто, увидев их, не сумел бы передать впечатление, какое производили движения этих неуклюжих тел. В них было что-то зловещее, что-то пугающее.

Четверо шли за девушкой шаг в шаг на расстоянии нескольких ярдов. Цвет их лиц был странным потому, что на них были маски, плотно облегающие носы и подбородки. Маски покрывали щеки и, казалось, были прикреплены к плотной материи их грубой верхней одежды.

Они не демонстрировали открыто никакого оружия, лишь двое из них несли необычно выглядевшие приспособления, которые походили бы на щипцы мороженщика, если бы не длинные, в несколько футов, рукоятки.

Преследовавшие девушку люди несли эти странные приспособления на плечах, как ружья.

Девушка была уже недалеко от лестничного марша, ведущего к линии метро.

Она прошептала, как бы подбадривая себя: - Я доставлю это мистеру Сэвиджу!..

Черный седан, из которого выскочили четверо, внезапно вырвался вперед. Четверка двинулась за ним.

Машина вклинилась между ними и бегущей девушкой, которая была теперь прямо перед зеркальным стеклом витрины магазина. В нем торговали музыкальными инструментами, и двойная витрина была заполнена отблесками полированного серебра и латуни. Зеркальное стекло доходило до уровня тротуара. Тень девушки отразилась в нем, подобно призраку.

Дверца седана, двигавшегося вдоль пешеходной дорожки, с треском распахнулась. Наружу выкатился шар размером вдвое больше футбольного мяча. Шар ударился о панель пешеходной дорожки, на несколько дюймов покрытой снегом...

Снег не помешал движению сферического предмета вперед. Там, где шар касался снега, тот мгновенно таял и исчезал.

Фасады зданий, скелетообразные конструкции опоры линии электропередач метро, желтый автомобильчик и остальные машины вдруг залил фантастический зеленоватый свет. Свет был такого накала, такой интенсивности, что, казалось, превратился в нечто материальное. Создавалось впечатление, будто воздух наполнился невидимыми мельчайшими частицами.

Второй седан медленно тащился на некотором удалении по противоположной стороне улицы. Два человека выскочили из машины и побежали так, как будто в конце улицы их ждал приз. На этих людях масок не было. Их лица выглядели перекошенными и отвратительными под козырьками кепок, надвинутых на самые глаза.

Эти двое размахивали автоматическими пистолетами крупного калибра, и, похоже, стремились догнать четверых людей в свинцовых масках. Но они не стреляли.

Воздух наполнился низким-низким тихим шипением.

Катящийся шар терял скорость, заданную ему первоначальным толчком, но все же приближался к девушке.

Девушка, которая стояла теперь прямо перед зеркальным стеклом одной из витрин, закричала. Это был вопль, такой, какой издает животное, когда ему причиняют сильную боль. Только смерть могла вырвать подобный звук из человеческого горла.

Затем раздался другой, более слабый крик, показавшийся печальным эхом предсмертного вопля. Он донесся из желтого автомобильчика, который покинула первая девушка. Стройная фигурка, плотно закутанная в плащ,. выскользнула из маленькой машины. Это была другая девушка.

Сияние странного шара на пешеходной дорожке было столь ярким, что ослепляло. Два человека, вооруженные автоматами, скользили и спотыкались на снегу.

Они сыпали отчаянными проклятиями и протирали рукавами одежды слезящиеся глаза.

Стройная фигурка, выскользнувшая из машины, пересекла переходную дорожку. Она добралась до фасада здания и побежала вдоль дома. Достигнув узкого переулка, пересекавшего улицу, она метнулась в него.

Спустя несколько секунд вся улица наполнилась низким медленным шипением; казалось, невидимые частички наполнили воздух тихим потрескиванием. Светящийся зеленоватый шар придавал снегу какой-то неземной, нездешний оттенок.

С душераздирающим криком первая девушка, пытавшаяся достичь метро, исчезла у зеркального стекла высокой витрины. Пространство между витриной и опорой электролинии метро было ярко освещено. Однако девушка не достигла ступенек, ведущих к электролинии.

В течение нескольких секунд казалось, что обильно падавшие хлопья снега погребли ее. Но снег вокруг таял так быстро, как будто к нему прикоснулась расплавленная лава, и когда тротуар перед витриной стал совершенно чистым и гладким, девушки там уже не было.

Четверо мужчин в масках свинцового цвета двигались, словно автоматы. Двое, несшие клещи с длинными рукоятками, добрались до бровки тротуара. Клещами они поймали и зажали шар, выкатившийся из седана.

Теми же клещами они забросили его в распахнувшуюся дверцу машины.

Все завершилось быстро. Со скрежетом седан рванулся прочь. Водитель явно не был большим мастером своего дела, но он очень спешил покинуть место происшествия. Машину занесло на углу, следующем за линиями электроопор метро.

Патрик Бреннан, патрульный, как раз звонил по телефону из будки на углу следующей авеню, когда закричала какая-то женщина. Зубы полицейского стучали, как кастаньеты. Его легкая летняя форма совершенно не защищала его от метели. Покинув будку служебного телефона, Бреннан бросился на угол.

Свечение ослепило глаза полицейского, как вспышка фотографической лампы-молнии. Одной рукой он нащупал угол дома.

Сперва патрульный Бреннан увидел очертания желтого автомобильчика. Он чуть не споткнулся о него.

Нога его ударилась о бровку тротуара. Каблуком Бреннан постучал по машине. Его взгляд упал на витрину музыкального магазина. На мгновение он ошеломленно уставился на нее, его нижняя челюсть отвисла.

Два человека из второго седана, стоявшие по другую сторону автомобильчика, бросились бежать. В руках у них были пистолеты-автоматы. Оба спотыкались на бегу так, как будто ничего не видели.

- Остановитесь, эй, вы, двое! - рявкнул патрульный Бреннан. - Что все это значит? Стойте, говорю!

Со стороны полицейского это было ошибкой. Его голос указал двум полуослепшим белолицым мужчинам, где находится цель. Их руки взметнулись вверх, и автоматы выпустили по скупой очереди.

Патрульный Бреннан согнулся и закашлялся. Все пули автоматной очереди попали в цель. Но хотя его большое тело медленно оседало, рука патрульного Бреннана была тверда.

Загромыхал его служебный револьвер, и оба бегущих покатились на снег. Один остался лежать. Тело второго судорожно дергалось. Патрульный Бреннан стоял теперь на коленях. Он был не в состоянии подняться во весь рост и поэтому пополз. Царапая землю, то и дело останавливаясь, он полз по улице ко второму седану.

Водитель этой машины даже не подумал подобрать валяющиеся на улице тела. Седан, как бы насмехаясь, удалялся. Патрульный Бреннан поднял свой револьвер.

Его палец лег на спусковой крючок. Но силы покидали раненого.

Багровая струйка стекала с губ полицейского. Она окрасила снег, образовав круглую лужицу вокруг его головы.

Желтый автомобильчик стоял одинокий и пустой.

Только три тела остались лежать темными бугорками на улице. Продолжавшийся снег постепенно окрашивал их в белый цвет.

В том месте, где перед зеркальным стеклом витрины музыкального магазина была настигнута взрывом женщина, чернело пятно. Тротуар выглядел так, как будто по нему провели раскаленным железом.

Тела ее нигде не было видно.

На пешеходной дорожке перед музыкальным магазином, прямо перед витриной из зеркального стекла, валялась сумочка, сплетенная из металлических колечек.

Сумочка была раскрыта. Из нее выскользнул маленький автоматический пистолет. Такие малокалиберные пистолеты носят для самозащиты женщины.

Сверкающей кучкой лежала дюжина блестящих пуговичек. От них исходило зеленоватое свечение.

Колечко с бриллиантом подкатилось к самому краю бровки. Дорогие наручные часы и пара сережек с изумрудами лежали у витрины музыкального магазина.

От очаровательной молодой женщины, которую украшали все эти ювелирные изделия, не осталось ни малейшего следа.

Глава II. "Корпус деликти" на стекле

Жилистые руки цвета бронзы проворно двигались среди разнообразных блестящих инструментов и приборов, прикрепленных к панели из черного мрамора. Слабый свет расположенных на панели лампочек отражался в золотистых, имеющих какое-то необычное выражение глазах. Искорки света играли в зрачках Бронзового человека, как будто затеяли там хоровод.

Загорелая кожа мускулистой шеи Дока Сэвиджа почти сливалась с волосами такого же цвета. Он настолько сосредоточился, что замер неподвижно, и его голова напоминала голову высеченной из камня статуи.

- Вне всякого сомнения, снежная буря локализовалась на территории Нью-Йорка, - констатировал Бронзовый человек. - Но, возможно, подобные явления можно наблюдать и в других, удаленных друг от друга точках. Она говорила, что могут быть внезапные изменения погоды.

Слова Бронзового человека, сказанные скорее задумчивым, чем утвердительным тоном, были обращены к трем его товарищам, находившимся рядом с ним. В течение примерно получаса Док изучал причудливую июльскую пургу. При помощи радио и других средств связи он проконтролировал множество далеко отстоящих друг от друга районов мира.

Научное оборудование на восемьдесят шестом этаже, где расположилась резиденция знаменитого искателя приключений, было выполнено по его проекту. Одним прикосновением пальца Док Сэвидж мог связаться почти с любой географической точкой планеты.

Джонни, никогда не произносивший коротких слов там, где можно было использовать длинные, был занят возней с радио.

- Этот барометрический феномен, несомненно, имеет своей причиной солнечные пертурбации, выходящие за рамки обычно наблюдаемых, - заметил этот эрудированный геолог и археолог группы Дока Сэвиджа.

- Что означает солнечные пятна, Монах, если пользоваться простыми словами, опустившись на уровень понимания мартышки, - ухмыльнулся Хэм, сбивая щелчком легкую пылинку с рукава костюма, сшитого по последнему слову моды.

Широкое тело Монаха почти заполняло весь проем одного из открытых окон. Его фигура была примерно одинаковых размеров что в ширину, что в длину. Он обернулся, и его маленькие глазки сверкнули под выступающими надбровными дугами. Волосы цвета ржавчины топорщились подобно подстриженной проволоке вокруг его ушей и на шее, покрывали руки. Они напоминали взъерошенный мех.

От негодования Монах затрясся всем телом. Волосатыми руками он соскребал снег с оконной рамы.

- Не пройдет и минуты, как один помешанный стряпчий помчится покупать в магазине новый пижонский костюмчик! - фыркнул он.

Хэм, бригадный генерал Теодор Марли Брукс, один из самых ловких юристов, когда-либо кончавших Гарвард, и Монах, подполковник Эндрю Блоджет Мейфейер, знаменитый- химик, считали день потерянным, если им не удавалось обменяться ядовитыми репликами.

Джонни продолжал свои наблюдения за погодой.

Высокообразованный геолог был высок и тощ, как человек на грани полного истощения. Под своим настоящим именем Вильям Харпер Литтлджон он был избран руководителем одной из самых престижных кафедр знаменитого университета. Он выражался односложными словами только тогда, когда бывал чем-то взволнован или глубоко оскорблен.

- Она говорила, что будут внезапные погодные изменения, - повторил Док Сэвидж, взглянув на барометр, висевший на черной мраморной доске.

Хотя повторенное замечание было весьма загадочным, никто из трех собеседников не спросил, что оно значит.

Бронзовый человек все объяснит в свое время.

В это время снежный буран как раз достиг своего апогея. Снег со свистом проносился мимо стоящего у открытого окна Монаха. Величественный небоскреб с его устремленными в небо башнями, казалось, колебался и раскачивался под порывами ветра.

Зазвонил телефон. Док Сэвидж оторвался от приборов. Джонни мгновенно подключил отводную трубку.

Это было одно из изобретений доктора Сэвиджа, позволяющее моментально определить номер телефона, с которого звонили.

Но на этот раз это был всего лишь Ренни, звонивший из метеобюро штата. Бронзовый человек послал его вместе с Длинным Томом провести дополнительные наблюдения за удивительным явлением. Док Сэвидж обычно не уделял особого внимания таким вещам, как погода, но еще до начала снежного бурана у него возникли основания не пропустить ни одной мелочи, которая могла оказаться ценной.

- Тут скоро начнутся бурные электрические разряды атмосферы, произнес Док, заканчивая беседу с Ренни. - Таков прогноз Длинного Тома. Бюро погоды выражает сомнение, но вывод Длинного Тома совпадает с моими собственными наблюдениями.

Док взял две желтые ленточки со стола. Это было телеграфное сообщение. Он так внимательно изучал его, как будто читал что-то между строк.

Одна телеграмма была из Лос-Анджелеса. Она гласила: СМЕРТЬ УГРОЖАЕТ МНОГИМ ЛЮДЯМ ТЧК БЕДСТВИЕ МОЖЕТ ГРОЗИТЬ ВСЕМУ МИРУ ТЧК МОЖЕТЕ ЛИ ВЫ НАМ ПОМОЧЬ ТЧК ПО ПУТИ Я УВИЖУ ВАС СЭТИРА ФАЗЭРАН Второе послание было отправлено из Чикаго всего на десять часов позже первого. В нем значилось: УЗНАЛА ВЫ В СМЕРТЕЛЬНОЙ ОПАСНОСТИ ТЧК БЕРЕГИТЕСЬ ЛЮДЕЙ С ТЕМНОЙ КОЖЕЙ ТЧК ДОЛЖНА ОТПРАВИТЬСЯ В СИРИЙСКУЮ ПУСТЫНЮ ТЧК БУДЬТЕ ВСЕ ВРЕМЯ НАЧЕКУ ПОКА Я НЕ ДОБЕРУСЬ К ВАМ ТЧК ВНИМАТЕЛЬНО СЛЕДИТЕ ЗА ИЗМЕНЕНИЯМИ ПОГОДЫ СЭТИРА ФАЗЭРАН - Сэтира Фазэран, - произнес Док вслух. - Это, должно быть, сестра Дэнтона Картериса.

Джонни внимательно разглядывал телеграммы. Огонек интереса блеснул в его проницательных глазах.

- Леди Фазэран? - переспросил он. - Ну конечно же, это она, фамилия очень редкая. Она сестра первооткрывателя бренных останков суперцивилизации хеттов. - Затем он добавил: - Как я завидовал этому малому, Дэнтону Картерису! Но возникали ли какие-нибудь вопросы в связи с его смертью, Док? Действительно ли он умер?

- Дэнтон Картерис исчез во время следующей экспедиции после того, как он открыл древнюю столицу хеттов, - ответил Док. - Но информация, полученная его друзьями, свидетельствовала: он был уверен, что они отправляются на верную гибель, поэтому сделал все необходимые распоряжения на случай своей кончины.

За открытым окном, словно гигантский стремительный меч, внезапно сверкнула молния. Сразу же вслед за ней грянул гром, точно взрыв, потрясший башню небоскреба.

- И она написала, чтобы мы следили за изменениями погоды, - задумчиво произнес Док. - Последние сводки говорят о беспрецедентной буре в северной Сирии, Евфрат поднялся на двадцать три фута выше рекордной отметки уровня воды.

- Проклятие! - взорвался Монах. - Как это возможно? Неужели вы верите, что эта дама, находясь в полдень в Чикаго, точно знала, какая погода наступит тут сегодняшним вечером?

- Похоже, что так оно и есть, - ответил Док. - Но с минуты на минуту мы сможем услышать об этом из уст самой леди Фазэран.

Бронзовый человек, говоря так, не пытался продемонстрировать свою сверхъестественную проницательность.

Он просто прикинул время полета из Чикаго в Нью-Йорк.

Снова раздался телефонный звонок. Джонни поднял отводную трубку. Слегка искаженный на линии возбужденный женский голос поздоровался с Доком Сэвиджем.

- Мистер Сэвидж? Я пыталась добраться до вас...

Женщина говорила сбивчиво, как будто подыскивала слова.

- Меня преследуют... Не могу сказать вам больше... Я...

- Где вы? - спросил Док Сэвидж.

- Тридцать третья улица, недалеко от...

Голос захлебнулся в сдавленном стоне. В трубке послышались два резких щелчка, похожих на звук переламываемой сухой палки. Теперь в ушах Бронзового человека раздавался только тихий гудок отсоединенного телефона. Трубка на другом конце линии не была положена на рычаг. Док понял, что шнур был внезапно оборван.

- Ты установил номер? - быстро спросил он.

- Телефон-автомат, - ответил Джонни, протягивая адреса нескольких расположенных поблизости друг от друга кабин.

- Оставайся, Джонни, пока здесь, - распорядился Док. - Будь готов принять посетителей. Остерегайся любого, кто похож на азиата. Монах и Хэм пойдут со мной.

Док не задержался, чтобы вооружиться, так как никогда не носил пистолет. Его люди были снабжены супероружием, изобретенным им самим и представлявшим собой удобные портативные пистолеты-пулеметы, заряженные усыпляющими пулями.

Специальный лифт Дока с огромной скоростью прошил все восемьдесят шесть этажей.

Из лифта все трое быстро прошли в подземный гараж, расположенный в подвальных этажах. Автомобиль с кузовом типа родстер внешне выглядел, как обычная машина.

Но пули могли только выбивать барабанную дробь по его бронированному кузову или скользить по пуленепроницаемому стеклу.

Когда Монах сел за руль, Док проинструктировал его: - Не давай им ни единого шанса. Возможно, мы столкнемся с чем-то более серьезным, нежели можно предполагать.

Монах был искусным водителем. Машина с ее мощным супердвигателем прошла впритирку со стальной колонной, поддерживавшей эстакаду метро. Казалось, Монах был в состоянии оценить место, где могла пройти машина, с точностью до дюйма. Стальная колонна на мгновение коснулась одежды Бронзового человека, стоявшего на подножке.

Монах свернул на улицу, вдоль которой шла линия метро. Он мчался по кварталу, стремясь поскорее добраться до кабины телефона-автомата, которую засек Джонни. Улица была почти пуста. Лишь маленький желтый автомобиль прижался к одной из бровок тротуара.

Его передняя часть осела, как будто машина попала в аварию.

Очевидно, женщина позвонила уже после того, как патрульный Бреннан умер на снегу. Тела остались незамеченными ею.

Монах резко затормозил.

- Святые угодники! - пронзительно завопил он. - Да тут горы снега и трупов!

Док Сэвидж был на подножке автомобиля еще прежде, чем тот остановился. Его рука быстро стряхнула снег с мундира патрульного Бреннана. Полисмен лежал в такой позе, как будто продолжал ползти к тем, кто стрелял в него.

Бронзовый человек видел, в каком положении лежат два других трупа. Он обратил внимание, что они все еще сжимают в руках автоматы.

- Храбрый коп, - пробормотал Док. - И... парочка крыс Вайти Джейно.

Монах и Хэм вышли вслед за ним.

- Эти двое - Крипер Хоган и Слим Декарро, - произнес Док. - Оба они профессиональные убийцы. Я не знал, что Вайти Джейно использует для заурядных дел гангстеров с автоматами.

- Этот коп их достал. Шел прямо на них, - сказал Монах.

- Да, - ответил Бронзовый человек, - а потом они застрелили его.

Он не объяснил, откуда он это узнал, так как уже шел к желтому автомобильчику. В течение двух секунд Док стоял, глядя на него.

Непонятно откуда донесся тихий свистящий звук. Он напоминал то гудение ветра в проводах, то пение какой-то экзотической тропической птицы. И хотя губи Дока оставались неподвижными, звук этот исходил именно от него. Это был признак того, что Бронзовый человек чрезвычайно сосредоточен.

Монах и Хэм стояли рядом с ним. Док медленно двинулся вдоль пешеходной дорожки по направлению к лестнице, ведущей к эстакаде метро.

- Этот снег, - сказал он, ковыряя носком тонкую пленку, - лежит здесь всего несколько минут. Первый снег сошел, а новый не успел еще даже покрыть дорожку от основания до края тротуара.

Широкое пространство перед фасадом музыкального магазина почернело. Высохшая часть улицы была явно покрыта снегом, выпавшим позже.

В этот момент грянул гром. На верхушках небоскребов огненными вспышками заиграли молнии. В промежутках между ними фасады зданий светились Зеленоватым сиянием.

.- Док задержался перед одной из витрин музыкального магазина. Отбросив в сторону свеженаметенный снег, он поднял женскую сумочку, сплетенную из блестящих колечек. Его пальцы коснулись холодного металла маленького автоматического пистолета.

Ои взял в руки пистолет и сумочку.

- Здесь инициалы: "С.Ф.", - заметил он, ощупывая серебряные буквы, вытисненные на боку сумочки. Затем Дек извлек одну из нескольких карточек, находившихся внутри сумочки.

- Леди Сэтира Фазэран, - прочел он вслух.

-Проклятье! - завопил Монах со стоном. - сдается, эти трущобные подонки утащили леди. Посмотри-ка, Док!

Док Сэвидж уже увидел то, что вырвало из груди Монаха протяжный стон. Монах уставился на пару сережек и дорогие наручные часы.

- Должно быть, сорвали с женщины ее драгоценные украшения, а потом уронили их, когда коп начал сажать в них пули, - заметил Хэм. - Вот одно из ее колец.

Он обнаружил бриллиантовое кольцо, сверкавшее в снегу недалеко от бровки.

- Думаю, что нет, - сказал Бронзовый человек. - Обратите внимание на это своеобразное свечение. Это не из-за снега.

Флюоресцирующее свечение все еще держалось над улицей. Казалось, какое-то светящееся вещество вроде соединений сульфида или цинка разлилось по улице, рассыпалось повсюду.

Снова дрожащая трель наполнила окружающее пространство. Только в минуты величайшего напряжения Док издавал такой звук. Бронзовый человек застыл в неподвижности. Его глаза проследовали к точке, где сфокусировалась наибольшая яркость странного свечения.

- Святые угодники! - воскликнул Монах. - Будь я проклят, если поверю своим глазам! Хэм, ты видишь это? Там, на. витрине?

- Вы действительно видите это, - подтвердил Док. - Точнее, вы видите ее.

Поезд метро остановился с грохотом и лязгом. По лестнице спустилось несколько человек. С двух сторон завывали полицейские сирены. Патрульная машина с ревом ворвалась в квартал, и ее водитель заметил группу Дока, стоящую у фасада музыкального магазина.

Инспектор Кэрнахан был краснорожим холериком.

Сопровождаемый четырьмя полицейскими, он спрыгнул на снег. Минутой позже он орал, отдавая приказы:

- Окружить квартал! Это Слим Декарро и Крипер Хоган из чертовой банды Джейно! Они подстрелили одного из ребят! Здесь, вероятно, была целая шайка бандитов! Ага, и вы здесь, Сэвидж! Что вас сюда привело, неужели только из-за этой пустяковой стычки бандитов вы сюда притащились?

Краснолицый инспектор враждовал с Бронзовым человеком.

- Ну конечно, - невозмутимо сказал Док.

- Тогда что вы об этом скажете? - требовательно спросил Кэрнахан. Кто пришил киллеров Джейно? И как случилось, что они оставили своих крыс валяться на улице?

- Здесь не было потасовки между бандитскими шайками, инспектор, сказал спокойно Бронзовый человек. - Здесь убили женщину.

- Женщина! Какая женщина? - пролаял Кэрнахан. - Где она?

- Прямо перед вами, - указал Док. - На стекле витрины.

- На стекле... Убитая женщина... Рассказывайте сказки! Вы тут, должно быть, ерундой занимаетесь все время! - взревел инспектор, и кровь бросилась ему в лицо, от чего оно стало свекольного цвета. - Что вы выдумываете... Господи, святой Петр-заступник! О'Мэлли, Коннорс, сюда!

Детективы О'Мэлли и Коннорс приблизились, вытаращив глаза и издавая какие-то сухие, кашляющие звуки.

- Во имя всех святых! - прошептал один из яих. - Ничего нет, только какой-то снимок!

Это в самом деле был только снимок. Но если так, то сделан он был самым необычным рентгеновским аппаратом. На толстом зеркальном стекле была запечатлена какая-то бегущая женщина. Больше всего это изображение напоминало силуэт, выполненный в черном цвете. Ему недоставало световых нюансов, плавных переходов от черного к белому, свойственных обычной фотографии.

Но отпечаток был натурального размера, как если бы тело женщины стало плоским и впечаталось в стекло, слилось с ним. Одна ее тонкая рука была протянута вперед так, будто отражала удар или пыталась защититься от какой-то смертельной опасности.

Инспектор Кэрнахан недоверчиво потер рукой стекло.

Поверхность его была гладкой, неповрежденной.

- Надо открыть эту дверь! - отрывисто бросил он. - Взломайте замок или разбейте окно, но войдите внутрь! Посмотрим, что это за чертовщина! Сэвидж, будьте поблизости! Я хочу поговорить с вами!

Кэрнахан, по всей видимости, был единственным из полицейских инспекторов Нью-Йорка, не питавшим должного уважения к репутации Дока Сэвиджа. Так уж случилось, что это была первая встреча холерика мистера Кэрнахана и Человека из бронзы.

Когда замок был сломан и Кэрнахан самолично влез в витрину, инспектор обнаружил, что ничуть не продвинулся в своих поисках. Изнутри зеркальное стекло было таким же гладким, как и снаружи.

- Но этой бабы, что здесь, раньше никогда не было на этой витрине, заявил детектив О'Мэлли. - Я в этом магазине был вчера пополудни, покупал моему парню губную гармошку. И стекло было чисто, как слеза!

Инспектор Кэрнахан был далек от того, чтобы успокоиться. Он снова накинулся на Дока Сэвиджа.

- Эта чертова картинка в витрине еще ничего не значит, Сэвидж. И почему вы думаете, будто убили какую-то женщину? Где эта женщина? Где вещественные доказательства, "корпус дедикти"?

- Вам вовсе не нужно искать еще какие-то доказательства, кроме этой витрины, инспектор, - серьезно заявил Док. - Прямо перед вашими глазами, на этом стекле находится ваш "корпус деликти".

Глава III. Люди с темными лицами

Кожа на лице инспектора Кэрнахана стала напоминать готовый вот-вот лопнуть воздушный шарик.

- О'Мэлли! Коннорс! - пролаял он. - Охраняйте эту чертову витрину, пока у меня не будет больше людей! Я устрою хорошенький переполох Вайти Джейно! Думаю, этот болван дошел до вооруженного грабежа и поставил себя на ступеньку ниже!

Инспектор Кэрнахан предполагал, что тут был замешан его старый знакомый, Вайти Джейно, Белобрысый Джейно, ставший мошенником высокого ранга. Его досье гласило, что он имел две судимости, что перешел от вооруженного вымогательства, которым с удовольствием прежде занимался, к хитроумному игорному бизнесу.

И перебрался Вайти Джейно из малины в трущобах Ист-Сайда в роскошный особняк на крыше небоскреба по соседству с Централ-Парком.

Пока инспектор Кэрнахан ломал себе голову над загадкой появления в витрине отпечатка убитой, Док Сэвидж незаметно проскользнул в маленький желтый автомобильчик. Он был очень осторожен, стараясь не сдвинуть подушки единственного широкого сиденья.

Из маленького флакона, который он достал из внутреннего кармана, Бронзовый человек рассыпал какой-то сероватый порошок, покрывший сидение от одного края до другого. Почти сразу же плюш подушек начал светиться странным желтым сиянием. Было видно, как примятый ворс плотного плюша медленно возвращается в свое первоначальное состояние.

По отпечаткам на ворсе Док установил, что в маленьком автомобильчике находилось три человека. Небольшая табличка внутри салона сказала ему, что автомобильчик был взят напрокат. Записав имя владельца прокатной конторы, он вылез наружу.

Перейдя улицу, Док прошел вдоль бровки тротуара до угла, за которым проходило метро, потом медленно вернулся по тротуару к фасаду музыкального магазина.

Теперь он знал, что здесь, кроме желтого автомобильчика, были еще две машины, когда разыгралась драма убийства женщины.

Монах и Хэм все еще были заняты рассматриванием изображения на витрине. Док быстро подошел к ним.

- Оставайтесь здесь, - распорядился он. - Не допустите, чтобы со стеклом что-нибудь случилось. Полиция, скорее всего, не обнаружит ничего, кроме этих тел на улице. Будьте здесь до тех пор, пока группа медэкспертов не решит, что делать с этим отпечатком.

Инспектор Кэрнахан не заметил, что Док отдалился от небольшой группы людей, собравшихся у витрины.

Бронзовый человек проскользнул в ближайший переулок.

На углу стояла телефонная будка, из которой прозвучал отчаянный голос женщины. Док знал, что звонок по времени должен был почти совпасть с выстрелами и убийством.

За мгновение до того, как он должен был выбраться на примыкающую улицу, Док вдруг резко остановился в темноте переулка. Какие-то белесые тени вдруг пересекли это мрачное пространство.

Фигур было несколько. Двигались они бесшумно, подобно призракам. Казалось, они одеты в белые саваны.

Краем глаза Док заметил красный стоп-сигнал автомобиля, стоявшего в глубине переулка.

От стоящего невдалеке в переулке автомобиля донесся звон бьющегося стекла. Полдюжины одетых в напоминающие саваны одежды людей окружали машину. Из нее вытащили какую-то стройную женщину и отшвырнули к стене дома в переулке.

- Ты, черный дьявол! - выкрикнул низкий голос. - Я пристрелю тебя!..

Огромный нож вдруг сверкнул дугой, рассекая воздух.

Грубый крик завершился диким воплем боли. Потом кто-то заорал: Хватай черного дьявола! Хватай его, Курт! Он отрубил мне руку!

Док преодолел расстояние, отделявшее его от переулка, с быстротой и бесшумностью рыси. Четверо людей убегали врассыпную от машины, из которой вытащили и отбросили к стене женщину. Света было достаточно, чтобы заметить блеск их пистолетов.

Кричавший человек вскочил на подножку автомобиля.

У его ног брякнулся о землю автомат. Правая рука его была начисто срезана чуть выше кисти. Вероятно, он пытался воспользоваться этим автоматом.

Прежде чем Док сумел решить, где и кому больше всего нужна его помощь, другой человек, стоявший у машины, вдруг странно захрипел и опрокинулся.

Длинный кинжал рассек живот этого человека. Лезвие погрузилось глубоко и распороло его насквозь. Размахивающий огромным кинжалом человек нацелился в шею парня, который в отчаянья пытался заставить работать заевший автомат.

Док налетел, как бесшумный ураган. Его мускулистая бронзовая рука взметнулась со скоростью света. Высокая фигура, размахивавшая ножом, перекувыркнулась, сделав полное сальто, через плечо Дока. Оружие звякнуло о брусчатку.

Вдруг Бронзовый человек получил прямой удар в голову. Нечто так сокрушительно обрушилось ему на основание черепа, что на какое-то время Док потерял сознание. Только собрав всю свою волю, он сумел остаться на ногах.

Двое белых, по всем признакам, гангстеров, затаскивали тело убитого назад в машину. Человек с отрубленной рукой завернул свою культю в полу собственной рубахи. Темнокожие "призраки" немного отступили.

Высокий человек, которого Док только что перебросил через плечо, подобрал свой огромный смертоносный клинок.

Человек этот был, вероятно, предводителем. Он закричал на каком-то странном гортанном наречии:

- Зишахам бисм эр Расуль!

Это был язык арабов-бедуинов, живущих в пустыне.

От племени к племени на обширных выжженных пространствах Аравии арабский язык понемногу изменяется.

Обладая всеобъемлющими знаниями и феноменальной памятью, Док Сэвидж, зная почти все живые языки, сразу же понял смысл сказанного.

Высокий человек кричал: "Убивайте, во имя Пророка!"

Вдруг другой голос произнес нечто более миролюбивым тоном. Он говорил по-арабски, но Док уяснил, что это значит:

- Ну, хватит!

Спокойный голос прозвучал властно.

Док оставался неподвижным. Все, что он увидел и услышал, произошло за какие-нибудь тридцать или сорок секунд. Но Бронзовый человек приучил себя замечать и различать мельчайшие подробности.

Высокий предводитель темнокожих людей не был чистокровным бедуином. Все нападавшие на белых гангстеров носили традиционные одеяния пустыни. Их ниспадающие свободными складками аббы напоминали длинные плащи из верблюжьей шерсти, скрывающие их до самых пят.

Их головные накидки снежно-белого цвета, под названием "кейфих", опускались на плечи.

Но абба их высокого предводителя была богато расшита золотом. Док знал: в Сирии такое украшение значит, что носящий его человек является любимым невольником шейх-ин-шейха, вождя племенного союза.

По рангу такие рабы стоят гораздо выше обыкновенных невольников. Некогда они пользовались репутацией неустрашимых воинов. Огромный нож, отсекший руку белому гангстеру, был сверкающим кривым ятаганом.

Его серебряные ножны висели на поясе предводителя.

Рукоятка ятагана была украшена ярко блестевшими самоцветами.

В ходе этой короткой схватки один человек был убит, а второй серьезно искалечен. От момента, когда Док появился в переулке, до того времени, когда автомобиль с гангстерами умчался прочь, прошло, вероятно, меньше двух минут.

Теперь Док Сэвидж пытался найти причину этого столкновения. Было ясно, что белые в автомобиле - это прожженные бандиты. Но тем не менее схватка оставалась загадочной.

Женщина все еще была здесь. Оставшийся неподвижным Док видел белевшее во мраке переулка лицо, похожее на матовый цветок. Рядом с ней стоял еще кто-то. Предводитель бедуинов выкрикнул какую-то гортанную команду. Бедуины двигались быстро и бесшумно.

Их длинные аббы делали их похожими на скользящих по переулку призраков, которые постепенно таяли, не издавая ни звука во мраке.

Человек из бронзы позволил им уйти. Он мог бы сейчас с успехом выдержать схватку даже с вооруженными кинжалами арабами. Но сейчас возникла другая безотлагательная проблема. Женщина, которая наверняка была рядом с той, что превратилась в тень на стекле.

Док подошел к ней.

- Вы - та самая женщина, которая звонила мне, - утвердительным тоном произнес он. - Потом вас схватили и притащили сюда. В этом есть что-то загадочное. Насколько я понимаю, бедуины, которым я позволил уйти, являются вашими друзьями.

Карманный фонарик-динамка жужжал в руке Дока, испуская луч света. Женщина, появившаяся в ярком белом пятне его, была прекрасна, несмотря на свой небольшой рост.

Она держалась с достоинством, хотя в ее лице не было ни кровинки и оно было бледным до прозрачности.

Кожа ее напоминала чудесный бархат. Глаза темно-золотистого оттенка, не похожего, однако, на цвет глаз Дока Сэвиджа, расширились при взгляде на него.

- Вы - мистер Сэвидж, тот самый Док Сэвидж! - сказала она утвердительно, без малейшей вопросительной интонации. - Невозможно ошибиться, увидев вас. Да, это я -вам звонила. Вы прибыли вовремя.

- Вы сказали, что вас схватили, когда вы звонили по телефону, произнес Бронзовый человек. - Итак, эти бедуины - ваши друзья, - повторил он.

- Я этого не говорила, - удивленно сказала женщина. - Я увидела арабов только здесь. О том, что здесь произошло, я знаю не больше вашего. Меня похитили люди, сидевшие в автомобиле, который только что уехал.

Рядом с женщиной стоял какой-то человек. До сих пор он не произнес ни слова. У него было удлиненное, невероятно худое лицо. Казалось, он нездоров.

"Этот человек перенес тропическую лихорадку, - сразу же сделал вывод Док. - Он жил в джунглях или в пустыне".

- А вы?.. - Док адресовал свои слова мужчине.

- Я? - переспросил человек с нездоровым цветом лица. - Просто случайно проходил мимо. Я бывал в Сирии, но странно было увидеть в центре Нью-Йорка этих людей, одетых в их национальные одежды. Кроме того, среди них я заметил знакомые лица.

- Но, - продолжал спрашивать Док, - не назовете ли вы себя?

- О, простите, - немедленно вмешалась женщина с золотистыми глазами. Я думала, что вы знаете. Я - Сэтира Фазэран. Вы, конечно, получили мою телеграмму?

Какую-то секунду Док Сэвидж стоял, не отвечая женщине. Его странноватые золотые глаза поймали взор серый очей изможденного человека. Это заставило того ответить на невысказанный вопрос.

- А меня зовут Карсон Дэрналл, - сухо сообщил он хрипловатым голосом. -- Это замечательное стечение обстоятельств, что я оказался здесь. Я был одним из помощников Дэнтона Картериса в Сирии до того, как он умер. Только дважды мне приходилось встречаться с леди Фазэран. В первый раз я принес ей весть о смерти ее брата. Следуя сейчас за бедуинами, я и мысли не допускал, что это приведет к такой удивительной встрече.

- Действительно замечательное стечение обстоятельств, - невозмутимо произнес Док Сэвидж. - Как только я поговорил с леди Фазэран, я немедленно отправился сюда, но не сразу нашел улицу, откуда она звонила. Это привело к небольшой задержке.

Бронзовый человек развернул веером несколько маленьких белых карточек, которые он держал в руке.

На них было четко отпечатано какое-то имя. Он осветил их лучом карманного фонарика.

- Тогда это, я полагаю, принадлежит вам, леди Фазэран? - спросил Док.

Ее золотистые глаза расширились. Изящными, тщательно ухоженными пальцами она коснулась визитных карточек.

- Да, о да! - выдохнула она. - Это мои! Ах, так вы, значит, нашли Мэриан? Она по ошибке схватила мою сумочку. Мы пытались добраться до вашей резиденции, мистер Сэвидж. Но обнаружили, что за нами следят.

- Вы разделились, когда покинули желтый автомобиль?

- Да, да! Так и было. Мы решили добираться к вам разными путями. Мэриан - это моя секретарша. Она побежала к метро. Она добралась потом до вашей конторы? Где она?

- Что случилось, когда вы оставили автомобиль? - уклонился от ответа Док.

- Почему вы... Хорошо, я скажу... какой-то странный ослепительный свет. В течение короткого времени я ничего не могла видеть. О, мистер Сэвидж, я так много должна вам рассказать относительно... Я кое-что узнала о...

- Позже, леди Фазэран, - прервал ее Док. - Что еще случилось с вашей машиной?

- Это все, что я могу вспомнить. Там еще были недалеко две другие машины, и шли какие-то люди, перед тем, как появился этот свет. Я видела там четверых. У них были безжизненные серые лица. Как будто они были сделаны из свинца...

- Они схватили вашу секретаршу?

- Нет-нет! Я ничего не могла видеть, потому что меня ослепил этот внезапно вспыхнувший свет! Думаю, Мэриан поднялась по лестнице, ведущей к метро, но я не уверена в этом. Потому что я убежала и воспользовалась первым же телефоном, который сумела найти!

- Мы отправимся в мою резиденцию, - заявил Док. - Лучше всего нам пройти на другую улицу и взять такси.

- Так Мэриан там?

- Нам лучше уйти отсюда, - угрюма сказал Док. - Боюсь, что ваша секретарша не придет.

- О! Вы полагаете, что ее похитили? Ее забрали отсюда?

- Да, ее взяли отсюда, - это было все, что счел нужным сказать Док.

Карсон Дэрналл прикоснулся к плечу Дока, когда они вышли на прилегающую улицу.

- Уверен, что кое-что я знаю об этом и, вероятно, могу вам оказаться полезным, - заметил он, понизив голос.

Часом позже полиция заполучила в свое распоряжение отрубленную человеческую руку. Прежде она принадлежала Ранту Дэйвису. Рука была найдена в том самом переулке.

Рант Дэйвис был известен как главный подручный Вайти Джейно до того, как Джейно прекратил заниматься вооруженным грабежом и превратился в почтенного, состоятельного человека.

Глава IV. Покушение на витрину

Невзирая на необычайный снег и ранний час, в квартале собралась толпа зевак. Усиленный наряд полиции удерживал слишком любопытных, не давая им зайти на тротуар. Шесть дюжих полисменов несли дежурство перед "снимком убитой" особо тщательно.

Среди зевак сновал тонконогий юноша. На его узком лице были хищные глаза-бусинки, он передвигался какой-то крадущейся походкой, останавливаясь то тут, то там и вытирая тыльной стороной ладони, довольно-таки грязной, кривящийся в гримасе рот.

Гроза начала бушевать с еще большей яростью.

Молнии озаряли фасады небоскребов. Снег сменился дождем. Температура воздуха поднималась.

Узколицый юноша носил низко надвинутую на крысиное лицо кепку. Одна рука его все время находилась за отворотом куртки, которую трепал ветер. Он протиснулся сквозь толпу зевак к самой витрине со "снимком убитой".

Аронсон, владелец музыкального магазина, наседал на инспектора Кэрнахана.

- Вы не имеете права держать этих копов перед моим магазином, когда наступило время торговли, - жаловался толстый музыкант.

- Я могу держать копов по делам службы до тех пор, пока луна не станет такой же зеленой, как этот чертов свет, который разлит тут повсюду, отвечал инспектор Кэрнахан.

Следуя инструкциям Дока, Монах и Хэм оставались на своем посту. Им было велено охранять витрину.

Начал барабанить дождь. Его струйки стали проникать сквозь элегантный летний шедевр портновского искусства, бывший на Хэме. Юрист перешел под узкий навес.

Злорадная улыбка появилась на грубо вытесанном лице Монаха.

- Если бы вы, адвокат, имели обыкновение носить одежду, похожую на ту, что носят мужчины, а не пижоны с Пятой авеню, вы бы не боялись легкой сырости, - сказал Монах.

- А если бы у меня был костюм из обезьяньего меха и твоя физиономия впридачу, я вернулся бы в джунгли и вообще не носил никакой одежды, возразил Хэм нарочито оскорбительным тоном. - Кроме того, я думаю...

Вежливая реплика Хэма навсегда осталась неоконченной.

- Проклятие! - завизжал Монах. - Гляньте-ка!

Обезьяноподобный химик метнулся вперед и в сторону. Тяжелый снаряд летел по воздуху. Это был молот с тупой цилиндрической головкой. Он был с силой брошен прямо в изображение убитой женщины на зеркальном стекле.

Монах попытался поймать молот, но его усилия были тщетны. Увесистый "снаряд" пронесся вперед. Толстое стекло разлетелось вдребезги, и острые, как бритва, осколки посыпались на тротуар.

- Черт! Док захочет кое о чем поговорить с этим парнем! Мы поймаем его! - закричал Монах и бросился вдогонку за узколицым юношей с крысиным лицом. .

Посмертный отпечаток женщины на стекле избежал разрушения. Хотя Монах и потерпел неудачу в своей попытке поймать брошенный молот, его рука изменила направление его полета. Увесистое железо раздробило зеркальное стекло следующей витрины, расположенной рядом.

Метнувший молот юноша увеличил скорость. Мчась по переулку, он пересек три улицы и вбежал в проход четвертого, считая от музыкального магазина, квартала.

Вплотную к стене из гладкого кирпича, расположенной у входа в переулок на Четвертой улице, стоял черный закрытый седан. Несомненно, это была та самая цель, к которой стремился метатель молота. Он бежал прямо к стоящей машине.

Хэм и Монах повернули вслед за ним и побежали к автомобилю.

- Зишахам бисм эр Расуль! - проскрежетал чей-то голос.

Подобно самому Доку, его подчиненные знали многие языки мира. Хэм мгновенно обернулся и, приняв защитную позу, прижался спиной к стене.

- Боевой клич бедуинов во время набега, - пробормотал он, обращаясь к Монаху. - Убивайте, во имя Пророка.

Перед ними, словно из-под земли, вырос огромный человек с носом, напоминающим клюв ястреба. Гигантские очертания его тела скрывались под расшитой золотом аббой. Кривой ятаган с отточенным, как бритва, лезвием описал круг над головой этого человека. Под кейфихом, который спадал складками, лицо нападавшего казалось отполированным, как кусок эбенового дерева.

Монаху и Хэму некогда было разглядывать детали.

За предводителем-нубийцем шло полдюжины людей, одетых в аббы и кейфихи. Но их лица были цвета тусклого свинца.

Монах отпрянул к стене. Из потайного кармана он достал две маленькие стеклянные капсулы. Вклинившись в самую гущу черных фигур, он раздавил своими огромными ступнями тонкое стекло капсул.

Хэм увидел, что он собирается сделать, и задержал дыхание, так как знал, какое действие оказывают эти капсулы.

Они содержали сильнодействующий усыпляющий газ, эффект которого проявлялся мгновенно. Через минуту газ улетучится, но в течение минуты те, кто вдохнут его, погрузятся в сон.

Предводитель внезапно взмахнул своим ятаганом, и его украшенная драгоценными камнями рукоятка засверкала. Потом массивное оружие выпало из его рук.

Черное лицо приняло какое-то отрешенное выражение.

Глаза его закрылись, и он упал в грязный снег.

Расшитая золотом абба тут же намокла.

Однако ни одна из замаскированных фигур не прореагировала на действие газа. Монах яростно взревел и занес свой кулак над ближайшим врагом. Хэм встал рядом с ним.

Но странных противников было слишком много, и они взяли верх.

Надежно связанные и запеленутые в куски ткани, наподобие тюков, Монах и Хэм еще успели почувствовать, что их переносят в седан. Единственным слабым утешением для Монаха было то, что гигантского нубийца также втащили в машину. Он был единственным, кого усыпил газ.

Глава V. Древнее предостережение

Ренни и Длинный Том взлетели наверх в скоростном лифте. Они поднялись на восемьдесят шестой этаж резиденции Дока Сэвиджа, как в ракете.

Только на последних ярдах их стремительный полет замедлился до скорости автомобиля.

С сухим треском молния прочеркнула окна в конце коридора небоскреба. Грянул гром и потряс огромную массу металла и бетона.

Длинный Том удовлетворенно улыбнулся. Он оставался в метеобюро достаточно долго, чтобы увидеть, как исполнилось его предсказание.

Когда Ренни подошел к двери апартаментов Дока Сэвиджа, яркая молния вспорола небо. Сразу же раздавшийся удар грома свидетельствовал о том, что небесная стрела вонзилась совсем рядом. Свет в здании погас. Ренни и Длинный Том очутились в темноте.

- Силы небесные! - вскричал Ренни. - Отмените вашу грозу! Вы все сделали как следует, но не переборщили ли?

Длинный Том хмыкнул.

- Не рассчитывай только, что можно вот так сразу ее прекратить, заметил он сухо. - А если говорить серьезно, я дорого бы дал за то, чтобы узнать причину всего этого.

Он шел немного сзади Ренни. Большая рука инженера вдруг сжала его плечо. Длинный Том поморщился от боли. Ренни, кажется, никогда по-настоящему не предоставлялось возможности реализовать силу, заключенную в его костлявых руках. Вот почему, вероятно, любимым его развлечением было высаживать двери ударом кулака.

- Сдай назад! - прогремел Ренни. - Смотри! Что ты об этом думаешь?

Адская темнота вдруг озарилась светом. Это была какая-то странная люминесценция. Свечение имело яркий голубой цвет. Казалось, оно состоит из мельчайших невидимых частичек.

Ренни и Длинный Том остановились, уставившись на источник этого жутковатого свечения - яркую точку, находящуюся прямо против двери Дока Сэвиджа. Ренни двинулся вперед.

- Обожди минутку, я не советовал бы тебе трогать это, - сказал Длинный Том. - Не исключено, что это - какое-нибудь хитрое приспособление одного из тех, кто хотел бы рассчитаться с Доком.

Электрик небоскреба нашел, очевидно, предохранитель, сгоревший от удара молнии. Коридор, где находились Ренни и Длинный Том, вдруг залил яркий свет. Странное голубое свечение сохранилось, но несколько потускнело.

- Гм-м, это всего-навсего какой-то чудной камень, - проворчал Ренни. Выглядит так, будто его покрыли краской.

- Будь осторожен - предупредил Длинный Том. - Это может быть взрывчатка или какое-нибудь ядовитое химическое вещество.

Но Ренни редко проявлял осторожность. Гигант-инженер часто из-за этого попадал в неприятные ситуации, хотя обычно его выручали из беды огромные кулаки.

Он поднял странный плоский камень. Ничего не произошло, только голубое свечение разлилось по его ладоням и рукам.

Ренни перевернул камень. Он был потерт, покрыт царапинами и щербинками, как если бы долгое время подвергался воздействию атмосферных осадков. Очевидно, века и тысячелетия прошли с тех пор, как этот камень приобрел настоящую форму.

- Выглядит, словно какая-то древность, - сказал Ренни. - Посмотри, как он весь изъеден, покрыт царапинами. Должно быть, там, где он лежал, почва была песчаной.

Они постучали в двери Дока. В дверном проеме, ведущем в библиотеку и лабораторию, появился скелет, носящий имя Джонни, который заметил возвращающихся Ренни и Длинного Тома еще прежде, чем погас свет. Его удивило, что они задержались перед тем, как войти.

- Вот задачка для такого эрудита, как ты, - сказал Ренни. - Может быть, ты сумеешь кое в чем разобраться. Здесь вот что-то вырезано на этой штуке, но рисунок выглядит, как первый детский урок по геометрии.

Он положил камень на лабораторный стол. Высокообразованный Джонни взял его в руки и поднес к левому окуляру очков с толстой линзой. Сильные увеличительные стекла были настоящей страстью Джонни.

Камень покрывала строчка неровных, корявых иероглифов. Похоже, их вырезали каким-то острым инструментом, но резьба стерлась пролетевшими с тех пор веками.

Археологию Джонни знал не хуже, чем самые лучшие ученые этой отрасли науки. Разве что сам Человек из бронзы изучил этот предмет более глубоко.

Джонни извлек из своего обширного словарного запаса полдюжины длинных слов.

- Люминесценция эманирует поляризованное свечение неограниченно долгое время в непрозрачном неоднородном веществе, - произнес он задумчиво. Иероглифы представляют собой древнеарабские символы. Несомненно, они подвергались длительному воздействию различных атмосферных пертурбаций.

- Конечно, - прогремел Ренни. - И я так думаю. Но если в нескольких коротких словах - что они значат?

Джонни внимательно исследовал начертанные на камне символы.

- Хм-м! - издал он короткое восклицание. - Если я только не ошибся в расшифровке, это прямо-таки какое-то странное предостережение.

Когда Джонни снисходил до простых выражений, это значило, что он или очень взволнован, или что-то произвело на него сильное впечатление.

- Иероглифы достаточно зборчивы и высечены они на этом камне не менее, чем пять или шесть тысячелетий назад, - добавил он. - Этот камень, несомненно, происходит из пустыни, расположенной вблизи реки Евфрат. Древнеарабское послание, несомненно.

- Но что же они означают? - допытывался Ренни. - Как могут эти чертовы закорючки, высеченные тысячи лет назад, быть каким-то предупреждением?

Джонни прищурился, внимательно вглядываясь сквозь свой окуляр.

- Насколько я смог разобрать, - заявил он, - эти строчки гласят следующее: "ЗАБОТЬСЯ О СОБСТВЕННЫХ ДЕЛАХ ТВОИХ, ЕСЛИ ЖЕЛАЕШЬ, ЧТОБЫ ПРОДЛИЛАСЬ ЖИЗНЬ ТВОЯ". Я мог ошибиться в одном или двух словах, но в целом это звучит именно так.

- Святые угодники! - взревел Ренни. - На простом английском это значит: не суй свой нос в чужие дела, а не то сыграешь в ящик?

- Примитивное, но стопроцентно точное истолкование, - кивнул Джонни. Это подлинный камень из Сирийской пустыни. Его можно истолковать как предупреждение Доку, и я беру на себя смелость предположить, что оно имеет какую-то связь с теми телеграммами.

- Я ожидал чего-нибудь в этом роде, - донесся тихий, но отчетливо различимый голос Дока Сэвиджа от входной двери. - Друзья, это леди Сэтира Фазэран, сестра Дэнтона Картериса, и Карсон Дэрналл, до недавнего времени бывший его помощником в Сирии. Только что все они приехали в резиденцию Дока из переулка, в котором Док нашел леди Сэтиру и Дэрналла.

В ярком свете, заливавшем лабораторию, лицо леди Фазэран выглядело еще более прекрасным. Ее золотистые глаза, казалось, излучали сияние.

Худая физиономия Карсона Дэрналла выглядела еще более желтой и нездоровой. Его серые глаза, однако, смотрели холодно и настороженно. Очутившись в лаборатории Бронзового человека, среди множества научных приборов, он воскликнул: - Я считал, что рассказы о ваших изобретениях сильно преувеличены, мистер Сэвидж, но теперь должен просить прощения за то, что так думал. Никогда прежде не выпадало мне счастья видеть такой набор... Но что это?

Карсон Дэрналл резко прервал свой панегирик неожиданным вопросом. Его холодные серые глаза остановились на плоском камне, который Джонни положил на стол.

- Арабская древность, мистер Дэрналл, - сказал Джонни. - Из Сирийской пустыни, с вашего разрешения.

Не прикасаясь к камню, Карсон Дэрналл наклонился к нему ниже.

- Вы понимаете эти символы? - спросил Док Сэвидж.

- Да, конечно, - признался Карсон Дэрналл. - Я так бы передал их значение: "Держитесь подальше от наших дел, если хотите жить".

Острые глаза Джонни блеснули.

- Приблизительно так, мы согласны, - сказал он. - Начертанное здесь можно выразить по-английски по-разному, но смысл тот же.

Дэрналл коснулся камня кончиками своих длинных пальцев. Пальцы эти казались необыкновенно длинными.

Когда они двигались, создавалось впечатление, будто они извиваются.

- Это очень странно, мистер Сэвидж. Как этот камень попал сюда?

- Какие-то парни, которым не хотелось слоняться без дела, оставили его как некую визитную карточку у двери, - объяснил Ренни.

Худое лицо Карсона Дэрналла превратилось в мрачную маску.

- Оставили у двери? Мистер Сэвидж, зная кое-что о пустыне, я боюсь, что этот камень означает для вас большую опасность! Несомненно, его принесли с самого края света с определенной целью.

Искры заплясали маленьким вихрем в золотистых, с загадочным выражением, глазах Бронзового человека.

Хотя Док не подал и виду, но он тоже прочел и немедленно по-своему истолковал символы древнеарабского камня.

- Вы говорили, что успели узнать кое-кого из бедуинов, с которыми столкнулись на улице? - спросил Человек из бронзы.

По всей видимости, он не обращал особого внимания на плоский камень, который по-прежнему как бы светился изнутри, наполненный скрытым в нем огнем.

- Да-да! - ответил Карсон Дэрналл. - Естественно, когда я увидел нескольких бедуинов, одетых в аббы, это привлекло мое внимание. Несколько необычный наряд для улиц Нью-Йорка. Мне удалось приблизиться к ним, когда они садились в машину. Потом я следовал за ними в такси.

- Арабы вышли из машины и побежали в переулок, в котором меня задержали какие-то другие люди, - сказала леди Фазэран. - Мистер Дэрналл следил за ними.

- Да-да! - подтвердил Дэрналл. - Среди этих бедуинов был один человек, которого я знал в Сирии как раба. Его звали Хадисом. Я припоминаю, что в Сирии, где мы вели раскопки, когда...

Дэрналл запнулся. Золотистые глаза леди Фазэран вдруг наполнились скрытой болью.

- Этот Хадис, как вы могли заметить по его расшитой аббе, был главным среди невольников шейха. Он стал им из-за своей репутации воина. В гхразу набегах бедуинов на соседние племена и грабежах - он был беспощадным предводителем. Говорили, что он куда-то исчез.

- Я разглядел, что предводитель с ятаганом был рабом-нубийцем, заметил Док Сэвидж.

- Да-да! - быстро сказал Дэрналл. - И этот Хадис слыл у бедуинов человеком, обладающим некой огромной злой силой. Об этом нам рассказывали легенду еще в Алеппо, до того, как мы очутились в южной части Сирии. Высохший старик-курд клялся Аллахом, что это истинная правда.

- И что это за легенда? - спросил Бронзовый человек.

- Просто одна из фантастических историй сирийских гор, так я полагаю, - ответил Дэрналл. - Старый курд заявлял, что предки Хадиса, нубийцы, принадлежали к одной из тайных мистических сект, и утверждал, что они обладали даром превращать своих врагов в неподвижные тени на песке пустыни.

Док Сэвидж осторожно взял со стола сияющий голубой камень и начал внимательно вглядываться в него, как будто поглощенный мыслями, совсем не связанными с похожим на сказку рассказом Дэрналла.

- Дэнтон, да и я сам, смотрели на все это как на одну из многочисленных фантастических легенд горцев-бедуинов, - продолжал Дэрналл. - Но в одной части легенды говорилось, что превращение людей и коней в тени сопровождалось бурными изменениями погоды. Все это невероятно! Но этот снег и буря сегодня ночью, совпавшие по времени с появлением бедуинов, заставляют очень серьезно задуматься. Конечно, побасенки об этих, тенях не более чем миф, однако...

Раскаты грома сотрясали комнаты резиденции Дока Сэвиджа. Высокий небоскреб резонировал и содрогался под ударами электрических разрядов. Было такое впечатление, будто буря устроила канонаду в насмешку над недоверием Карсона Дэрналла к легендам пустыни.

Тихий голос Джонни был тверд.

- Конечно, такая история может быть только сказкой, - прокомментировал он рассказ Дэрналла.

Спокойный, с красивыми модуляциями голос леди Фазэран произнес:

- Нет, это не сказка, все это правда.

Заявление это было весьма неожиданным. В полной тишине леди Фазэран продолжала:

- Погода только часть всего, что происходит. Эти тени в пустыне - тени людей... Вот почему я здесь, мистер Сэвидж. Мой брат, Рэйнон, считает, что только вы в состоянии разгадать и эту загадку, и эту ужасную тайну.

- Рэйнон, если не ошибаюсь, ваш. младший брат, - сказал Док Сэвидж. Я знал, что он был в пустыне, и заинтересовался открытиями, которые он, вероятно, сделал там. Если леди Фазэран и была поражена осведомленностью Бронзового человека, то никак этого не проявила.

- Да, - сказала она. - Рэйнон следовал указаниям, оставленным в завещании Дэнтона. Это странное завещание, мистер Сэвидж. Оно было написано на пергаменте. В нем было распоряжение моему младшему брату снарядить караван в Вейх. Брат набирал людей только из племен харба и джухейн, считая, что лишь им можно доверять.

- У вас есть доказательства смерти вашего брата Дэнтона? - спросил Док Сэвидж.

- Только его завещание, которое мы получили, - ответила леди Фазэран. - Его доставил из пустыни отряд туземцев. Они шли в Вейх. Потом Рэйнону было дано указание отправляться на поиски неведомых доселе рудников в древнем городе у подножья гор вблизи Евфрата. Это место, известное под названием долины Тасус, было отмечено на карте. Район, где вел поиски Рэйнон, был выделен особо.

- В завещании вашего брата, вероятно, указано место, где можно найти сокровище? - спросил Док Сэвидж.

- Нет, и это самое странное в нем. Кроме того, что Дэнтон оставляет мне и Рэйнону небольшое состояние, там говорится: "Вы должны найти это место ради блага всего человечества".

- Действительно, странное завещание, - заметил Человек из бронзы.

Леди Фазэран продолжала: - А еще Рэйнону была дана инструкция советоваться только с одним человеком по имени Махал, древним патриархом Бедави, о том, куда идти и как продолжать поиски.

Леди Фазэран запнулась, в ее больших золотистых глазах появилось выражение нерешительности.

- В пустыне какие-то странные тени, - сказала она, повторяя свое прежнее утверждение, что это не сказка. - Я ужасно боюсь за своего брата. Возможно, я уже опоздала. У меня нет никаких сомнений, что смертельная опасность угрожает каждому, кто заинтересуется этим местом в долине Тасус. Я тоже получила предостережение.

- Силы небесные! - прошептал Ренни.

Глаза Джонни и Длинного Тома были готовы выскочить из орбит от изумления.

Леди Фазэран запустила руку глубоко в свое декольте. На ее ладони лежал камень. Это была плоская пластинка, горящая голубым фосфоресцирующим пламенем.

- Я получила это как раз перед тем, как послала вам свою первую телеграмму из Лос-Анджелеса, - произнесла леди Фазэран. - Я не могу, конечно, расшифровать древние письмена, но думаю, что этот камень должен быть очень похожим на тот, что у вас.

Джонни внимательно вгляделся в каменную пластинку сквозь свой мощный окуляр.

- Да, я в суперсверхвосхищении! - воскликнул он. - Это предостережение, несомненно, идентично первому!

- Потом я получила вот это письмо от своего брата Рэйнона, - сказала леди Фазэран, извлекая из своей сумочки листок бумаги. - В нем говорится об ужасной буре с дождем, совершенно невероятной в пустыне. Буря сопровождалась страшным громом и вспышками молний. Потом над шатрами их лагеря появился какой-то огненный шар и исчез со страшным взрывом. Шатры сгорели. На следующий день рядом с лагерем, на скале, он обнаружил отпечатки силуэтов вооруженных всадников. У песчаного подножья скалы валялись разбросанные в беспорядке ружья, кинжалы, седла и лошадиная сбруя.

Леди Фазэран развернула письмо и прочла вслух его заключительную часть:

"Я продолжаю двигаться дальше к месту, известному как долина Тасус, в сопровождении рекомендованного мне старика-бедуина .Махала. Ты должна разыскать Дока Сэвиджа, Я узнал, что тебе угрожает опасность. Несчастью могут предшествовать внезапные изменения погоды. У меня странное предчувствие, что Дэнтон жив. Возможно, я ошибаюсь. Это, может быть, только результат моего возбужденного воображения. Хадис, бывший раб-нубиец, кажется, поехал в Америку".

Прекрасная рука леди Фаззран задрожала, прижавшись к лицу. Ее золотые глаза вопрошающе смотрели на Бронзового человека.

- Теперь, когда вы это услышали, - сказала она ровным тоном, - будете ли вы все еще утверждать, что мою секретаршу, Мэриан, куда-то увели?

- Больше ей ничто не угрожает, - ответил Док Сэвидж. - Сейчас вы должны думать об опасности, которая угрожает вам. У вас тоже есть такое чувство, будто ваш старший брат не умер?

- Я никогда не верила в его смерть, - тихо произнесла женщина. - Я надеялась, что Рэйнон найдет его. Но я очень обеспокоена. Рэйнон никогда не повернет назад. Пока не разгадана загадка этого смертельного миража, он будет двигаться к собственной гибели.

Док Сэвидж ничего не ответил. Стальные сухожилия на его запястьях и мощной шее напряглись. Бронзовая рука подняла голубой камень с предостережением на древнеарабском языке. Сияющий его цвет, казалось, чем-то привлекал гиганта - искателя приключений.

- Все это слишком невероятно, чтобы поверить! - прозвучал хриплый голос Карсона Дэрналла. - Здесь должно быть какое-то логическое объяснение.

- Если оно есть, оно будет найдено, - заявил Док Сэвидж.

Глава VI. Исследование камня

Из рук Дока Сэвиджа сияющий голубым светом древнеарабский камень с предостерегающей надписью скользнул в плоскую, с невысокими бортиками кювету.

Как только бронзовый великан засучил рукава, он удостоился восхищенного взгляда золотистых глаз леди Фазэран.

Руки Дока были невероятно мускулистыми. Сухожилия пролегали подобно пучкам туго натянутых тросов под гладкой кожей. Когда он работал, под ней было отчетливо видно, как играют и перекатываются его мышцы.

Док использовал различные химикалии, доставая их из разнообразных склянок. Одним из них был порошок сульфита кальция. К нему Док добавил две какие-то минеральные соли.

Голубое сияние древнеарабского камня медленно перешло в пурпурное. Затем камень стал ярко-красным.

Это был цвет текущей крови. В глубине камня отражались лабораторные светильники.

Леди Фазэран и Карсон Дэрналл привстали со своих кресел. Док Сэвидж пристально смотрел на пламенеющий красный камень. Лицо его превратилось в бронзовую маску. Твердые губы были плотно сжаты.

Леди Фазэран и Карсон Дэрналл были поражены внезапно прозвучавшей музыкальной трелью. Это еще не было мелодией. Такой звук мог вырваться из переполненного любовным томлением горла какой-нибудь экзотической птицы, спрятавшейся в глубине кустарника.

Его можно было бы положить на ноты, но только без всякой гармонии.

Три соратника Дока понимали, что их шеф сделал какое-то важное открытие. Вероятно, оно явилось результатом анализа химического состава древнего камня.

А может быть, он приблизился к разгадке тайны смертельного миража.

Помощники Дока не рассчитывали сразу же услышать от него что-то конкретное. Человек из бронзы испустил свою птичью трель почти бессознательно. Он ничего не скажет до тех пор, пока его догадка не будет полностью подтверждена. Если его теория ошибочна, они, скорее всего, никогда о ней не услышат.

Не говоря ни слова, Док выскочил из лаборатории.

В отдаленной комнате он снял трубку телефона. Когда его соединили с нужным номером, быстро спросил:

- Витрина магазина с изображением убитой женщины охраняется достаточно тщательно?

Его собеседником был комиссар полиции.

- Это вы, Сэвидж? - раздался в трубке голос комиссара. - О, да. Я только что удвоил там охрану. Что вы думаете обо всем этом? Мне говорили, что вы прибыли на место раньше моих людей.

- Я знаю немного, - ответил Док. - Но хотел бы посоветовать вашим людям хватать любого, кто выглядит похожим на араба. Большего пока я вам сказать не могу. Двое моих помощников сторожат витрину с отпечатком убитой и...

- Это вы так думаете, - перебил его комиссар. - Они сторожили витрину до тех пор, пока не была совершена попытка разбить ее. Сейчас эти парни, которых вы, кажется, называете Хэмом и Монахом, исчезли.

Голос Дока не выдал его удивления.

- Что же произошло, комиссар?

- Они погнались за каким-то молодым парнем, который пытался разбить витрину, завернули за ним в переулок, а там на них напала какая-то банда. Их увезли в седане.

- Вы уже кого-нибудь арестовали? - осведомился Док.

- Нет еще, но мы на верном пути. Это люди Вайти Джейно, мы давно следим за его парнями. Двоих из них пришили, когда в первый раз появилось это дьявольское зеленое свечение. Потом мы нашли руку Райта Дэйвиса, который был первым помощником Джейно.

- Откуда она взялась? - спросил Док, хотя он хорошо знал, где ее нашли.

- Райт, кажется, неосторожно обращался с соломорезкой в переулке и забыл вытащить из нее свою руку, - ответил комиссар. - Как только мы выйдем на след Вайти Джейно, мы расколем это дело. Джейно, вероятно, удрал из своего особняка на крыше небоскреба. Но уже сегодня он будет у нас в руках.

- Благодарю за информацию, - сказал Док. - Помните об арабах, комиссар. Они могут быть в своих национальных одеждах или в чем-то другом. Если вы случайно поймаете одного из них, я был бы очень вам признателен за возможность с ним побеседовать.

- Араб, вы говорите? - проворчал комиссар. - В этом что-то есть. Мы нашли мертвого иностранца с перерезанным горлом в особняке Вайти Джейно. Инспектор Кэрнахан докладывал, что он считает, будто убитый - турок или армянин. Я разберусь с этим.

Док положил трубку. Некоторое время он стоял, глубоко задумавшись.

Мертвый человек в особняке Вайти Джейно прибавлял достоверности версии о смертельной вражде между гангстерами и арабами. Вероятно, компания Джейно была замешана во всех этих преступлениях. Трудно было поверить, что Джейно взял вдруг на себя роль защитника общества.

Однако убийство гангстера из шайки Джейно не укладывалось в версию о бедуинах, незнакомых с НьюЙорком.

Док Сэвидж набрал другой номер. На этот раз он говорил в трубку так тихо, что его нельзя было бы услышать, даже находясь на расстоянии пяти футов в той же комнате: Он звонил в одну роскошную квартиру на Паркавеню.

Молодая женщина потянулась и зевнула. Прекрасная рука высунулась из-под ажурного шелкового пеньюара.

- Да-а-а? - протянула она сонным голосом.

Слова, которые прозвучали в ее ушах, стерли всю ее сонливость. Она мгновенно села, опустив на пол маленькие ноги. Молодая женщина была высокого роста, стройная, с царственной осанкой. Самой впечатляющей чертой ее внешности были роскошные бронзовые волосы.

- Да, да и да! - воскликнула она. - Я слыхала, что вы были в Малайзии или, кажется, в Юкатане... Какое оружие мне взять с собой?

Док Сэвидж сказал в трубку:

- Это задание совсем иного рода, Пат. Подобного сорта дела под силу только женщине. Тебе посчастливилось стать этой женщиной.

- Все так начинают, - возразила Пат. - Но я на всякий случай приготовлюсь к тому, что меня будут расстреливать, сжигать заживо у столба, похищать или топить в глубокой темной реке. В чем суть вашего дела? Практически я уже одета.

Эта молодая женщина была Пат Сэвидж, кузина Бронзового человека. Она всегда хотела присоединиться к отряду искателей приключений, возглавляемому Доком.

Волнения и опасности были ее величайшей и единственной страстью.

Док изредка звонил ей в тех случаях, когда помощником должна была быть женщина, но не хотел считать ее постоянным членом своей группы - это было слишком опасно. Пат содержала косметический салон, совмещенный с гимнастическим залом, на Паркавеню, и весьма в этом преуспевала.

Пока Док быстро говорил по телефону, красавица Пат проделывала замечательные трюки руками. Зажав трубку между подбородком и плечом, она надевала чулки и туфли. Прежде чем Док закончил свою речь, слово стало делом - она была практически одета.

Затем Пат произнесла скучающим тоном:

- Но компаньонкой - фи, Док! Что за детское занятие. Как бы там ни было, я хорошо вооружусь!

Док сказал в трубку:

- Нет никакого сомнения, что леди Фазэран станет настаивать на поездке в Сирию. Я позволю ей сопровождать нас только потому, что уверен - так будет безопаснее для нее самой. Ну а теперь поговорим о других вещах, очень важных. Хорошенько запомни, что я тебе скажу.

Пат не пропустила ни слова. Потом она сказала:

- Полет через океан? Это мне нравится, Док! Но в качестве компаньонки - какая скука!

Пат положила трубку. Эта замечательная девушка была человеком дела через пять минут она была полностью одета и в плаще. Маленький, но весьма эффективный автоматический пистолет покоился в ее сумочке.

- В качестве компаньонки... - пробормотала она - Хотела бы я знать, с кем мне предстоит вступить в схватку?

Док Сэвидж возвратился в лабораторию.

- У меня есть несколько новостей, которые заслуживают нашего внимания, - сказал он. - Я предлагаю вам, леди Фазэран, и вам, мистер Дэрналл, возвратиться пока что в ваши отели. Обычно вы останавливаетесь в отеле Фортескью, леди Фазэран. Джонни проследит, чтобы вы добрались туда в безопасности.

- Могу ли я чем-нибудь помочь? - спросил Карсон Дэрналл. - Я хотел бы остаться с вами, мистер Сэвидж, до тех пор, пока не прояснятся некоторые из этих загадок.

Бронзовый человек ни слова не сказал об исчезновении Монаха и Хэма. В глазах леди Фазэран выразилось удивление: откуда Док знает, в каком отеле она собиралась остановиться?

Док проверил, зарезервирован ли номер, прежде чем леди Фазэран отправилась туда. Карсон Дэрналл назвал другой отель, более удаленный от деловой части города, в который он, по его словам, сможет добраться сам.

- Я чувствую себя обязанным присоединиться к вам и помочь в разгадке тайны сегодняшних ночных событий и этого смертельного миража в пустыне, заявил Дэрналл. - Полагаю, что с моим знанием бедуинов я могу быть вам полезен.

- Уверен, что ваш опыт будет для нас весьма ценен, - согласился Док. Я вас извещу.

Глава VII. Ослепшая шайка

Восемь дюжих полисменов несли охрану витрины музыкального магазина, на которой запечатлелась тень убитой женщины.

Силуэт высокой фигуры, поднявшей тонкую руку, как бы защищаясь от смерти, выглядел слишком реалистично, чтобы быть просто игрой случая. После попытки разбить витрину все восемь полицейских были начеку.

Один охранник внутри и один снаружи были вооружены уродливыми короткими полицейскими дробовиками, применяемыми для подавления массовых беспорядков. Они были готовы с радостью открыть огонь при первом же появлении каких-нибудь подозрительных личностей.

Блестящие медные трубы и другие музыкальные инструменты серебряного цвета отражали свет фонарей, проникавший сквозь зеркальное стекло уцелевшей витрины. Игра бликов на них создавала такое впечатление, будто тень убитой женщины движется.

- Силы небесные! - проворчал краснолицый полицейский. - Эта картина выглядит так, будто дамочка все еще жива и пытается убежать от чего-то! Я мог бы поклясться, что эта штука движется.

Низенький и толстый владелец магазина находился в своем маленьком кабинете, расположенном за демонстрационным залом.

- Я хочу, чтобы они убрали эту чертову штуку с витрины! - все время повторял он. - Вы это видели? Пока отпечаток будет оставаться тут, никто ничего не купит и на ломаный грош!

Помощник медицинского эксперта настоял на том, чтобы тень убитой сохранялась в полной неприкосновенности. В кабинете следователя совещалась представительная комиссия. Не было еще прецедента, чтобы исследование трупа выполнялось при помощи отпечатка на зеркальном стекле.

При нормальной погоде сейчас был бы ранний рассвет. Но весь Манхеттен был окутан густым туманом.

Голубая дымка нависла над всей территорией огромного города. Солнце еще не поднялось достаточно высоко, чтобы рассеять мрак.

На улицах начали появляться рабочие самых различных профессий. Хотя было утро пятого июля, многие из них были в пальто и плащах. Метель в разгаре лета оставила после себя в воздухе холод.

Прохожие, двигавшиеся по улице, на которой стоял музыкальный магазин, несли различные инструменты и коробки с завтраками. Полицейские не сразу заметили, как у витрины с отпечатком убитой женщины собралось десятка два каких-то людей, с виду обычных рабочих.

Люди эти подходили поодиночке. Каждый был одет в пальто, скрывавшее фигуру почти до пят.

Хлебный фургон с нарисованными на его бортах огромными булками остановился перед магазином на углу следующего квартала. Из него выгружали ящики с хлебом. Водитель фургона, очевидно, отлучился на минуту, чтобы съесть пару бутербродов и выпить чашку кофе в соседней закусочной.

Хлебный фургон оставался стоять перед магазином после того, как выгрузили хлеб. Полдюжины рабочих подошли к витрине с отпечатком убитой женщины.

Каждый шел как бы сам по себе, независимо от других. Трое приблизились к четырем полисменам, стоявшим перед музыкальным магазином. Трое других бесшумно, но быстро и ловко проникли в магазин.

- Эй вы, мерзкие хари! - загремел чей-то голос. - Мы не хотим открывать огонь, однако...

Тупорылые автоматы блеснули в руках "рабочих".

Прямо к животам полисменов, вооруженных дробовиками для разгона толпы, оказались приставленными пистолеты.

- Ах ты, грязная крыса! - выругался один из полицейских с дробовиком.

- Что-что?! - рявкнул гангстер. Его тупорылый автомат обрушился на голову полисмена с такой силой, что тот уронил ружье.

- А ну-ка, пошел в кабинет! - раздался приказ. - Все идите туда!

Выскочил владелец музыкального магазина. Он размахивал своими толстыми руками.

- Эй, что вы делаете! Как вы смеете, я буду...

Раздался негромкий треск, как будто переломили палку. Тупорылый автомат с глушителем на стволе выплюнул язычок пламени. Хозяин музыкального магазина схватился руками за свой толстый живот. Какое-то время он стоял и кашлял. Багровые струйки появились в уголках его ставшего круглым рта. Потом он осел и откинулся, как будто очень устал.

- Возвращайтесь в лавчонку! - прогремела резкая команда. - У нас есть дело, и мы должны поторапливаться!

По меньшей мере дюжина лжерабочих присоединилась к первым шести. Восемь полицейских были обезоружены. Десятка два людей с жестокими грубыми физиономиями затолкали их в маленькое служебное помещение музыкального магазина.

Двое бандитов размахивали пистолетами-пулеметами.

Они заняли позицию в дверном проеме подсобки. Несколько гангстеров патрулировали снаружи. Три человека быстро проникли в витрину с отпечатком убитой. В их руках появились инструменты для резки стекла.

Из-за угла показался хлебный фургон с нарисованными на его бортах булками. Вероятно, его водитель имел какое-то отношение к событиям, происходящим в музыкальном магазине. Он припарковал фургон прямо напротив, на другой стороне улицы.

Стеклорез заскрипел по толстой стеклянной пластине.

Гангстер, работавший им, начал описывать окружность вокруг головы и поднятой руки женщины, превращенной в призрачный силуэт смертоносным излучением.

- Делай это побыстрее! - рявкнул голос какого-то человека, появившегося за спинами трех бандитов. - Вот скребок!

Удары, которые могли быть нанесены разве что кузнечным молотом, потрясли большую заднюю дверь.

Толстая панель ее разлетелась вдребезги, и в зияющем отверстии появился чей-то кулак. Это был кулак необыкновенных размеров. Казалось, он состоит из трех или четырех сложенных вместе кулаков.

Замок вылетел. Дверь обрушилась внутрь.

Показались две огромные фигуры. На каждой из них была защитная маска-противогаз и очки, не позволявшие различить их лица. Эти люди были выше обычного роста, поэтому вынуждены были проникать в магазин сквозь пролом поодиночке. Однако они ворвались с такой невероятной внезапностью, что бандиты не сумели вовремя открыть огонь. Десяток из них или больше были заняты разглядыванием витрины с изображением убитой женщины.

Двое огромных людей имели какое-то странное снаряжение. Их руки скользнули под одежду. Одна пара этих рук двигалась со скоростью света. Вторая пара была чуть медленнее и неуклюжее. Но в каждой из них появилось нечто такое, что по ошибке можно было принять за миниатюрный огнетушитель.

Эти приборы были сделаны из матового металла.

Каждый был снабжен редуктором с колесиком на конце.

Неизвестные повернули колесики.

Раздался такой звук, какой могла бы испустить дюжина вырвавшихся из клетки змей. Это было яростное свистящее шипение. Один из стоявших в витрине бандитов завопил: - Стреляйте в них! Это легавые! Газ!

Но хотя автоматы затряслись в их руках, гангстеры обнаружили, что их объемистые цели исчезли из виду.

Посыпались дикие ругательства. Бандиты перестали стрелять. Они шарили вокруг себя руками. Не причинив ни малейшей боли или жжения в глазах, газ совсем ослепил их.

Ослепляющий газ этот был неким новым химическим составом. Он состоял из различных сернистых соединений, смешанных с селеном. Впервые селен был переведен в жидкое состояние.

Один из рослых незнакомцев повел вокруг своим шипящим баллоном, испускающим газ.

- В витрину, - приказал он второму. - Я подгоню машину.

Хотя в магазине гремели проклятия и выстрелы, команда была произнесена обычным голосом, спокойным тоном. Один из незнакомцев прошел в дверь, ведущую наружу. Второй вскочил в витрину, на стекле которой находился отпечаток убитой.

Продолжая держать баллон с газом в одной руке, человек этот взревел громовым голосом. Кулак его свободной руки нанес сокрушительный удар. Гангстеры со стеклорезами свалились с ног. Один из них вылетел сквозь разбитое зеркальное стекло на ступеньки у входа в магазин.

В плотном тумане завыла полицейская сирена. Патрульный автомобиль, заскрипев тормозами, вылетел из-за угла. Не успел он еще остановиться, как вновь прибывшие полицейские посыпались из его дверей.

Когда эти полицейские достигли- тротуара, в их руках уже были пистолеты. Но они не открыли огонь.

Полицейские остановились, как будто какая-то невидимая рука схватила их за горло. Они очутились в облаке плотного, не пропускающего света ослепляющего газа.

Газ обволакивал их тонким слоем, не смешиваясь с тяжелым голубым туманом.

Холерик-инспектор Кэрнахан выкатился из машины.

- Что за чертовщина?.. - прошептал он в изумлении, протирая глаза. Инспектор мог видеть происходящее вокруг только одно короткое мгновение, после чего черный туман застлал ему глаза. Тогда он заорал:

- Теперь я понимаю, в чем дело! Это один из дурацких фокусов Дока Сэвиджа! Держитесь подальше от этой витрины!

Оба незнакомца теперь находились в витрине. Один из них выхватил из внутреннего кармана маленькую бутылочку. Сквозь очки он внимательно вгляделся в стекло витрины. Из бутылочки через тонкую резиновую трубку потекла желтая - резко пахнущая жидкость. Она очертила струйкой жуткий силуэт тени убитой женщины на стекле. Громадная рука толкнула в центр фигуры, и целый кусок толстого зеркального стекла вывалился, выдавленный наружу.

Вес стекла был так велик, что только два обычных человека едва могли его поднять. Однако человек в противогазе легко вытащил его один. Потом он выбрался из витрины и быстро проложил себе путь, разметав стонущих бандитов. Плотный туман поглотил его.

- Святой Иосафат! - взревел инспектор Кэрнахан. - Они ушли и похитили "корпус деликти"! Женщина исчезла!

Ослепленный инспектор осторожно ощупывал гладкие, острые, как бритва, края витринного стекла, из которого под самым его носом была похищена тень убитой женщины.

За магазином тронулся с места автомобиль. Двигатель этой машины работал без обычного громкого треска в цилиндрах. Мотор лишь тихо свистел, развивая большую мощность.

Зрение медленно возвращалось к изрыгающим проклятия гангстерам. Один из них выбежал наружу и засвистел. Остальные последовали за ним. Тихий свист снова пронесся над улицей. "Рабочие", пытавшиеся похитить отпечаток убитой женщины из витрины, врассыпную кинулись в ближайшую оживленную улицу.

Задняя дверь хлебного фургона распахнулась. Люди забрались внутрь, и, шурша шинами, фургон умчался прочь.

Глава VIII. Бедуин Фуссейн

Их носы были загнуты крючком и остры, как рапиры. Глубоко сидящие черные глаза поблескивали.

Кожа их цветом напоминала старую медь.

Когда лифт поднялся на восемьдесят шестой этаж величественного небоскреба, один из них выступил вперед. Второй двинулся за ним. Рука первого скользнула под одежду и извлекла отточенный кинжал.

Острое лезвие коснулось горла вышедшего первым лифтера. Юноша побледнел и поднял руки, шепча: - Нет... не делайте этого... Чего вы хотите?

Темнокожий человек с кинжалом сказал на отличном английском языке: Ты проведешь нас к помещению, которое занимает Док Сэвидж. Не кричи, и тебе не причинят никакого вреда. Ты уверен, что в квартире никого нет?

- Т-т-там нет никого, - заикаясь, произнес перепуганный лифтер. - Но я не решусь туда войти.

- Ты пойдешь с нами, или жизнь твоя будет коротка, - сказал темнокожий человек. - Такова воля Аллаха.

Юноша беспрекословно повиновался. Он ничего не знал о каком-то там "Аллахе", зато кинжал был очень убедителен.

Оба темнокожих человека были одеты в строгие американские вечерние костюмы. Опрятность и элегантность их одежды послужила причиной того, что они легко прошли в нижний коридор здания.

Однако пронзительные черные глаза и крючковатый нос идущего первым явно изобличали в нем характерные черты арабского шейха-ин-шейха, предводителя союза нескольких племен. Люди эти дожидались в сумерках дождливого утра до тех пор, пока не убедились собственными глазами, что товарищи Дока Сэвиджа покинули здание.

Два бедуина готовы были преодолеть любые препятствия. Они не задумываясь пошли бы на убийство.

Препровожденные дрожащим лифтером, они остановились перед дверью, на которой поблескивала сделанная маленькими бронзовыми буквами надпись: "КЛАРК СЭВИДЖ-МЛАДШИЙ".

Шедший впереди запустил руки в карманы и извлек оттуда разнообразные отмычки. Инструменты эти одобрило бы большинство американских взломщиков. Похожий на шейха тип пробовал одну отмычку за другой. Но замок был такого сорта, что не поддавался обычным приемам взлома.

Будь здесь Док Сэвидж, он просто поднял бы руку, и дверь отворилась бы. Но бедуины ничего не знали о светочувствительных селеновых датчиках и электромагнитных невидимых лучах. В своих черных шатрах в пустыне они никогда не видали замков такого рода.

Бедуины начали переговариваться тихими голосами.

Для лифтера их речь была лишь каким-то гортанным кудахтаньем. Но звучали слова зловеще. Коленки лифтера стучали друг о дружку.

Взломщик по-арабски проклинал неподатливую дверь.

Наконец, он попробовал использовать тонкую изогнутую отмычку. Замок вдруг поддался. Дверь распахнулась настежь.

Зрачки бедуина обшаривали дальнюю комнату апартаментов. В черных глазах застыла подозрительность, настороженность. Распахнувшаяся дверь озадачила его.

Он хорошо был знаком с инструментами, которыми пользовался. Ладно, вероятно, отмычка из проволоки просто случайно подошла. Бедуин пожал своими тощими плечами.

Оба визитера восхищенно разглядывали обстановку офиса Дока. Они уставились на приставку к телефону.

Сложные приборы ее отличались от всех телефонов, какие им прежде случалось видеть. Они не знали, что телефоны Бродаового человека были снабжены устройствами, позволяющими записывать все разговоры.

Один из бедуинов по-прежнему держал острие своего кинжала прижатым к шее лифтера. Лифтер обливался потом, который стекал по его спине холодными струйками. Юноша твердо решил, что если он выберется из этой передряги живым, то подаст в отставку. Вот уже второй раз он подвергался нападению со стороны странных посетителей Дока.

Третий раз, решил он, будет и последним.

Главный бедуин пересек комнату и подошел к большой двери из хромистой стали, ведущей в библиотеку. Он попытался нажать на нее. Дверь отворилась с такой легкостью, что он издал хриплый возглас и отскочил в сторону. Рука его выхватила из-под одежды кинжал.

Но большое помещение библиотеки было совершенно пустым. Бедуин пробормотал что-то своему напарнику.

Смысл этих слов означал: "Всеведущий должен знать".

Лукавая улыбка скользнула по лицам обоих бедуинов.

Не было сомнений: они испытывали огромное доверие к этому "Всеведущему".

Один из них сказал: - Конечно, это он проторил нам путь.

Он произнес истинную правду. Путь действительно был проторен, но не так, как они себе представляли.

Бедуины что-то бормотали. Они говорили о Бронзовом человеке и о великой мудрости. Если Док Сэвидж знает хотя бы десятую часть того, что содержится во всех этих томах, он должен быть бесконечно мудрым - таково было их мнение.

После того как они осмотрели библиотеку, бедуины направились к ведущей внутрь двери. Это была дверь в лабораторию Бронзового человека.

Дверь открылась от одного прикосновения. Идущий впереди бедуин снова схватился за рукоятку кинжала, спрятанного под его одеждой. Лифтера снова вытолкнули вперед. Острие кинжала действовало успешнее любого приказа.

При всем своем испуге лифтер разинул рот от изумления и почти забыл о своих неприятностях. Никогда прежде он не видел такого множества сверкающих приборов и различных инструментов от пола почти до самого потолка.

Металлические и мраморные панели на стенах были покрыты бесчисленным количеством циферблатов и лампочек.

Бедуин-предводитель шевелил губами, как будто читал молитвы. Да он почти так и делал. Во всех этих вещах он видел нечто сверхъестественное и чудесное, имеющее, на его взгляд, мистический смысл. Аллах, Пророк были всесильны в его пустыне. Но бедуин не был уверен, что сам Аллах обладает достаточным знанием, чтобы разобраться во всем этом.

Настоящий лес . механизмов, химических и физических научных приборов явно внушал благоговейный трепет бедуинам. Как бы то ни было, они все же были простыми арабами из пустыни.

Бедуин-предводитель провел кончиком языка по своим тонким губам и двинулся вперед с чрезвычайной осторожностью, стараясь не прикоснуться к какому-нибудь из многочисленных приборов. Он был знаком со всеми трудностями и ловушками, подстерегающими в рахле - передвижении по безводному пространству, знал опасности гхразу - набегов на враждебные племена с целью грабежа и приобретения добычи.

Этих предметов он не понимал. Он не знал, как с ними обращаться.

Велев своему напарнику ожидать у двери, бедуинпредводитель осторожно шел по длинному проходу посредине лаборатории. Он вел себя так, как будто находился в лесу, заблудившись среди грозящих со всех сторон ужасов.

Справа от него стоял квадратный стол. Бедуин замер, превратившись в неподвижную статую. Его язык пытался подобрать какое-нибудь подходящее выражение.

Второй бедуин вытянул вперед шею, уставившись на что-то.

Оба бедуина увидали древний истертый камень с древнеарабской надписью. Посыпались гортанные слова, показывающие, что они знакомы с этим камнем. Но сейчас он был совсем не таким, каким они видели его в последний раз.

Бедуинов поразило и привело в возбуждение то, что, когда они видели этот камень, он сиял ярким голубым огнем. Сейчас камень был красным. Он пламенел ярким багрянцем крови, текущей из свежей раны.

Костлявая темная рука боязливо вытянулась вперед.

Кончиком пальца бедуин коснулся древнеарабского камня.

Пронзительный крик вырвался из горла бедуина.

Его рука была отброшена какой-то неведомой силой.

Странная дрожь пробежала по его длинному телу.

Казалось, ноги его стали ватными. Они подогнулись, и он свалился ничком в проход.

Никто не заметил, отчего бедуин потерял сознание.

Красный камень с древнеарабской надписью был опутан тонкой медной проволокой. Она была тоньше волоса.

Почти невидимые провода шли по полу и исчезали в одной из металлических коробок на щите с рубильниками.

Собственным телом бедуин замкнул контакт. Это и привело к легкому электрошоку.

Придя в себя и обнаружив, вероятно, к большому своему удивлению, что он все еще жив, лежавший на полу бедуин в полном замешательстве поднялся на ноги, что удалось ему не без труда. Он уставился на свои длинные жилистые пальцы. На них остались слабые отметины, как будто он прикоснулся к огню.

Его черные блестящие глаза уставились на дьявольское пурпурное свечение. В темных зрачках затаился ужас, но бедуин- пришел сюда с определенной целью и попытался выполнить то, что должен был сделать.

Помимо всего, он был арабом и поклялся своей жизнью человеку, которого знал как Всеведущего.

Его рука устремилась к красному древнеарабскому камню. Он преодолел дрожь от легкого удара током и, схватив камень, засунул его под одежду. Тонкие медные проволочки разорвались.

- Скорее уходим отсюда! - воскликнул он поарабски и повернулся к двери. Второй бедуин тоже обернулся. Оба застыли, как пригвожденные к полу.

Лифтер задрожал и вытаращил глаза.

Фантастическое голубое пламя, тонкое, как кисея, взметнулось поперек дверного проема, ведущего назад в библиотеку. Острые голубые языки с шипением и свистом метались вверх и вниз поперек единственного пути к отступлению. Пламя образовало барьер толщиной свыше дюйма.

Бедуин с древнеарабским камнем бросился к стене.

Он пытался найти какое-нибудь окно. Но ни одного окна там не было.

Осторожно, ничего больше не касаясь, бедуин ходил по комнате. Освещение погасло, как будто задули свечи.

Но голубое пламя насмешливо играло поперек двери.

Потом снова зажегся свет.

Второму бедуину быстро пришла в голову идея.

- Ты разбираешься во всем этом, - сказал он ошеломленному лифтеру. Ты должен освободить нас, иначе ты умрешь!

- Нет! Нет! Что я могу знать о технических изобретениях Дока Сэвиджа?! - завопил лифтер.

Бедуин уколол острием кинжала шею лифтера. Юноша взвизгнул, увидев собственную кровь, которая окрасила красным цветом отполированное лезвие.

- Ну, все, этого вполне достаточно, - прозвучал спокойный голос. Немедленно уберите кинжал. Он ничем не может вам помочь.

Бедуин замер. В конце длинного прохода стоял кто-то, показавшийся им великаном. Он весил, вероятно, вдвое больше каждого из них. Кожа его отливала бронзой. Гладко зачесанные волосы золотистого цвета почти сливались с цветом его мускулистой шеи.

Ренни, Джонни и Длинный Том стояли рядом с Доком. Огромная рука Ренни сжимала скорострельный пистолет-пулемет.

- Вот этим, - загремел его голос, - я могу и хочу изрешетить вас обеих, если вы немедленно не бросите ваши кинжалы.

Бедуины были знакомы с огнестрельным оружием.

Правда, они никогда прежде не видали ничего, похожего на это, но хорошо понимали, что оно должно быть смертоносным. Выпущенные из рук кинжалы брякнулись на пол. Лифтер, с воротничком, окрашенным алыми струйками крови, шатаясь, отступил в сторону, а потом сел на пол.

Ренни обошел бедуинов и встал между ними и дверным проемом, в котором продолжало бушевать голубое пламя. Длинный Том приблизился к стене и нажал какую-то кнопку. Потрескивающий барьер исчез.

Док Сэвидж достал что-то из кармана, потом он помог лифтеру подняться и встать на ноги.

- Мне жаль, что так получилось. Однако у вас оказались крепкие нервы, и вы проявили выдержку, - сказал он юноше. - Можете теперь идти.

Лифтер обнаружил, что в руке у него очутился какой-то листок бумаги. Он вышел, потирая небольшую царапину на шее. Его лицо все еще было бледным, как мел, но он нашел в себе мужество улыбнуться.

Бумажка в его руке оказалась стодолларовым банкнотом.

- Усадите их в кресла, - попросил Бронзовый человек. - Мы немного побеседуем.

Ренни и Джонни швырнули бедуинов в кресла, повернув их лицом к распахнутой двери библиотеки.

Кресла находились в нескольких дюймах от дверного проема. По сигналу Дока бедуина, который взял древнеарабский камень, обмотали проводом. Ренни встал на страже рядом со вторым бедуином.

Черные глаза человека, взявшего камень, стали почти непроницаемыми. В золотистых глазах Бронзового человека заплясали насмешливые искорки, и он заговорил.

- Вы скажете мне, кто послал вас сюда, - произнес Док.

Бедуин вздрогнул. Его черные глаза вспыхнули огнем.

Док Сэвидж произнес эти слова на чистейшем арабском языке. Бедуин с вызовом посмотрел на Дока, но не мог скрыть своего изумления.

Арабский - один из самых трудных языков. Никогда прежде бедуин не слыхал, чтобы кто-нибудь из ференги, иностранцев, говорил на нем так свободно. В кулаке бедуин все еще сжимал спрятанный под одеждой древнеарабский камень. Провод, удерживающий его в кресле, обвивал его руки и ноги.

- Ты не тот, кого я ожидал, - произнес Док. - Но ты мне расскажешь о нем. - Он по-прежнему говорил по-арабски.

Человек из бронзы пристально смотрел в глаза бедуина. Он использовал всю мощь своей гипнотической силы, чтобы заставить его дать ответ. Но черные глаза не уступали. На губах бедуина промелькнула быстрая, насмешливая улыбка. Он не дал сломить свою волю.

- В этой стране убийц карают электрическим стулом, - сообщил Док. Он немного замешкался, подбирая подходящие арабские слова, которые могли бы выразить понятие "электрический стул", но, как ему казалось, все же справился с передачей этого термина. - Ты - убийца. Ты скажешь все.

В ответ бедуин произнес только одну фразу:

- Я в руках Аллаха.

Длинный Том нажал кнопку на стене. Голубое пламя зашипело и затрещало, озаряя медную кожу араба. Малейшее движение могло заставить его прикоснуться к смертоносному барьеру, выросшему в дверном проеме. Острые, как копья, языки извивались совсем близко от его колен. Казалось, они подбираются к нему.

Губы араба шевельнулись, но он ничего не произнес вслух.

- Силы небесные! - загремел Ренни. - Вы действительно собираетесь поджарить его?

Док Сэвидж покачал головой и улыбнулся.

- Люди его племени настоящие фанатики. Он решил, что скорее умрет, чем заговорит.

Руки Бронзового человека были очень заняты. Он наполнял небольшой шприц для подкожных инъекций.

Поршень его можно было нажимать одним большим пальцем.

Сверкающая масса электрического пламени была совсем близко от лица бедуина. Он закрыл глаза, но в остальном оставался совершенно невозмутимым. Пылающая стена, созданная с помощью высокочастотного тока, находилась ужасно близко. Бедуин, знавший только законы пустыни, не сомневался, что скоро умрет.

Однако он упрямо не склонял головы и, как подобает истинному сыну ислама, не выдавал своих чувств. Его товарищ тоже хранил молчание, но внимательно следил за происходящим.

- Кто послал вас сюда? - требовательно спросил Док. - Почему вы оказались в этой стране?

Слова были сказаны по-арабски, но ответа на них не последовало.

Бедуин начал что-то бормотать. Это были слова: "Бисмилля аль Рахман аль Рахим", молитва правоверного мусульманина в минуту крайней опасности. Они означали: "Во имя Аллаха, Милосердного, Сострадательного!" Док знал, что бедуин никогда не заговорит из страха. Пришел его конец, наверняка думал араб. Он не выполнил того, что ему было приказано сделать.

Но, несмотря на то, что его окружает банда убийц, он будет верен Всеведущему.

Руки Дока действовали быстро. Он лишь коснулся плеча бедуина. Но игла шприца проникла сквозь кожу.

Шприц содержал специальную "сыворотку правды", изобретенную Человеком из бронзы.

Необыкновенные золотистые глаза Дока излучали непоколебимую твердость. Наконец они сломили сопротивление черных глаз. Бедуин был в его власти.

Араб теперь подчинялся гипнотическому влиянию Дока. "Сыворотка правды" преодолела пассивное упорство.

Основной ее эффект состоял в том, что она парализовала сопротивление жертвы. Сила воли была сломлена.

Бедуин начал что-то бормотать по-арабски. Док не сводил с него своего взгляда.

Джонни подошел ближе. Его костлявая фигура наклонилась над бедуином.

- Он говорит, что его зовут Фуссейн, - переводил Джонни. - По его словам, они приплыли на черном судне. Что-то говорит о человеке, которого он называет "Всеведущим". Послушай-ка, Док! Монах и Хэм! Он говорит, что обезьяна-человек и человек-закон находятся на черном судне! Сейчас он бормочет что-то насчет Аллаха... Берегись, Док!

- Бисмилля аль Рахман аль Рахим! - внезапно вскричал бедуин.

Никто не заметил, как рука бедуина нырнула под одежду. Древний арабский камень со стуком упал на пол. Крик человека в кресле был его предсмертным воплем.

Незаметно бедуин вытащил из рукава кинжал. Он молниеносно повернул его острием к себе и вонзил в свое тело. Раздался какой-то чмокающий звук и хруст.

Яркая кровь из сердца потоком хлынула на крахмальную рубаху бедуина, потекла багровыми струйками по его руке, сжимающей кинжал, так как он всадил клинок прямо себе в грудь.

Окрашенный в ярко-красный цвет клинок упал, и его рукоятка с металлическим лязгом ударилась о пол.

Бедуин свалился вперед лицом. Он был мертв.

- Один из немногих, кто победил Дока, - пробормотал гигант Ренни.

Инженер, охранявший второго бедуина, на какое-то мгновение забыл о своем пленнике. Вместе с Джонни и Длинным Томом, Ренни подошел к осевшему телу мертвого араба. Кровь все еще капала на пол.

Второй бедуин не был скручен проводами. Глаза его были холодны, как кусочки черного льда. Они напоминали глаза готовой ужалить змеи. Он поджал под себя ноги так, что кончики пальцев коснулись пола. Из этой позиции он прыгнул.

- Я глубоко сожалею об этой оплошности, - произнес Док, почти все свое внимание сосредоточивший на скорчившемся в кресле трупе.

Бедуин обрушился на него. Прямой кинжал-кортик выскользнул из его рукава. Арабы были хорошо снабжены запасным потайным оружием. Широкая мускулистая спина Человека из бронзы представляла собой настолько обширную цель, что промахнуться было трудно.

Шипящее арабское проклятие вырвалось из уст бедуина. Острый, как игла, кончик его оружия под прямым углом направлялся в спину Дока. Араб вложил в удар всю свою силу. Желтоватое, нездорового цвета лицо Длинного Тома приобрело цвет мела.

- Берегись, Док! - воскликнул он. - Ренни, хватай его!

Голова Дока качнулась вперед и вниз. Казалось, Бронзовый человек сделал только легкое движение. Его могучие ноги согнулись в коленях, как будто он присел к полу, собираясь сделать сальто-мортале. Рука бедуина дернулась от силы нанесенного кинжалом удара.

Правая рука Дока взметнулась над его плечом.

Могучие и упругие, как рояльные струны, сухожилия заиграли под кожей его запястья. Пальцы сжали шею бедуина как раз у основания черепа.

Бедуин завопил. Его вопль летел по воздуху, в то время как сам араб кувыркался наподобие бейсбольной биты. Тело его совершило два полных сальто, пока он летел сквозь дверной проем библиотеки.

Когда первый бедуин ударил себя кинжалом в сердце, Длинный Том отключил ток, создававший сверкающий голубым пламенем барьер.

- Здорово! Я в сверхсупервосхищении! - закричал хрипло Джонни. - Док, ты цел?

Рука Дока стряхнула на пол кинжал бедуина.

Иглообразное острие погнулось, как будто наткнулось на гранит. Человек из бронзы пожал своими широкими плечами. Вероятно, в том месте, куда ударил кинжал, останется небольшой кровоподтек.

- Силы небесные! - загремел Ренни. - Я только на секунду забыл о своих обязанностях, и вот...

На Доке была нижняя рубашка из тонкой металлической пряжи. Ее не могли пробить даже пули, а уж удар кинжалом был для нее сущим пустяком.

Бедуин покачивался на ногах, стоя в дверях библиотеки. Его темное лицо выражало крайнее изумление.

Он недоверчиво уставился на Дока Сэвиджа. Но задержался араб не более, чем на две секунды. С проклятием на устах он крутанулся на пятках и метнулся к двери, ведущей в коридор.

Громоздкое тело Ренни ринулось в дверь библиотеки.

Но тут же инженер резко остановился, как будто наткнулся на жесткий стальной брус. Это была рука Бронзового человека.

- Позволь ему уйти, - мягко произнес Док. - Это согласуется с моими планами.

Метнув быстрый взгляд в сторону лифта, бедуин выскочил на лестницу, расположенную в конце коридора.

У него не было желания встречаться с каким бы то ни было лифтером. История, приключившаяся с ним на восемьдесят шестом этаже, могла повториться еще раз. Он скользнул вниз по лестнице.

- Будьте уверены, ребята, свое вы получите, - уверил Док. - Мы дадим ему минуту форы. Путь вниз по лестнице долог.

Человек из бронзы поднял кинжал, при помощи которого Фуссейн сдержал клятву, данную своему убийце-вождю, Всеведущему.

- Этому клинку не меньше ста лет, - заметил Док Сэвидж. - Он, вероятно, собрал на своем веку обильную жатву.

Кинжал представлял собой прочное прямое лезвие длиной в восемь дюймов, вделанное в массивную металлическую рукоять. На одной стороне клинка был грубо выгравирован полумесяц и дата изготовления: "МЕДИНА, 1234 ГОД ХИДЖРЫ". По христианскому календарю это соответствовало 1825 году. На другой стороне едва виднелась скрытая слоем крови, смешавшейся со смазкой, какая-то надпись.

Это был древний боевой клич джихада - войны за веру: "ЗИШАХАМ БИСМ ЭР РАСУЛЬ".

Этот клич слышал в переулке Док, он же прозвучал во время похищения Монаха и Хэма.

- Убивайте, во имя Пророка!

Док скользящей походкой направился к лифту. Три его соратника последовали за ним. Они спустились вниз, когда бедуин вскочил в закрытый автомобиль, припаркованный за углом. Док, Джонни и Длинный Том стояли в плотном тумане.

Второй седан, выглядевший совсем заурядно, подъехал к обочине тротуара, у которой они стояли. За рулем сидел Ренни, вывевший машину из подземного гаража.

Док вскочил на подножку, заняв свое привычное место.

Глава IX. Погоня сквозь туман

Густой утренний смог парализовал движение транспорта. Несколько безрассудных водителей вели в этот ранний час свои автомобили, двигаясь с малой скоростью.

В районе южного порта непрерывно гудели сигналы паромов и буксиров, двигавшихся с предельной осторожностью. Суда, не совершающие рейсов по расписанию, отстаивались в безопасности на якорях у своих причалов.

На Северном бульваре, магистрали, являющейся главной транспортной артерией, проходящей вдоль северного побережья Лонг-Айленда, какой-то водитель, казалось, пренебрегал всеми правилами безопасности движения.

Те, кто замечали стремительно пронесшуюся тень автомобиля в плотном тумане, застывали в изумлении.

Гонщик дважды был взят на заметку. Один раз полицейским на мотоцикле. После того как полисмен едва избежал столкновения с капотом чудовищного грузовика, он прекратил погоню за нарушителем. Второй раз это была оборудованная рацией патрульная машина.

Ее водитель яростно выругался, когда мимо него со сверхъестественным мастерством и ловкостью промчался автомобиль с выключенными фарами.

- Бьюсь об заклад, что эти копы приняли нас за привидения, усмехнулся сидевший за рулем автомобиля-призрака Ренни. - Ну и ругались они, наверное, из-за того, что не разглядели нас!

- В рапорте будет кое-что покрепче ругани, - предположил Длинный Том. - Они не могли не заметить Дока, стоящего снаружи.

Человек из бронзы, выпрямившись во весь свой рост, стоял на подножке мчавшегося седана. Сырая пелена тумана хлестала его по лицу. Капли влаги стекали по гладко зачесанным бронзовым волосам, но, похоже, совсем не смачивали их.

Док и его друзья были в странной формы очках с большими выпуклыми стеклами. Выглядели эти штуки весьма неуклюже. Они были снабжены маленькими рычажками-переключателями. Из-под очков доносилось какое-то жужжание, как будто в них работал крошечный генератор.

Хотя фары автомобиля и были выключены, они освещали дорогу. Но это был свет, не видимый никому, за исключением тех, на ком были надеты специальные очки, изобретенные Бронзовым человеком. Автострада была освещена для них каким-то необычным образом.

Даже зелень деревьев не имела цвета. Все виделось в черно-белых тонах.

Эти невидимые лучи исходили из инфракрасного прожектора на седане. Глядя сквозь специальные очки, водитель мог свободно двигаться по дороге.

Еще больше похожим на призрак делал автомобиль бесшумный двигатель. Сверхмощная турбина издавала лишь тихий свистящий звук. Это и было причиной того, что появление седана Дока Сэвиджа прошло незамеченным для водителей двух других машин.

Седан пересек городскую черту, выехав за территорию Нью-Йорка. Не сбавляя скорости, он летел мимо невысоких холмов пригорода Нассау. Если бы не плотный туман, можно было бы разглядеть голубые воды пролива Лонг-Айленд, мелькающие в просветах холмов.

Две машины, двигавшиеся впереди, попали в луч инфракрасного прожектора вскоре после того, как седан пересек исторический квартал колониального поселения Рэслин.

У автомобилей, мчавшихся впереди, фары были включены. Но их водители вынуждены были придерживаться скорости, вдвое меньшей той, с которой двигался седан. Автомобиль Дока, бесшумно двигающийся, бронированный, оборудованный пуленепробиваемыми стеклами, не могли ни видеть, ни слышать люди в передних машинах.

В одной из них находился бедуин, ускользнувший из резиденции Дока в Манхеттене. Думая, что его бегство прошло чисто и гладко, араб делал именно то, что и предполагал Бронзовый человек.

Он направлялся прямо к уединенной бухточке пролива Лонг-Айленд, в которой, скорее всего, по логическим предположениям Дока, могло ожидать его стоящее на якоре "черное судно". И только из-за надежды найти пропавших Хэма и Монаха, Человек из бронзы позволил бедуину убежать.

- Похоже на фокус, ты не находишь, Док? - раздался голос Длинного Тома. - Откуда здесь взялись два автомобиля? Был только один, когда мы засекли того бедуина.

Человек из бронзы ничего не ответил. Его гигантское тело было неподвижным, как будто он сам стал частью автомобиля. Золотистые глаза с каким-то странным выражением смотрели на машину, мчащуюся впереди. Оба автомобиля выехали из Манхеттена. Нет никаких сомнений, они оба стремятся к одной и той же цели.

- Остался совсем короткий отрезок дороги, - отметил Док. - Следи за поворотом, чтобы мы не проскочили мимо.

- Я уверен, что...

Ренни не закончил фразу. Седан двигался так бесшумно, что можно было расслышать даже негромкий звук. От того места, где они сейчас находились, до ближайшего дома, расположенного на вершине стоявшего справа холма, было примерно полмили.

Женский вопль донесся сквозь густой туман. Это был пронзительный, сверлящий звук. Однако в нем не было ни испуга, ни отчаяния. Скорее крик этот выглядел так, будто женщина издала его специально для того, чтобы быть услышанной.

В заднем стекле ближайшего автомобиля, двигавшегося впереди, появились очертания двух голов, вырисовавшихся в инфракрасном луче как четкие чернобелые негативы.

- Именно этого я и ожидал, - спокойно сказал Док. - Теперь вперед, Ренни. Обойди эти машины.

- Силы небесные! - вырвалось у Ренни. - Они везут в последней машине какую-то женщину! Бьюсь об заклад, они похитили леди Фазэран!

Док ничего не сказал. Он лишь слегка наклонил голову, так как седан рванулся вперед. Его мотор позволял развивать скорость свыше ста миль в час.

Ветер, смешанный с туманом, трепал одежду Бронзового человека.

Это была трудная задача - обогнать один за другим два автомобиля на узком шоссе. Ренни направил седан на придорожную полосу.

Два изумленных водителя увидали нечто, что, должно быть, показалось им молнией, беззвучно вылетевшей из ночи. Не было ни звукового сигнала, ни огней фар. Седан пронесся со сверхъестественной скоростью, чиркнув крылом по кузовам обеих машин.

В заднем автомобиле сидели четыре человека. Пятый, связанный, с кляпом во рту, лежал на полу. Между двумя мужчинами на заднем сиденьи сидела женщина.

Темнокожий бедуин в вечернем американском костюме зажимал ей рот рукой.

- Вы будете сидеть тихо, леди Фазэран, - проскрежетал он, - или нам придется силой заткнуть вам рот!

Женщина на заднем сиденьи гордо выпрямилась.

Она не делала никаких усилий, чтобы освободиться от мешающей ей свободно дышать руки.

Водитель машины испустил проклятие. Это был белый человек. Лицо его перекосила злая гримаса.

- Никто из живущих на Земле не смог бы вести машину без фар в таком тумане! А тот здоровенный парень, что торчал сбоку, видели вы его? Он, похоже, вообще не человек!

В свете фар второго автомобиля увеличенная туманом фигура Дока Сэвиджа выглядела неестественно огромной.

- А он и не человек, этот тип, - ответил мужчина, сидевший рядом с водителем. - Лопни мои глаза, если это не Док Сэвидж! Лучше бы нам остановиться здесь и отделаться от этой дамочки!

Говоривший вытащил автомат, который был зажат у него между колен. Передняя машина, шедшая теперь между вторым автомобилем и седаном Дока, немного отклонилась в сторону.

- Пусть только этот черномазый язычник свернет с дороги, раздраженным тоном заявил автоматчик. - Я тогда быстро выясню, человек ли Сэвидж или нет!

Нижняя часть ветрового стекла была поднята. Он просунул свой "томпсон" сквозь щель, держа его наготове.

- Ты только зря потратишь патроны, - спокойно заявил смуглокожий человек на заднем сиденьи. - Большие шины автомобиля Дока Сэвиджа наполнены губчатой резиной, ты не сможешь их пробить. Автомобиль бронирован.

- Хо-хо! - фьгркнул автвматчик. - Ладно, пусть только этот олух свернет, и я нашпигую горячим свинцом и самого чертовою Сэвиджа, и его шины!

Женщина на заднем сиденьи оставалась неподвижной.

Темнокожий человек (он был известен под именем мистер Кассан), продемонстрировавший столь удивительную осведомленность о Доке Сэвидже, убрал свою давящую руку. Золотистые глаза женщины закатились.

После своего истерического вопля она, очевидно, находилась в полубессознательном состоянии.

Но тем временем она тайком терла каблуком о каблук...

Вдруг женщина прижала руку к своим глазам.

Автомобиль наполнился каким-то потусторонним ослепительным светом.

Водитель дико выругался. Заскрипели тормоза. Машина съехала с шоссе и уткнулась капотом в придорожный кювет.

Глава X. Черная магия

Одновременно со вспышкой света, сбросившей машину в кювет, произошла еще одна удивительная вещь. Взметнулась маленькая ножка женщины на заднем сиденьи...

- Ну, леди Фазэран, вы этого добивались! - проскрежетал мистер Кассан.

Его сжатый кулак обрушился на заднее сиденье.

Если бы женщина находилась на прежнем месте, ее прекрасное лицо приняло бы на себя всю силу удара.

Но она наклонилась вперед, ее руки вцепились в спинку переднего сиденья.

А затем автомобиль клюнул носом и с дребезжащим грохотом опрокинулся набок. Дверца распахнулась от удара. Стройная женская фигурка выскользнула в щель с плавной легкостью призрака.

Вывалившиеся в ту же щель люди стонали и протирали глаза, ослепленные вспышкой. Свои глаза золотистого цвета женщина все еще прикрывала ладонью.

Она пробежала несколько ярдов по шоссе и перепрыгнула придорожную канаву. С легкостью лани она исчезла в лесу, что рос вдоль дороги.

Проклятия и стоны носились вокруг разбитого автомобиля. Но четверо людей, бывших в нем, не получили, очевидно, серьезных повреждений. Все четверо выкарабкались на шоссе, поднялись на ноги и стояли, пошатываясь, ничего не видя вокруг. Вспышка специального химического порошка, спрятанного в женской туфельке, сделала их совершенно беспомощными. Они должны были оставаться в таком состоянии еще в течение нескольких минут.

Мистер Кассан был более сообразителен и сохранил больше хладнокровия, чем остальные.

- Мы временно потеряли зрение, - сказал он успокаивающе. Преследовать леди Фазэран мы не можем. Самое умное для нас - это убраться отсюда куда-нибудь, пока не вернулся Док Сэвидж. Положите руки друг другу на плечи. Теперь следуйте за мной. Недалеко отсюда спрятано маленькое судно.

Четверо гуськом пересекли дорогу и скрылись в кустарнике, росшем у дороги и тянувшемся до маленькой бухты. Держась вытянутыми руками друг за друга, они напоминали заключенных на прогулке.

Док Сэвидж увидал яркую вспышку от взрыва специального химического состава, а затем услышал сзади на дороге дребезжащий грохот.

Второй автомобиль находился всего в нескольких ярдах позади бронированного седана Дока. Его ветровое стекло разлетелось. Почти сразу же вслед за этим застрекотал свою смертоносную песенку автомат. Бронзовый человек почувствовал два удара от пуль, попавших в его пуленепробиваемую рубаху. Он нырнул внутрь автомобиля, к Джонни, сидевшему на заднем сиденьи.

Пули дождем сыпались на бронированный корпус.

Некоторые расплющивались о заднее стекло, оставляя на нем веерообразные паутинки трещин, а иные впивались в задние шины. Но они не оказывали никакого действия. Как и предполагал мистер Кассан, шины были наполнены губчатой резиной. Выстрелы не могли спустить их.

- Мы должны вернуться, - решил Док. - Давай, Ренни.

Ренни потянулся к приборному щитку и повернул какую-то рукоятку. Потом он потянул ее на себя.

Передние фары преследующего их автомобиля сразу же исчезли, как будто их заволокло внезапно расплывшееся облако.

Завеса из искусственного химического тумана была одним из многочисленных изобретений Дока Сэвиджа.

Ее эффективность усиливалась тем, что туман состоял из мельчайших липких частичек, которые залепливали стекла фар. В течение нескольких секунд те оказались полностью покрытыми ими.

Автомат все еще палил. Пули с визгом и скрежетом чертили шоссе, в их вое было что-то дикое. Скрипнули тормоза, и Док понял, что водитель машины прилагает все усилия, чтобы остановиться.

- Развернись в первом же подходящем месте, и поедем назад, - сказал Человек из бронзы и в тот же миг выскользнул наружу и легко спрыгнул на шоссе.

Док погрузился в непроницаемый туман собственного изготовления. Здесь он сорвал с глаз неуклюжие инфралучевые очки. Его зрение в несколько раз превосходило остротой зрение обыкновенного человека, но в этой светонепроницаемой завесе он ничего не смог увидеть.

Невзирая на это, Док бежал с удивительной быстротой. Он стремился как можно быстрее настичь потерпевший аварию автомобиль, поскольку именно в. нем скорее всего мог ехать бедуин, которому он позволил бежать и который мог навести его на след. Но тут он чуть не натолкнулся на первый автомобиль, стоявший неподвижно на самой середине шоссе. Хотя минуту назад из него градом сыпались пули, никого, казалось, не было в закрытом черном авто. Док внимательно прислушался, потом двинулся вперед.

Он добрался до второго автомобиля, лежащего на боку в кювете. Всхлипывания и стоны доносились из его нутра. Человек из бронзы замер, его мускулистое тело напряглось, а необыкновенный слух впитывал все окружающие звуки и классифицировал их. Только один человек был в машине. Если бы там находились и другие, Док смог бы услыхать их дыхание.

Человек в автомобиле издавал булькающие звуки, напоминающие кашель. Он старался встать на ноги, подняться с пола машины.

- Помогите! Помогите! - бессвязно восклицал он.

Это звучало как: "0-о-и-те! 0-о-и-те!" сквозь липкую ленту на его губах. Человек, видимо, пытался на ощупь найти выход из машины. Для этого он пользовался своим подбородком, так как его запястья были скручены за спиной. Пластырь мешал ему видеть.

Док вытащил его из машины за ноги. Он развязал шнур на его запястьях и помог сорвать с глаз и рта липкую ленту. Человек из бронзы поднял кусок ленты, упавшей на пол автомобиля, и потер ее в пальцах.

- Док Сэвидж! - воскликнул человек, как только освободился один его глаз. - Только на вас я и надеялся, когда перевернулась машина. Куда делись эти нападавшие бедуины?

- Я не виДел, как они уходили, - сказал Док. - Вероятно, они очень торопились. Что произошло?

Человек, постанывавший от боли, причиняемой срываемым пластырем, был Карсон Дэрналл. Его бледное лицо было бледнее обычного.

- В своем отеле я получил телефонное сообщение о том, что леди Фазэран попала в беду, - сказал Дэрналл. - Я отправился в ее отель. Но как только я вышел на улицу, два человека приставили пистолеты к моей спине. Они втолкнули меня в какую-то машину.

Потом один из них ударил меня по голове. Вот и все, что я вспомнил, когда пришел в себя на полу машины во время поездки.

- Несколько минут назад я слышал, как ругался водитель, - продолжал он, - Это было, должно быть, перед самым вашим приходом, когда вы обогнали нас, Потом началась стрельба. Вдруг машина потерпела аварию. Все, кто в ней находился, вывалились наружу и, наверное, убежали.

Док Сэвидж кивнул и ничего не сказал в ответ.

Он вернулся назад на шоссе. Дэрналл следовал за ним вплотную, озираясь украдкой, как бы побаиваясь, что его похитители вернутся. Ренни уже нашел более широкое место на шоссе и, развернувшись, возвращался.

Внезапно с того места, где стоял Док, донесся странный свистящий звук, какая-то экзотическая трель.

На редкость немузыкальная мелодия раздалась в темном тумане, разлетелась далеко вокруг. Сразу же вслед за этим в придорожном кустарнике послышались треск и шуршание. Луч карманного фонарика Дока выхватил чье-то лицо, выглядевшее привлекательным даже несмотря на то, что сейчас оно было исцарапано и сильно испачкано грязью. .

Какая-то женщина, прихрамывая, вышла из кустарника на дорогу. Только одна нога ее была обута в целую туфельку. Куски второй лохмотьями свисали с застегнутого на лодыжке ремешка.

- Послушайте, Док, - невозмутимо произнесла женщина, - в следующий раз вы, вероятно, заложите в мой каблук целую мину. Из ваших слов я поняла, что если я прикрою глаза, никто не пострадает, кроме тех парней.

Спокойная улыбка смягчила крупные черты лица Дока.

- Я не советовал тебе взрывать этот химикалий прямо в каблуке туфли, заметил он.

- Конечно, но у меня не было никакой возможности достать его оттуда, поэтому я использовала его и получила шанс убежать, - сказала Патриция Сэвидж, присела на подножку потерпевшего аварию автомобиля и принялась бережно баюкать свою обожженную ногу.

Ее бронзовые волосы из гладкой прически, делавшей ее так похожей на леди Фазэран, превратились в какой-то золотистый водопад, в беспорядке спадающий ей на глаза. Она улыбнулась Доку.

- Так в какую игру мы сейчас играем? - дерзко спросила Пат. - Ничего, если я сниму и вторую туфлю?

- Я отправлю тебя домой с первым же попавшимся автомобилем, - сказал Док. - Мы столкнулись с серьезной ситуацией. Нам нужно найти "черное судно" прежде, чем до него смогут добраться люди, бывшие в этих машинах, иначе пострадают Хэм и Монах.

- Я не поеду домой ни с первым, ни со вторым, ни с каким-нибудь другим автомобилем, - заявила Пат. - Я замотаю свою ногу и пойду с вами!

- О, я в суперсверхвосхищении! - фыркнул Джонни. - В этой ночной сорочке?

Пат вызывающе вздернула подбородок. На ней была кружевная сорочка, в которой ее увезли из отеля леди Фазэран. Док ожидал заранее, что на леди Фазэран будет совершено нападение, и поэтому велел Пат принять вид титулованной англичанки и поселиться в ее отеле вместо нее.

Глава XI. Когда пылает гавань

Найти Джейно имел раздражающую других привычку ловко зашвыривать в рот зернышки воздушной кукурузы и хрустеть ими. Это заставляло Ранта Дэйвиса яростно расхаживать из угла в угол, бормоча проклятия.

- Становится похожим на то, что со мной играют в какие-то паршивые кошки-мышки! - стонал Рант Дэйвис, покачивая головой. - Глянь-ка, что со мной сделали! А теперь ты заявляешь, что не знаешь, стоит ли впутываться в это дело! Кто мне заплатит за мою клешню? Вот что хотел бы я знать!

Рант размахивал забинтованной культей, в которую превратилась его правая рука. Круглая, как шар, голова его подергивалась вверх и вниз на длинной шее.

Вайти Джейно отвечал приторно-елейным тоном: - Не сказано ли: "Око за око и зуб за зуб"?

Никто не может ожидать, что отрежет другому уши и не заплатит за это сполна. Хадис необыкновенно ловкий парень.

Рант прямо-таки подпрыгнул, стоя перед Вайти.

Тот подбросил себе в рот очередную порцию воздушной кукурузы. Белые волосы сверкали, как снег. У него было круглое, жирное лицо с темной кожей. Глубоко сидящие черные глаза казались наполненными постоянной печалью. Он мог бы сойти за буддийского монаха или жреца какого-то древнего храма.

Вайти глядел на взволнованного Ранта с отеческим видом. Рант был взбешен.

- А я говорю тебе, что вся эта неразбериха вышла из-за тебя! - взревел он. - Ребята ничего не сделали! Мы шли за красоткой, а потом заявились эти черномазые нехристи и начали работать на тебя! А может, ты работаешь на них? Дважды они нас разгромили полностью! Нам было велено схватить эту дамочку, Фазэран, а потом появляется Хадис!

- Он только следовал инструкциям, - мягко сказал Вайти. - Мы изменили наши первоначальные намерения. Нам стало известно, что она уже добралась до Дока Сэвиджа. И мы пошли самым мудрым путем, отпустив ее на время. Док Сэвидж попал в самую точку. Это все, что мы могли сделать.

- И, как я понимаю, велели этому черномазому Хадису начать резню? огрызнулся Рант. - И именно из-за этого был прикончен Толари? Все, что я прошу, это один раз как следует врезать этому нехристюязычнику. И на этот раз он не обойдется одними ушами!

Вайти громко хрустел кукурузой в течение минуты.

- Ты принимаешь Хадиса за шпиона и, ничего не спрашивая, отрезаешь ему уши, а он был там по нашему приказу, - терпеливо сказал Вайти. - Вероятно, ты находишь это очень смешным. А кое-кто из твоих мальчиков-шалунов всаживает нож в другого человека. Вас не беспокоит то, что, вернувшись в таком виде в пустыню, Хадис потеряет свое лицо.

- У него вообще не будет никакого лица, и он никогда туда не вернется! - прохрипел Рант. Его шея резко втянулась в плечи, отчего он до смешного стал похож на черепаху, ловящую ртом мух. - Сперва ты называешь нас самыми ловкими парнями, каких только видывал свет, а потом, прямо в середине дела, звонишь этой шайке погонщиков верблюдов. Они всех нас этой тенью испарившейся женщины отправили на электрический стул!

Вайти подбросил в воздух горсточку белоснежных зерен воздушной кукурузы, ловко поймал ее ртом и захрустел, перемалывая зубами.

- Ты удивительно проницателен, Рант, мой мальчик. Всех вас посадят на электрический стул, если поймают. Вот почему вы будете всем этим заниматься, даже вместе с Хадисом, и все ему простите. Вы поедете вместе, и с удовольствием. Останьтесь только в большом городе, и они спустят с вас штаны, прежде чем вы успеете это почувствовать.

- Не стану я мириться ни с кем из этих черномазых нехристей! взорвался Рант. - Как только он попадется мне на глаза, я сверну ему шею!

- Тогда обернись назад, Рант, мой мальчик, - предложил Вайти, похрустывая кукурузой. - И если ты будешь достаточно мудр, то сохранишь оставшуюся Руку.

Высокая фигура Хадиса, чья физиономия напоминала о его нубийских предках, появилась за спиной Ранта.

Эбеновое лицо казалось черной каменной маской. Глаза бывшего невольника шейха были воспалены и горели смертельной ненавистью.

Тяжелый кривой ятаган с украшенной драгоценными камнями рукоятью с лязгом выдвинулся и задвинулся в ножны. Но не вид Хадиса вырвал крик ужаса из сдавленного спазмом горла Ранта.

Рядом с Хадисом выстроились шесть других фигур.

Их лица были свинцового цвета, как у трупов. Двое держали какие-то инструменты, напоминающие щипцы мороженщика с длинными рукоятками. Двое других раскачивали в руках нечто, напоминающее резную деревянную колыбель, держа ее между собой. Внутри "колыбели" от одного ее конца к другому, ударяясь о стенки, перекатывался какой-то шарообразный предмет.

Хадис по-арабски задал недвусмысленный вопрос.

Он состоял только из трех слов, которые означали: "Сделать ли это?" Нет! Нет! Только не так, шеф! Все, что угодно, только не это!

Вайти Джейно небрежно забросил в свой разинутый рот порцию кукурузных зерен и не спеша захрустел ими. Потом он заговорил. Маленькие глазки Ранта выпучились так, что готовы были вылезти из орбит.

Джейно говорил по-арабски! Рант не знал, что его шеф владеет этим языком. Прозвучало несколько отрывистых слов. Черный Хадис почтительно преклонил колено. Рант в ужасном замешательстве наблюдал эти изъявления покорности. Хадис сделал знак замаскированным людям, и они исчезли из продолговатой комнаты.

- Рант, мой мальчик, - произнес Вайти Джейно тошнотворно благожелательным тоном. - Ты и твои Друзья очень нужны полиции. По какой-то ошибке членов твоей банды подозревают в том, что они замешаны в оставляющих теневые отпечатки убийствах.

- Возможно, это и ошибка, - пробормотал Рант, - ко они как-то очень уж смешно ошибаются.

Челюсти Джейно медленно, с хрустом продолжали жевать.

- Будем это называть ошибкой, - сказал он вкрадчиво. - Итак, ты и остальные будете столь любезны, что отправитесь с нами. В наших делах наступил нювапный кризис. Мы отправляемся, возможно, уже в течение ближайшего часа. Вы будете иметь свою долю, справедливую долю, в далекой стране, куда мы отправляемся. Я присмотрю за этим.

Рант Дэйвис упал в кресло, осторожно баюкая свою окровавленную руку.

- Будем надеяться, так оно и будет, шеф, - сказал он. - Меня не проведешь. Стало слишком горячо, чтобы оставаться здесь. Больше не будет никаких ошибок.

Продолговатая комната ритмически покачивалась. Вода вздыхала и плескалась, ударяясь убегающими вдаль волнами о скалы за стеной. Эта комната была роскошно отделанной каютой яхты, которая, судя по ее виду, должна была иметь большую скорость. Яхта была выкрашена в черный цвет.

Вайти Джейно подбросил вверх очередную порцию кукурузы. Его челюсти захрустели в такт с легким плеском волн, набегающих на отмель.

- Звук такой, как будто обезьяна щелкает земляные орехи, - донесся язвительный голос из маленькой кают-компании, расположенной в конце продолговатой комнаты.

- Проклятье! Сейчас не время шутить! Ты, между прочим, лопаешь точно так же! Можно подумать, что это свинья грызет кукурузный початок!

Любой человек, знакомый с искателями приключений, входящими в группу Дока Сэвиджа, сразу же узнал бы голоса Монаха и Хэма. Даже перед лицом величайшей опасности эта парочка продолжала свою словесную дуэль.

Впрочем, от подобных взаимных уколов их моральное состояние только улучшалось. Хэм не ответил Монаху.

Но обезьяноподобный химик вдруг завизжал своим похожим на детский голоском:

- Ох! Проклятый стряпчий! Ты опять сделал это! Я вот пихну тебя ногой в то место, куда ты складываешь жратву!

Хэм усмехнулся. На его изможденном лице этот оскал производил жуткое впечатление. Тем более, что лукавая физиономия адвоката была покрыта коркой из засохшей пыли и грязи того переулка, в котором схватили его и Монаха. Лишь накануне вечером его костюм, шедевр портновского искусства, ослеплял своим великолепием весь Бродвей. Теперь этот последний крик летней моды выглядел так, что мог привлечь разве что взор старьевщика.

Хэм вызвал этот вопль Монаха тем, что дернул его за большой палец. Движение это причинило Хэму не меньшую боль, чем Монаху, но он-то ее ожидал.

- Будь оно все проклято! - простонал Монах. - Как ты считаешь, долго они еще будут держать нас здесь?

Прежде, чем Хэм смог ответить, снова раздался благодушный голос Вайти Джейно.

- Как только получим приказ, мы избавимся от этих двоих, - сказал он. - Нам не следует оставлять никаких следов, на которые мог бы напасть Док Сэвидж. На воде мы не оставим никаких отпечатков.

Монах невольно поежился. Его длинные руки конвульсивно дернулись, как будто он намеревался немедленно броситься в бой. На этот раз застонал от боли Хэм.

- Ты, отпрыск гориллы! Не делай этого! Держи свои волосатые пальцы в покое!

Монах удовлетворенно проворчал что-то в ответ, хотя мучения Хэма не доставили ему большого удовольствия.

Куцые большие пальцы Монаха, покрытые густыми волосами, напоминающими мех, были присоединены к большим пальцам Хэма при помощи орудия пытки, известного полиции как "наручники для пальцев". Полицейские иногда применяют их вместо обычных наручников для сковывания особо опасных преступников.

"Наручники для пальцев" сделаны на манер обычных.

Но они меньше и сковывают вместе два больших пальца. Внутри каждого их захвата находятся острые пилообразные зубчики. Каждый рывок соединяющей захваты цепи заставляет эти зубчики сжиматься еще сильнее, затягивает их. Они впиваются в тело. Пытаясь освободиться, заключенный сдирает все мясо с костей.

Потом, очевидно, ему придется крошить и кости...

Ноги Монаха и Хэма были свободны. Но это еще не давало им возможности свободно расхаживать тудасюда. Их похитители обрели уверенность в том, что пленники будут оставаться на одном месте весьма простым способом: они посадили их лицом друг к другу.

А между их рук от пола до потолка кают-компании протянулась металлическая колонна-пиллерс. Если бы гигантские руки Монаха были свободны, обладающий огромной силой обезьяноподобный химик мог бы вырвать стальной пиллерс из его гнезда. Но с большими пальцами, прикованными к большим пальцам Хэма, он был беспомощен, как дитя.

- Монах, - спросил Хэм, - ты понял, что сказал этот жирный дьявол?

- Проклятье! Меня не беспокоит, что он там болтает! Подожди только, пока я освобожусь от этих чертовых штук! Я устрою под этим парнем такой костер, что вытопится весь его жир!

- Он сказал, что на воде они не оставят никаких следов, никаких отпечатков, - задумчив" произнес Хэм. - И я подумал о той тени на витрине.

- Ты, пустоголовый адвокатишка! - завизжал Монах. - Почему бы тебе не плюнуть на все это и не брать себе в голову ничего дурного! Я буду сильно удивлен, если Док не нашел уже ниточку ко всем этим дьявольским штучкам!

- Сейчас, должно быть, уже три или четыре часа, - сказал Хэм. - Обычно Док действует быстро. Может быть, они схватили и его.

- Пр-роклятие! Ты так думаешь?

Тут они услышали еще кое-что. В продолговатую каюту вошел подручный Вайти Джейно и тонким голоском жалобно произнес:

- Но, Вайти, ты же не заставишь нас забираться на этих бешеных верблюдов? Я однажды пытался прокатиться верхом на верблюде в цирке, когда еще был ребенком. И с тех пор я предпочитаю не иметь с ними никакого дела.

Между двумя движениями челюстей Вайти Джейно произнес успокоительно:

- Вы будете ездить на верблюдах, и вам это придется по душе, Бирджлес. Даю вам слово, что такой огромный куш может достаться вашей шайке только раз в жизни. На долю каждого придутся миллионы, и если вы не хотите вернуться назад, где вас ожидает электрический стул, то можете стать богачами, вы все.

- Да-а-а? - насмешливо протянул тот, кого назвали Бирджлесом. - Но самым богатым станешь ты, когда какой-нибудь ловкач из этих черных дьяволов засадит тебе под ребра кинжал. Мне это не нравится.

- Как я понимаю, - сказал Хэм Монаху, - мальчики Вайти собираются совершить прогулку по морю, чтобы поправить здоровье. И я бьюсь об заклад, что они не захотят возвращаться. Меня поражает, как это Вайти так поднаторел в арабском языке, лучше, чем можно было бы ожидать от самого большого из известных здесь пройдох.

- Какая разница? - простонал Монах. - Они, может быть, и направляются в путешествие для поправки Своего здоровья, но от них мы получили билеты на рейс совсем другого сорта.

В каюте вдруг началось какое-то волнение. Появился новый человек. Он быстро заговорил по-арабски. Хэм уловил несколько слов и связал их с услышанным ранее. Подобно другим членам команды Дока Сэвиджа, юрист мог говорить почти на любом из известных языков. Более того, все они пользовались языком древних майя. для того, чтобы общаться между собой в присутствии врагов.

- Что-то случилось, - пояснил Хэм Монаху. - И Док навал на след, ведущий к нам. Парень, который только что вошел, передал приказ от кого-то, кого он называет Всеведущим. Нас возьмут в это морское путешествие. Он сказал, что Всеведущий может на время использовать химика. Монах, тебя на время используют.

- Святые угодники! Что проку для меня в морском путешествии, если я лишусь больших пальцев!

Изощренный мозг Хэма сделал еще одно сопоставление.

- Думаю, Монах, что я кое в чем разобрался.

Вайти Джейно каким-то образом посеял вражду между бедуинами и гангстерами, которые работали на него.

Он сделал так, что полиция прижала гангстеров, и они вынуждены убраться из Нью-Йорка. Однако, когда они сделают свое дело, то станут ему не нужны, и им придется довольно туго - Кто же тогда этот Всеведущий? спросил Монах.

- Полагаю, что это предводитель бедуинов, - ответил Хэм. - И, как бы там ни было, именно они ответственны за убийство, оставившее отпечаток на витрине. Я надеюсь только на то, что Док доберется сюда... Слушай, Монах! Ты слышишь?

Звук, заставивший Хэма прервать свою речь, не имел отношения к Доку Сэвиджу. Отчетливо слышимый пронзительный вой полицейской сирены раздался над заливом. Он доносился со стороны Лонг-Айлендского пролива.

- Это полицейский катер! - воскликнул Хэм. - Может быть, это и означает наш конец, но копы нашли ниточку, ведущую к Вайти Джейно!

Так же считали и в каюте яхты. Вайти Джейно перестал хрустеть кукурузой и прислушался. Тишину нарушил писклявый голос Ранта Дэйвиса.

- Так что, нам предстоит порка, а? Очень жаль, шеф, но, похоже, вы сделали еще одну ошибку... И на этот раз серьезную ошибку!

Мимо дверного проема каюты проплыло лицо Хадиса цвета эбенового дерева. Ветер трепал его кейфих. Один из порывов ветра отбросил в сторону край головного платка, обнаружив страшную правду. Оба уха нубийца были начисто срезаны. На их месте находились отвратительные незажившие раны.

Хадис вошел и остановился в ожидании с безучастным видом. Сирена полицейского катера выла все громче, не было сомнений, что портовая охрана направлялась прямо к этой уединенной бухте.

Монах и Хэм с трудом встали на ноги. Стоя, они могли смотреть сквозь иллюминаторы кают-компании.

Вокруг яхты лежал плотный слой густого тумана.

- Взгляни-ка, Монах, - кивнул Хэм, указывая на один из иллюминаторов. - Снова эти дьяволы в масках!

В свете палубных огней неуклюже двигалось несколько высоких фигур. Их лица тусклого свинцового цвета создавали впечатление, будто это ходят ожившие мертвецы.

Луч прожектора ножом прорезал туман над проливом.

Морская полиция нацелила его на черную яхту. По мере того как полицейский катер приближался, покачиваясь на невысоких волнах, луч прожектора то поднимался, то опускался, подобно призрачному указующему персту.

- Святые угодники! - закричал Монах. - Они включили ходовые огни яхты, чтобы привлечь копов! Это ловушка!

- Ты прав, - ответил Хэм. - Они задумали заманить в ловушку этот катер и убить его экипаж. Мы должны предупредить их.

Полицейский катер подплывал все ближе и ближе.

Его мотор сбавил обороты и теперь работал с тихим свистящим звуком.

- Ну, а сейчас, - сказал Хэм. - пусти в ход свою обезьянью глотку и выдай самый громкий вопль, на который ты только способен.

Монах не стал тратить времени на ответ. Он вложил всю силу своих легких в пронзительный, напоминающий детский дискант крик. Хэм присоединился к нему своим хриплым скрипучим голосом.

- Держись подальше! Не подходи! - завопили Монах и Хэм. - Это ловушка! Держись подальше!

Дверь в кают-компанию распахнулась. Монах и Хэм все еще орали отчаянным дуэтом, пытаясь предупредить полицейских, но они были беспомощны. Истерзанные большие пальцы удерживали их у стальной подпорки. Ворвавшиеся бандиты Вайти Джейно изрыгали отвратительные проклятия.

Вскинутые автоматы с сокрушительной силой обрушились на головы беззащитных пленников. Монах и Хэм свалились на пол. Дьявольские зубцы "наручников для пальцев" впились в них. Алые струйки потекли по их рукам. Но пленники не видели этого, не чувствовали усилившейся боли.

Они были без сознания. Дверь каюты захлопнулась за ругающимися бандитами. Заскрежетали задвижки замка.

Четыре портовых полицейских в катере услыхали предупреждавший их крик. К сожалению, они истолковали его неверно.

- Они пытаются сыграть с нами шутку и удрать, - проворчал сержант, командующий катером. - Поверните-ка на них пулемет и стреляйте, если что-нибудь произойдет!

Он удерживал катер на прежнем курсе, уверенно направляясь к борту яхты. Четверо полицейских береговой охраны не видели шар, который опускался на поверхность воды и был размером в два футбольных мяча. Покачивающийся на конце тонкого шнура шар находился между полицейским катером и бортом черной яхты.

Без какого-либо звука фантастический зеленоватый свет разлился по бухте. Воздух, казалось, наполнили невидимые материальные частички. Все, находившиеся на борту яхты, за исключением людей в масках, забились в каюту.

Мотор полицейского катера неожиданно взревел. Пулемет его выпустил одну короткую очередь и захлебнулся.

Патрульный катер не остановился, а, набрав скорость, пронесся мимо носа черной яхты.

Один из противотуманных фонарей на мгновение осветил его корпус, смешавшись с разлившимся повсюду зеленоватым сиянием. Свет озарил его от форштевня до кормы, но высветил лишь пустой и безлюдный мощный полицейский катер, мчавшийся прямо на прибрежные скалы, находившиеся менее чем в ста ярдах.

Патрульный катер разбился вдребезги о первый же торчащийй риф, который распорол все его днище. Катер перевернулся, затрещал и лег на борт посреди расположенных у берега скал.

Испускавший жуткое зеленоватое свечение шар покачивался на конце тонкого канатика. Он впускался.

Канат соскользнул, и смертоносная сфера погрузилась в воду. Шипения не было, только легкий всплеск.

Почти в тот же момент вся бухта, казалось, взорвалась от захлеснувших ее волн, которые, казалось, превратились в пламя. Фосфоресцирующее свечение катилось длинными волнами, каждый всплеск превратился в бегущий язычок огня зеленоватого цвета. Но жара не было. Пламя было холодным.

Волны набегали и с огненной яростью разбивались о берег. Черная яхта, казалось, превратилась в светящийся корабль-призрак. Поднялся якорь и застучал мотор. Яхта быстро заскользила по сверкающей бухте и сквозь густой туман направилась к выходу из ЛонгАйлендского пролива.

Позади осталась укромная бухта, продолжая сверкать великолепным ослепительным сиянием.

Через несколько минут после того, как черная яхта скрылась из виду, появился бронированный седан Дока Сэвиджа, который, подпрыгивая на ухабах, несся по неровной дороге с огромной скоростью, направляясь к укромной гавани. Свечение смертоносного шара позволяло приблизительно определить местонахождение черной яхты.

Бухта все еще производила впечатление озера из жидкого пламени. Седан остановился, Человек из бронзы вскочил на подножку. Казалось, он едва коснулся земли, как тут же бросился к скалам.

Поднявшись на утесы, он увидел разбитый полицейский катер. По всей видимости, на катере находились четыре человека. Пистолеты, другие мелкие металлические предметы и пуговицы от униформы указывали на это.

На борту потерпевшего крушение катера остались странные отметины. Это были теневые изображения ног.

Ног полисменов, уже готовых открыть огонь по людям, которых они считали безжалостными и кровожадными убийцами.

Глава XII. Черная яхта тонет

Док Сэвидж закончил говорить по телефону из своего офиса. С минуту он сидел, задумчиво уставившись на дверь из хромистой стали, за которой находилась его библиотека. В библиотеке расположились Длинный Том, Ренни, Джонни, Патриция Сэвидж и Карсон Дэрналл.

Человек из бронзы анализировал создавшуюся ситуацию. Хотя Док и находился в полном одиночестве, он издавал странный вибрирующий свист. Губы его выглядели неприспособленными для звуков подобного рода. Казалось, что его изощренный аналитический мозг был наделен способностью звучать самостоятельно.

Это свидетельствовало о том, что Док Сэвидж глубоко взволнован. Может быть, он пришел к какому-нибудь потрясающему открытию. Почти полчаса он разговаривал по телефону дальней связи с разными людьми. Некоторые из них находились даже по ту сторону Атлантики.

Бронзовый человек открыл дверь в библиотеку и провозгласил: - Друзья, мы отправляемся сейчас же!

Патриция Сэвидж подошла к своему кузену. Одна из немногих, она решалась подвергать сомнению решения Дока. Чаще всего это делали женщины. Дoк сам признавался, что не понимает женщин. Более того, он и не заботился о том, чтобы их понять.

- Придется подождать, Док, - сказала Пат. - Я должна упаковать кое-какую одежду.

Нахмуренные брови -делали ее лицо еще более привлекательным.

- Мы отправляемся немедленно, - спокойно повторил Док. - Все, что тебе потребуется, ты найдешь на борту дирижабля. Я приготовился к любым неожиданностям.

- Ты подумал обо всем, не так ли, Док? - сказала Пат с дерзкой улыбкой. - Думаю, ты рассчитываешь в один прекрасный момент вытащить меня из постели, чтобы забросить еще и в Арктику.

Док улыбнулся, но ничего не ответил. Действительно, его очаровательная кузина в этот момент выглядела не подготовленной к тому, чтобы совершить перелет через Атлантический океан. Ночная сорочка, в которую она была одета, пострадала в кустарнике. Лицо ее было исцарапано колючками и кое-где все еще было покрыто грязью.

Пат облачилась в одно из принадлежащих Джонни пальто. Джонни был худ, как скелет, и высок. Одеяние спадало до маленьких стоп Пат. На ней была только одна туфля.

- Мы готовы и не должны терять времени, - сказал Док. - Я узнал, что черная яхта вышла из гавани, держа курс на юг.

Бледный Карсон Дэрналл, казалось, оправился от потрясения после передряги, в которую он попал.

- Вы возьмете меня с собой, мистер Сэвидж?

Человек из бронзы изучающе взглянул на бледное, изможденное лихорадкой лицо. Карсон, несомненно, искренне желал принять участие в экспедиции.

- Вероятно, мы столкнемся с большими опасностями, - предположил Док.

- В этом я не сомневаюсь, - согласился Карсон Дэрналл. - Но я знаком с этим районом Сирийской пустыни. Возможно, мои знания окажутся полезными. Однако дело не только в этом. Дэнтон Картерис был моим близким другом.

Док только кивнул головой в знак согласия.

- Пошли, - сказал он. - Туман рассеялся. Я надеюсь догнать черную яхту. Полагаю, что Монах и Хэм еще живы.

Пат пожала плечами под длинным пальто Джонни.

- На этот раз ты все-таки кое о чем забыл, Док, - улыбнулась она. - Я выполняю обязанности компаньонки, не так ли? Ты еще ничего не сказал о леди Фазэран.

- Леди Фазэран сейчас находится на пути в ангар дирижабля, - сообщил Док. - Она будет ждать нас там.

- Что ставит кузину Пат на должное место, - капризно сказала Пат. - Я не должна была забывать об этом.

Никто не смог бы заподозрить, какое замечательное содержимое находится в низком, старом пакгаузе на берегу Гудзона. Угрюмое здание несло на себе только одну вывеску. Она гласила: "ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "ГИДАЛЬГО".

Перед самым полуднем из пакгауза показался серебристый воздушный корабль. У него были обтекаемые формы дирижабля. С кабиной, помещенной в оболочку, воздушный корабль издали казался остроконечной гигантской стрелой.

Дирижабль проследовал прямо на юг, к проливу, и поднялся в воздух над морем. Сидя за пультом радиостанции, включающей самый современный телевизионный приемник, Джонни ловил одну за другой радиограммы находящихся в море судов. Док находился у штурвала управления.

Спустя два часа после того, как порт Нью-Йорка остался позади, Джонни воскликнул: - Я обнаружил их, Док! Один из каботажных пароходов докладывает, что черная яхта прошла в опасной близости от берега, особенно если учитывать волнение после вчерашнего ночного шторма!

Серебристая сигара слегка изменила направление.

В этот момент дирижабль проходил сквозь гряду облаков.

Док Сэвидж вел его на небольшой высоте, чтобы обследовать поверхность океана.

Пат Сэвидж сидела рядом с леди Фазэран. Трудно было найти двух других таких красивых женщин. Золотистые глаза Пат, чем-то напоминающие глаза ее знаменитого кузена, были почти точным повторением невозмутимых глаз ее спутницы. Их отличала только одна особенность: в глазах Пат виднелось напряженное ожидание, глаза же леди Фазэран поражали полным отсутствием эмоций, холодностью.

- Я надеюсь, что мы спасем этих двух людей, которые пропали, - сказала леди Фазэран. - Все это так ужасно, и я чувствую себя отчасти виновной в том, что случилось.

- Док и его люди никогда не винят никого, кроме самих себя, в тех опасностях, с которыми им приходится сталкиваться, - заверила Пат. - Это их жизнь, и это им нравится. Они выбрали судьбу искателей приключений, хотя каждый из них мог бы стать первым в своей профессии. Я твердо уверена: все они думают, что только смерть положит конец их союзу.

- Как и мои братья, - вздохнула леди Фазэран. - Но сейчас один мертв, а Рэйнон...

- Я не хочу и думать об этом, - быстро утешила ее Пат. - Смотрите! Они обнаружили черную яхту!

Пат бросилась к иллюминатору. Леди Фазэран последовала ее примеру. Внизу под ними длинное, узкое судно, выглядевшее игрушечной лодочкой, боролось с седым от пены морем. Как и передавал судовой радист, яхта опасно прижималась к берегу.

- Бьюсь об заклад, они думают, что могут уйти от любого преследования таким путем, - заметила Пат.

- Но как может мистер Сэвидж рассчитывать добраться до них отсюда? спросила леди Фазэран. - Тут негде приземлиться дирижаблю.

- Предоставьте заботы об этом Доку, - уверенно сказала Пат. - Ох, я думаю, что яхта скоро наскочит-таки на скалы!

- Ого, я сверхпотрясен! - воскликнул Джонни. - Кто бы ни управлял этой яхтой, он безумец! Док, они идут прямиком к своей гибели!

Недостаток длинных слов в речи Джонни свидетельствовал о его возбуждении. Все выглядело так, как если бы яхта неслась прямо на невысокий риф одного из двух маленьких островков, расположенных вблизи побережья. Тяжелые валы разбивали свои пенистые гребни почти перед самым носом черной яхты.

- Рулевой не безумен, Джонни, - спокойно сказал Док. - Там нет рулевого. Если вы посмотрите внимательно, то заметите, что яхта осела на нос. Они сбежали, а мы появились слишком поздно, если только Монаха и Хэма оставили на борту.

Всех поразила острая наблюдательность Дока. Теперь они тоже могли видеть: черная яхта медленно погружается. Подобно некоему призраку, опустевшее судно проскользнуло мимо рифа и вышло на глубокую воду рядом с одним из островков.

Мускулистые руки Дока манипулировали рычагами управления дирижабля, направляя его обтекаемый нос под острым углом вниз. Он повернулся к Ренни.

- Возьми на себя управление кораблем, - сказал он. - Подойди к яхте. так близко, как только не побоишься. Я попробую высадиться на борт.

Но еще прежде, чем Док смог осуществить свой замысел, тонущая яхта была подхвачена большой волной и с треском ударилась о пилообразные зубья рифа.

Следующая волна стащила ее с него, и, клюнув носом, яхта пошла ко дну.

Док ничего не сказал. Он только надеялся, так же, как и его соратники, что Хэма и Монаха не было на борту яхты.

Глава XIII. По небу плывет смерть

- Южная трасса в это время года должна быть свободной от штормов, произнес Ренни. - На Бермудах мы сможем что-нибудь узнать. У меня есть предчувствие, что они направятся на Бермуды.

- Я тоже пришел к такому выводу, - сказал Док Сэвидж. - Мы можем услышать там какиенибудь новости относительно самолетов. Ты говоришь, Ренни, что южная трасса должна быть свободной от штормов. Однако есть признаки того, что впереди бушует сильная гроза.

Ренни быстро взглянул на приборы. Показания барометра не изменились. Дирижабль сейчас проплывал над облаком цвета синевато-серого сланца. Оно волновалось, подобно морю. Масса водяных паров как-тo странно клубилась. Но выше ее не было никаких признаков шторма.

Джонни с глубокомысленным видом кивнул. Из своего неисчерпаемого словаря он извлек несколько длинных слов:

- Несомненно, последствия малоожидаемой атмосферной пертурбации, произошедшей прошлой ночью, должны иметь широкомасштабные последствия, выдал он. - Обратите внимание на искривление циркуляционных стратифицированных пластов...

- Если ты имеешь в виду то, как странно клубятся вокруг облака, то, похоже, мы действительно находимся в чем-то таком, - ответил Ренни. - Силы небесные! Минуту назад сияло солнце, а сейчас? Что это?

Он имел в виду внезапное потемнение неба, бывшего до сих пор вокруг них безоблачным. Они находились на такой высоте, где нельзя было ожидать никакого шторма. Дожди и яростные ветры обычно зарождаются в более низких слоях облаков.

Леди Фазэран тихо сказала Патриции Сэвидж:

- Я боялась, что это может случиться. Мой брат, Рэйнон, был прав, предупреждая нас о странном снежном буране, бушевавшем прошлой ночью. Я убеждена, что это Хадис обладает способностью вызывать изменения погоды.

- О, вы действительно так думаете? - с готовностью подхватила Пат. Глаза ее возбужденно горели. - Я всегда хотела оказаться в дирижабле Дока во время шторма.

По-своему Пат была так же неустрашима, как и ее хладнокровный кузен. Только перед лицом настоящей опасности она ощущала всю полноту жизни. Радостное предвкушение озарило ее красивое лицо.

Хотя темнота сгущалась, Док направлял дирижабль вперед и поднялся немного выше.

- Эти бандиты летят на пяти самолетах, - сказал он. - Они тяжело нагружены и не могут двигаться с такой же скоростью, как и мы.

Прошло несколько минут, прежде чем спутники Дока тоже смогли разглядеть пять отдаленных точек в быстро темнеющем небе. На курсе, ведущем к Бермудам, дирижабль быстро догонял бедуинов и американских уголовников.

Однако видимость ухудшалась так быстро, что пять летящих пятнышек были вскоре потеряны. Сначала погрузилось в красный туман солнце, вокруг него образовалось широкое кольцо - гало. Больше всего туман походил на кровь, разлившуюся по небу.

Внезапно солнечный свет померк. Пропали облака внизу, как будто их опрыскали черной красной. Утренний туман в Нью-Йорке не шел ни в какое сравнение с этой пеленой, окутавшей, как саваном, серебристую сигару.

Порыв ветра встряхнул дирижабль с такой силой, как будто он натолкнулся на что-то твердое.

Дирижабль сильно отклонился от курса, и машина провалилась в огромную воздушную яму.

Бледное лицо Карсона Дэрналла приобрело зеленоватый оттенок. Жизненные силы путешественника были подорваны малярией, перенесенной в прошлом. Вероятно, он сильно страдал от качки.

Леди Фазэран лишь слегка побледнела. Она внимательно следила за Доком Сэвиджем.

Пат Сэвидж по-прежнему слегка улыбалась. Но и ее жизнерадостность временно пошла на убыль. Первый нырок дирижабля был похож на спуск в скоростном лифте Дока. Пат как-то попробовала это. Подобные вещи всегда оставляли у нее ощущение слабости в коленях.

Но этот нырок был гораздо более продолжительным, чем спуск в лифте. Корабль очутился в воздушной яме, простиравшейся вниз более чем на милю.

Стрелки приборов бешено плясали. Компас, указатель скорости, барометр и радиокомпас вышли из строя.

Джонни, сидевший за пультом радиостанции, вдруг схватился руками за уши. Ему показалось, что что-то вроде шаровой молнии взорвалось у него в голове.

- Надеюсь, стабилизаторы не сломались, когда мы налетели на стену! пробормотал Ренни. - Вот это был прыжок!

Карсон Дэрналл приблизился к нему. Встреча в пустыне с определенной опасностью, где он мог коснуться врага рукой, была ему чем-то понятным. Но болтаться в воздухе наподобие хвоста воздушного змея, который ныряет то и дело вниз и который вы не можете ухватить рукой, оказалось ему не по силам.

- Как вы думаете, мы разобьемся? - спросил он осипшим голосом.

- Это всегда возможно, - броcил Док Сэвидж. - Однако если пилоты летящих впереди самолетов могут бороться с непогодой, то и мы, я уверен, уцелеем.

Внезапно дирижабль начал резко терять скорость.

Было такое впечатление, будто нос его таранил стену.

Ренни манипулировал рулями и подачей газа в двигатели.

Он управлял воздушным кораблем с такой же уверенностью, с какой выводил из сугроба автомобиль. Обычный дирижабль развалился бы на части. Но этот был одним из творений Дока Сэвиджа. Он был оборудован усовершенствованными Доком моторами из легкого сплава.

При помощи потерянного сейчас Монаха, одного из ведущих специалистов-химиков мира, Бронзовый человек изобрел синтетический негорючий газ, полностью невоспламеняемый и обладающий большей подъемной силой, чем даже гелий или водород.

Однако теперь его замечательное творение и его мощь подвергались жестокому испытанию. Приборы не показывали ничего определенного. Все вокруг было каким-то необычным. Но Док прикинул, что корабль сейчас движется вперед, борясь со стихией, примерно со скоростью что-то около двадцати миль в час. Большей скорости при ураганной силе встречного ветра достичь было невозможно.

Каюта гондолы, полностью утопленная в фюзеляж, давала ее обитателям некоторые преимущества. Перед Ренни лежали атласы и карты средней части Атлантического океана и южного побережья Африки. Но они сейчас были бесполезны. Компасы врали. Путешественники летели вслепую в направлении, которое могло вести в любую из четырех сторон света.

Длинный Том прив.ел в чувство Джонни, сидевшего у рации. Поймать радиограммы кораблей сквозь помехи, создаваемые бушующим ураганом, временами оказывалось совершенно невозможно. Проходили лишь отдельные сигналы. Вероятно, они были посланы судами, находившимися в сравнительно спокойном районе моря. Но сигналы были искажены и бессвязны.

- Я не верю, чтобы самолеты могли пробиться сквозь эту кашу? - крикнул Ренни во весь голос, чтобы услыхать самого себя. Почти звуконепроницаемая кабина не могла, однако, заглушить шум шторма. Невероятный для полудня мрак начали прорезать молнии.

- Напротив, - заявил Док. - Я уверен, что самолеты вышли из зоны бури. Пилоты бедуинов пойдут на крайний риск ради собственной безопасности.

- Как ты полагаешь, Док, этот шторм - нечто, вызванное искусственно? с некоторым сомнением в голосе спросил Ренни. - Может ли быть, что все это вызвано лишь с целью помешать нам?

- Я пришел именно к такому выводу, - ответил Док.

Ренни вдруг рванул рычаг управления. Хмурое выражение его лица как будто не изменилось, но он быстро произнес необычным для него тихим голосом несколько фраз. Он хотел, чтобы его слова донеслись до женщин и Дэрналла.

- Один из рулей высоты вывернут, - сказал он. - Корабль летит вперед, не поддаваясь управлению.

В течение следующего получаса черный ураган не утихал. Гондола дирижабля резко раскачивалась. Корабль двигался вперед. Леди Фазэран и Пат начали сильно страдать от воздушной болезни. Тот же неприятный недуг сразил и Карсона Дэрналла.

- Как вы думаете, мы выберемся? - хрипло спросил он Дока,

- Наш корабль все еще цел, - ответил Человек из бронзы. - Он в состоянии выдерживать большие нагрузки. Однако хорошо бы держать наготове наши парашюты.

Последние слова были совершенно необычными для Дока. Он редко делился с посторонними своими мыслями в минуты серьезной опасности.

- Если дела так плохи, - сказал Карсон Дэрналл, - то нельзя ли мне послать радиограмму, чтобы ее передали в Нью-Йорк? Эта поездка была неожиданной. Мне нужно уладить кое-какие дела.

- Пожалуйста, можете попробовать, - ответил Док. - Вероятно, наши передачи могут быть приняты, хотя пробиться к нам невозможно.

Карсон Дэрналл, преодолевая слабость, уселся на место радиста. Его костлявые руки дрожали. Тошнота и страх явно держали его в своих тисках. У него были глаза человека, который уверен, что каждая следующая минута может оказаться для него последней.

В течение некоторого времени он настраивал рацию, демонстрируя близкое знакомство с различной аппаратурой. Одной из его обязанностей в пустыне была работа с рацией.

Вдруг Дэрналл сообщил громким голосом, что ему удалось связаться с каким-то судном. Остальные присутствовавшие могли уловить только искаженные помехами слова, раздававшиеся в громкоговорителе.

- Говорит Карсон Дэрналл, нахожусь на борту дирижабля Дока Сэвиджа, ураган несет нас в море! - громко и быстро заговорил он. - Со мной леди Сэтира Фазэран! Если возможно, передайте сообщение в Нью-Йорк.

В течение трех или четырех минут Дэрналл говорил, отчетливо и резко. Он указал, как распорядиться его имуществом в том случае, если ему не удастся спастись.

Пат Сэвидж охватила легкая дрожь. Ее привлекательное лицо выглядело напряженным.

- Он говорит, как человек, который уже умирает и диктует свою последнюю волю, - пробормотала она.

Не было уверенности, что странное послание Карсона Дэрналла оказалось принятым. Обрывки неразборчивых фраз хрипели в громкоговорителе. Возможно, какое-нибудь судно действительно поймало запоздалые распоряжения путешественника, приводящие в порядок его личные дела. Если так, то это могло вызвать много разговоров и заметок в бульварной прессе Манхеттена.

Серебристая сигара продолжала свою дикую пляску.

Ренни прилагал все усилия, но не мог компенсировать поломку руля высоты. Остальное выглядело неповрежденным.

Вдруг впереди дирижабля появился какой-то свет.

Он расширялся, напоминая восход солнца. Возникший феномен быстро объяснился. Это действительно показалось солнце. Небо вверху прояснилось. Дирижабль поднимался со всевозрастающей скоростью. Одно время было такое впечатление, что быстро мчащаяся машина в своем диком рывке может пронизать всю атмосферу Земли и устремиться прямиком к огромному дневному светилу.

Ренни пытался овладеть управлением. Черный ураган прекратился так же быстро, как и возник. Показания приборов возвратились к норме. Корабль значительно отклонился от курса, ведущего к Бермудам. Определить верное направление было просто, но машина продолжала свой стремительный неуправляемый подъем.

- Я понял, в чем дело, Док! - воскликнул Ренни. - Если нам как-нибудь удастся переложить этот руль и закрепить его по-другому, мы сможем...

Инженер умолк. Дока Сэвиджа больше не было рядом с ним. Человек из бронзы вышел из кабины, не произнеся ни единого слова. Его гигантская фигура исчезла в двери, ведущей во внутренний проход корабля.

- Здорово, я буду в суперсверхвосхищении! - воскликнул Джонни.

Док Сэвидж сжимал мускулистыми ногами распорку внутреннего каркаса дирижабля, сделанного из легкосплавного металла. Это была решетчатая ферма, к которой крепились стабилизаторы, управляющие высотой воздушного корабля. Ветер, создаваемый ужасной скоростью корабля, набросился на него, словно невидимое чудовище.

Бронзовый человек висел вниз головой, его фигура четко вырисовывалась на фоне неба. Дирижабль сейчас находился на высоте примерно четырех миль над низкими облаками, скрывавшими поверхность Атлантического океана. Три человека внутри гондолы дышали с трудом.

Джонни облегчил их страдания, пустив в ход специальные кислородные приборы.

На такой высоте воздух был сильно разрежен.

Многие быстро привыкают к этому, когда им приходится преодолевать горные вершины. Легкие Дока расширились, и он дышал легко. Его тело, висящее вниз головой, раскачивалось на ветру, подобно маятнику. Жилистые руки, под гладкой кожей которых играли мускулы и натянутые, как струны, сухожилия, удерживали стабилизатор, болтавшийся на уцелевшем креплении.

Док напрягал всю свою могучую силу, преодолевая давление ветра и сопротивление металла. Его судорожные движения дали Ренни понять, что что-то случилось.

Ренни повторил поворот рычага управления стабилизатором. Медленно, напрягая свои мышцы, чтобы удержаться в устойчивом положении, Человек из бронзы вернул стабилизатор в нужное положение.

Нос дирижабля опустился. Док не имел возможности закрепить стабилизатор вручную в новом его положении.

Ноги его окаменели. Голова повернулась навстречу ревущему ветру. Бронзовое тело застыло в неподвижности, как некая металлическая часть корабля. В таком положении, одной только силой своих рук, Док удерживал дирижабль на нужном курсе, направляя его вниз.

Ни один человек не смог бы продержаться в такой позе дольше минуты. Вне всякого сомнения, только четверо сильных. мужчин смогли бы переложить руль нод свирепыми порывами ураганного ветра.

Док Сэвидж продолжал удерживать стабилизатор высоты в нужном положении все время, пока дирижабль замедлял ход, поворачивал и снижался, опускаясь на один из Бермудских островов.

Леди Фазэран с каким-то загадочным выражением на лице не отрываясь смотрела на Бронзового человека все время, пока не произошло приземление. Она смотрела на живого человека, который голыми руками буквально стащил свой собственный дирижабль, летевший с большой скоростью, из-под небес.

- Это совершенно невероятно, - пробормотал Карсон Дэрналл.

Лицо путешественника утратило свою неестественную бледность.

Ренни спустился по трапу в толпу изумленных туристов, бывших очевидцами замечательного подвига Дока Сэвиджа. Инженер не обращал внимания на цепляющиеся за него руки и поток вопросов. Через несколько минут он вернулся в кабину.

- Пять тяжело нагруженных самолетов дозаправлялись здесь более часа назад, - поделился он новостью. - Они везли бедуинов и нескольких людей Вайти Джейно. Полиция Бермуд отказалась дать им разрешение войти в город. Им не понравился вид этих людей.

- Вероятно, мы их теперь уже не настигнем, - сказал Док. - Мы возьмем курс на северное побережье Африки. В городе Амман есть один почтенный человек, с которым я хочу повидаться.

- Вы направляетесь в Амман? - спросил Карсон Дэрналл. - Да, это то самое место, где можно получить нужную информацию. К тому же там можно достать вьючных животных и провиант для снаряжения каравана в Сирийскую пустыню.

- Силы небесные! - вмешался Ренни. - Вы подразумеваете, что нам придется ехать верхом на верблюдах? Я лучше поеду на чем-нибудь другом. Мне не нравится странная манера, с которой движутся эти "корабли пустыни". Она вызывает у меня тошноту, меня укачивает.

- О, как я хотела бы проехаться на верблюде! - заявила Пат. - Я раньше никогда на них не ездила.

- Это довольно сомнительное удовольствие, Пат, в котором, боюсь, на этот раз тебе придется отказать, - ответил Док Сэвидж. - Мы отправляемся туда на дирижабле.

- Приземление может оказаться очень трудным, - сказал Карсон Дэрналл.

- Мы что-нибудь придумаем, - ответил Человек из бронзы. - Если Монах и Хэм случайно остались в живых, я хочу побыстрее найти их.

Глава XIV. Косоглазый нищий

Сириец Хафид представлял собой нечто вроде скелета, обтянутого кожей. Кончик его носа настолько усох, что делал его похожим на ожившую мумию.

Глубоко сидящие глаза напоминали две черные лужицы, в которых не отражалось никаких эмоций. Скрестив ноги, он сидел на коврике в своей глинобитной лачуге.

Хафид говорил на чистейшем английском языке, хотя в этом и не было необходимости. Лицом к лицу с ним сидели Док Сэвидж и Джонни. Из уважения к местному обычаю и ввиду отсутствия стульев, знаменитые искатели приключений тоже опустились на корточки.

- Хоть это мне и неприятно, но я должен сказать вам: вы можете попасть в ловушку такого сильного демона, что даже ваши прославленные способности окажутся бессильными против него, - заявил Хафид. - Через Амман проходили мудрые и отважные люди.

Некоторые из них отправились в сторону долины Тасус, чтобы разыскать таинственный затерянный город Тасунан.

Дэнтон Картерис был последним, кто посетил Амман.

Он не вернулся назад.

- Ты говоришь мудро, - тихо произнес Док Сэвидж, который был хорошо знаком со всеми восточными церемониями, придерживаться которых следовало при обмене новостями и выуживании информации из почтенного сирийца. - Мы учтем это и будем осторожны. Все же у нас есть дело огромной важности.

К тому же, если двое из моих людей не погибли в море, они, вероятно, будут находиться в долине Тасус.

Хафид склонил голову на своей покрытой складками кожи шее.

- Почтенный в прошлом оказал великую услугу моему народу. Я поделюсь с вами всем, что знаю о долине Тасус. Судьбы всех людей в руках Аллаха. Слухи об этих холмах люди передают друг другу шепотом. О нубийце, известном под именем Хадис, невольнике шейх-ин-шейха, говорят, будто он вызывал тени умерших и заставлял их снова бродить по пустыне.

Док Сэвидж ничего не ответил. Он внимательно слушал. Сириец Хафид предпочшал вести рассказ в форме тщательно и искусно сочиненной легенды. Только так, в своеобразной манере, он выложит информацию, которая может оказаться ценной для спасательной экспедиции на дирижабле. Человек из бронзы умел уважать обычаи всех народов и приспосабливаться к ним. В Сирии он превратился в сирийца по одежде и поведению.

Хафид, то и дело призывая благословения Аллаха и поминая Пророка, вел свою фантастическую легенду-сказку о затерянном в пустыне городе Тасунан. Он говорил при этом о свежих слухах об огромных, несметных сокровищах, обнаруженных в древних гробницах долины Тасус.

- Была даже создана в Алеппо компания из состоятельных людей, которые пожелали финансировать экспедицию и вступить в сотрудничество с известными и почтенными исследователями этих сокровищ, - заявил Хафид. - Однако эти богатые люди так до сих пор и не смогли выяснить, к кому следует обратиться за тем, чтобы заключить сделку о дальнейшем развитии поисков. Я повторяю вам, это великая тайна, и тень дьявола витает над холмами долины Тасус. Те, кто вступают в нее, не возвращаются.

Джонни имел меньше терпения, чем Док. Знаменитому археологу не терпелось поскорее приступить к подготовке в Аммане экспедиции и просто побродить по городу, пока дирижабль заправляют и снабжают всем необходимым под присмотром Ренни и Длинного Тома.

Помимо своих древних достопримечательностей, Амман был одним из райских уголков Сирийской пустыни.

В нем росли зеленые деревья, текли ручьи и били фонтаны для отдыха и восстановления сил караванов после долгих странствий по жаре. Пророчеству о том, что "Амман превратится в груду развалин, покинутые руины, и никто о нем даже и не вспомнит", не суждено было, к счастью, никогда осуществиться.

Амман, деловая столица Трансиордании, находился под английской опекой. Над современной архитектуры Восточным Дворцом, расположенным на самом высоком холме Аммана, развевался зеленый стяг ислама.

Джонни оставил Дока Сэвиджа с Хафидом и отправился, куда глаза глядят. Костлявый ученый привлекал к себе почти такое же внимание, как и сверхсовременный дирижабль Человека из бронзы. Сверкающий обтекаемый воздушный корабль являл собой резкий контраст с покрытыми пылью тысячелетий верблюдами - "кораблями пустыни".

Тем временем Патриция Сэвидж с удовольствием сопровождала леди Фазэран и Карсона Дэрналла в прогулке по прекрасному древнему городу. Любительница таинственных приключений жизнерадостная красавица Пат, помимо всего, была женщиной, а экзотические лавки были наполнены очаровательными шелками и разнообразными восточными диковинками. Пат не могла упустить случай вернуться с кое-тсакими из них в свое хорошенькое заведение на Парк-авеню.

- Если бы не такая трагедия, я могла бы получить настоящее наслаждение от всего этого, - заметила леди Фазэран, когда они проходили по узкой улочке, где четкие очертания мечетей и минаретов вырисовывались на фоне солнечного неба. - Это действительно прекрасно.

- Но здесь для жителей Запада это опасная красота, - вставил Карсон Дэрналл, которого явно привел в уныние план Дока проникнуть в эту южную пустыню на дирижабле. - Я бы посоветовал вам ни на минуту не бросать друг друга и не уходить далеко от центральных торговых улиц.

Патриция рассмеялась в ответ. Потом ее лицо на мгновение омрачилось.

- Если бы только знать наверняка, что Монах и Хэм все еще живы... сказала она. - Ох, простите меня, леди Фазэран, - и что ваш брат находится в безопасности! Если с ним все в порядке, то не беспокойтесь, Док найдет его.

- Я пришел к убеждению, что мистер Сэвидж может совершить все! провозгласил Карсон Дэрналл. - Но помните мой совет: не отходите друг от друга. У меня есть кое-какие дела, требующие моего присутствия. Я снова увижусь с вами в дирижабле. Уже поздно. Держитесь вместе, темнота здесь наступает быстро.

Солнце быстро садилось. В чистом, прозрачном воздухе пустыни минареты Аммана превратились в застывшие указующие персты. Близилась ночная прохлада.

Знойный жар дня быстро сменился почти морозным дыханием ночи.

Пат на мгновение замешкалась перед открытой лавочкой, где были выставлены восточные ковры. Она вздохнула. Док, вероятно, будет против, если она вернется с тележкой, нагруженной покупками. Кроме того, не было времени. Док объявил, что они отправятся, как только он закончит беседу со своим уважаемым другом Хафидом.

Оглядевшись вокруг, Пат заметила леди Фазэран, которая, прогуливаясь, медленно шла впереди. Она завернула за угол глинобитного строения, расположенного несколькими ярдами дальше. Пат двинулась следом за ней.

Сидевший на углу нищий был самым отвратительным представителем рода человеческого, какого только видывала Пат. Его изборожденное морщинами и складками кожи тело опиралось на руки, почти лишенные плоти.

Ввалившиеся глаза слепо уставились на нее. Он вызывал у Пат отвращение и одновременно чем-то привлекал ее. Она остановилась, какое-то мгновение с глубоким отвращением рассматривая нищего, как будто не в силах двинуться дальше.

Нищий что-то бормотал по-арабски. Рука Пат пошарила в сумочке. Она бросила несколько мелких серебряных монет в протянутую руку, покрытую обожженной солнцем кожей, и поспешила дальше. Нищий торопливо кричал что-то, вероятно, благодарил за проявленную щедрость.

Слова были произнесены на одном из наречий горных бедуинов. К сожалению, Пат не поняла ни одного слова, за исключением постоянного поминания Аллаха.

Пат слегка вздрогнула от близости мерзкого существа и поторопилась за угол, чтобы догнать леди Фазэран.

Если бы она оглянулась, то увидела бы, как ужасный нищий поднялся с удивительным для его внешности проворством и поднял тонкую, как палка, руку.

Три бедуина, одетых в самые простые аббы и кейфихи, появились словно по волшебству, из стены узкой улочки и скользнули за угол, за которым скрылась Пат Сэвидж.

Завернув за угол, Пат резко остановилась.

- В чем дело, за такое короткое время она не могла уйти далеко, пробормотала она, и страх сжал ее горло.

Леди Фазэран исчезла. Это выглядело почти невероятным. Узкий переулок впереди не пересекался другими улицами по меньшей мере на протяжении ста ярдов.

Здесь не было лавок, а стены с дверями без ниш на вид были непроницаемы. Леди Фазэран, конечно, не могла пройти всю эту длинную узкую улочку за то короткое время, что прошло с того момента, когда они разделились.

Пат поспешила вперед. Она слишком была похожа на Дока Сэвиджа, чтобы выдать свое волнение. Но она была достаточно женщиной для того, чтобы испытать неприятный холодок в предчувствии какой-то тайны.

Что-то сзади привлекло ее внимание и заставило оглянуться. Три бедуина, похожие на тени, скользили за ней.

Пат ускорила шаг. Бедуины, казалось, продолжали оставаться на прежнем расстоянии. Вдруг раздался слабый крик. Без сомнения, то был голос леди Фазэран.

Пат остановилась, пытаясь определить направление.

Крик, похоже, донесся из-за одной из запертых таинственных дверей.

Затем Пат увидала, что одна дверь приоткрыта на несколько дюймов, и подошла к ней. Пока она направлялась к двери, одна рука ее скользнула в сумочку.

Пат почувствовала себя немного увереннее, коснувшись маленького, но эффективного автоматического пистолета.

- Леди Фазэран! - позвала она. - Где вы?

Пат внимательно следила за приоткрытой дверью, готовая немедленно отразить нападение. Поэтому она не заметила, как сразу же за ее спиной открылась другая глухая дверь. Она только тогда поняла это, когда сильная рука зажала ей рот, лишив возможности издать хоть какой-нибудь крик.

Жесткие пальцы скрутили кисть руки, сжимавшую автоматический пистолет. Острая боль пронзила все ее тело. Пистолет выпал из онемевших пальцев. Безжалостные руки вытащили ее. из переулка, с силой швырнули в дверь, и та захлопнулась за ней.

Как только Пат смогла пошевелить языком, она требовательно спросила:

- Чего вы от меня хотите? Это что, ограбление?

Вокруг бормотали гортанные голоса полудюжины мужчин. Два бедуина скрутили руки Пат за спиной.

Еще один с глубоким интересом изучал ее маленький автоматический пистолет. Закончив осмотр, он заткнул его за пояс. Никто не ответил на ее вопрос.

- Если это грабеж, берите все, что у меня есть, и дайте мне уйти, сказала Пат. - Иначе вы будете иметь массу неприятностей.

- Ну, так уж и массу, - донесся прекрасно модулированный голос из какой-то внутренней двери. - Мне очень приятно вновь встретиться с вами.

Хотя в данный момент на нем и не было орденской ленты и одет он был в национальный костюм сына пустыни, но произнесший эту фразу человек отвесил изысканный поклон.

- И на этот раз Кассан не сделает ошибки, - продолжал он.

На мгновение Пат потеряла дар речи. Мистер Кассан, похитивший ее из манхеттенского отеля, был последним человеком, кого Пат могла ожидать встретить здесь, в Аммане. В самом деле, Док ничего не слыхал о каких бы то ни было самолетах, приземлившихся здесь, и был уверен, что бедуины Хадиса и гангстеры Вайти Джейно полетели прямиком к цели своего путешествия в пустыне.

Так отчасти оно и было, но мистер Кассан прибыл в Амман своим собственным путем.

- Вы пожалеете об этом, - резко сказала Пат, как только оправилась от изумления.

Потом, пренебрегая своим собственным положением, она быстро спросила: - Вы знаете о двух помощниках Дока, которые были пленниками? Мы опасаемся, что они пошли ко дну в утонувшей яхте.

- Ваши опасения имеют основания, - сказал мистер Кассан поддразнивающим тоном. - Было слишком мало времени, чтобы заниматься такими пустяками и перегружать наши самолеты. Возможно, о них просто забыли.

- Придет мой черед шутить, мистер Кассан, - пообещала Пат с недобрым огнем в глазах, - и когда наступит это время, вы пожалеете обо всем, что сказали и сделали!

- Я приложу все усилия, чтобы это время никогда не наступило, вежливо поклонился мистер Кассан. - А пока что мы приготовимся к маленькому путешествию.

В соседней комнате зажегся свет. Он осветил дверной проем мягким сиянием заправленной маслом лампы. В полосу света вошла какая-то фигура.

- Вы? - прошептала Пат. - Почему...

Чья-то рука зажала ей рот. Сладковатый запах хлороформа проник ей в ноздри. И сжимающие ее лицо пальцы, и мягкий свет лампы - все медленно исчезло из затуманившегося сознания Пат.

- Всего через двадцать минут я вернулся по той же улице, по которой ушел, надеясь, что встречу там леди Фазэран и мисс Сэвидж, - печально произнес Карсон Дэрналл. - Не найдя их там, я решил, что они вернулись к дирижаблю. Но тут я увидал нищего и узнал его. Этот тип был с тем черным дьяволом Хадисом там, невдалеке от долины Тасус.

- Мы разделимся и будем искать повсюду, - объявил Док Сэвидж. Первый, кто узнает что-нибудь важное, вернется сюда и подаст сигнал тревоги.

Док и его товарищи, а также Карсон Дэрналл стояли рядом с дирижаблем. Воздухоплавательный аппарат был оборудован издававшей сильный, но мягкий звук сиреной, действовавшей на сжатом воздухе. Это было придумано Доком для того, чтобы созывать остальных в случае опасности или оповещать о прибытии дирижабля.

Костлявые руки Карсона Дэрналла дрожали.

- Я чувствую свою вину, - сказал он. - Если бы я не оставил их там на короткое время... Но я не верил, что кто-нибудь из людей Хадиса может быть в Аммане. Я пойду вместе с вами, мистер Сэвидж. Я знаю многих из здешних жителей.

Дэрналл изо всех сил старался шагать быстро, почти бежал, чтобы не отставать от Человека из бронзы. Редко Док Сэвидж бывал так взволнован. Он упрекал себя за то, что взял Пат помогать им.

Непроглядная темнота узкой улочки поглотила их.

Дэрналл провел Дока к тому месту; где он видел нищего.

- Этот отвратительный субъект был здесь, на этом углу, - сказал путешественник. - И обе женщины шли по этой улочке, когда я их оставил.

Нищий исчез. Длинные дувалы-стены с их глухими плотно запертыми дверями были безмолвны. Док включил свой карманный фонарик-динамку. Луч его лег на маленький блестящий предмет. Он сверкнул, подобно бриллианту, на который упала капля крови.

Бронзовый человек поднял этот предмет. Он оказался рубином, пылающим, как огонь. К его оправе было прикреплено маленькое золотое колечко. Док узнал камешек - он был из серьги Пат. Док был уверен, что Пат нарочно вырвала камень из сережки и уронила его. Она это уже проделывала.

Док метнулся к ближайшей двери. Слух Дэрналла был недостаточно тонок, чтобы услышать неясный шорох, издаваемый какими-то тенями недалеко от них. Да и глаза его были недостаточно остры, чтобы различить сами эти тени.

Споткнувшись, путешественник пошатнулся и вскрикнул.

- Соблюдайте тишину, - прошептал Док. - Так будет лучше для вас.

Край плоской кровли глинобитного строения находился почти в пятнадцати футах над ними. Дэрналл почувствовал, что его поднимают в воздух. Его подбросили, как какую-то невесомую деревянную щепочку. С легким стуком он приземлился на четвереньки на крыше.

Но Док Сэвидж не последовал за ним. Он топтался на противоположной стороне переулка. Шелестящие тени метнулись к тому месту, откуда с крыши донесся звук.

Человек из бронзы лишь чуть-чуть согнул колени. Его тело взлетело вверх без единого звука. Руки сжали край кровли здания, стоявшего напротив того, на которое приземлился Дэрналл.

Хриплый шепот произнесенных по-арабски слов достиг его слуха.

Док достал из одного из своих карманов маленький стеклянный шарик. Узкая улочка со своими близко расположенными друг к другу стенами была идеальным местом для применения химического оружия - газа, вызывающего бессознательное состояние. Док бросил шарик вниз и услышал, как тот тихо звякнул, разбившись.

Затем он отступил от края крыши.

Дюжина рук внезапно материализовалась из тьмы позади Бронзового человека. Сосредоточившись на том, что происходило в переулке, Док не заметил присутствия на крыше припавших к ней арабов, обутых в мягкую обувь. Они ожидали, пока он не повернулся лицом к переулку.

Одна мускулистая бронзовая рука швырнула двух человек в воздух. С хриплым кряканьем они свалились на землю в переулок. Но руки других вцепились в тело Дока. Удары градом посыпались на его голову.

Док понимал, что противник численно превосходит его. Он ожидал удара ножом в шею. Со свистящим дыханием Бронзовый человек свалился ничком и остался лежать плашмя.

- Хватит, - рявкнул по-арабски чей-то голос. - Он будет лежать без сознания достаточно долгое время!

Множество рук, стискивавших Дока, ослабили свою хватку. В темноте переулка внизу лежало несколько закутанных в накидки фигур, как будто решивших расположиться здесь поспать. Они должны были находиться в бессознательном состоянии в течение часа или более. Было слышно, как арабы торопливо покидали кровлю, потом все стихло.

Док Сэвидж приподнялся и сел на корточки. Его голова серьезно не. пострадала. Если бы нападавшие были более внимательны, они, орудуя своими дубинками, заметили бы нечто странное.

Затем произошла удивительная вещь - Док снял свои волосы. Одной рукой он потер ушибленное место на голове и снова водрузил на место нечто, выглядевшее как плотно прилегающий парик из волос бронзового оттенка.

Приспособление это предохраняло голову Дока и было изобретено им после того, как он был ранен пулей. Оно представляло собой плотно прилегающую шапочку, вроде ермолки или тюбетейки, из прочнейшего металлического сплава. Пули могли только скользить по ней. Удары, которые он получил, вызвали лишь легкое сотрясение, но они не в состоянии были оглушить его.

Док понял слова, сказанные бедуинами. Они говорили, что он будет находиться без сознания достаточно долгое время. Можно было предположить только одно: Патрицию Сэвидж и леди Фазэран куда-то увели.

Арабы лишь стремились предотвратить немедленное преследование.

По каким-то своим загадочным соображениям они не пустили в ход кинжалы. Док догадывался, почему они так поступили. Местная полиция по своей собственной инициативе установила охрану дирижабля Бронзового человека. Арабы были в восхищении от сверкающего небесного корабля.

Док знал, что на борту дирижабля находится один предмет, который таинственный шеф, стоящий за Хадисом и Вайти Джейно, очень хотел бы заполучить в свою собственность.

Присев, Док внимательно прислушивался в течение нескольких секунд. Ничто не шевельнулось внизу в переулке. Отсюда Бронзовый человек мог видеть край кровли того здания, на которое он с такой легкостью забросил Дэрналла. Там тоже ничего не двигалось.

Сквозь мрак донесся мягкий вибрирующий свист.

Док выбрал в качестве тревожного сигнала ту самую мелодию, которая исходила от него самого в моменты глубокой задумчивости и сосредоточенности или исключительной опасности. Сирена дирижабля, однако, была гораздо громче.

Кое-кто из членов группы получил новые сведения о леди Фазэран и Пат.

Док прыгнул,.. До противоположной кровли было, вероятно, футов двадцать. Док приземлился на нее легко и беззвучно.

Карсон Дэрналл лежал, как скомканная кучка тряпья, у самого края крыши здания. Вероятно, он заглянул вниз в улочку, когда разбилась капсула с газом. Док мог бы применить лекарственный препарат, который привел бы путешественника в чувство, но вместо этого использовал другой, более быстрый способ.

Он поднял костлявое тело, легко перебросил Дэрналла через плечо и скользящими шагами быстро побежал по крышам, направляясь к дирижаблю. Док нигде не спускался вниз, в узкие улочки. Бесчувственное тело Карсона Дэрналла совершенно не мешало ему двигаться.

Расстояния между крышами примерно в двадцать футов он преодолевал прыжком.

Ренни был слишком озабочен своими собственными подсчетами, чтобы спрашивать о причине такого странного состояния Дэрналла, когда Док доставил его на дирижабль.

- Пришел этот старый хрыч, Хафид, - сказал Ренни. - Он знает все, что происходит в целом городе, я думаю. Так вот, он сказал, что на закате солнца караван увез двух белых женщин. Сказал, что там были две шайки этих черных дьяволов и что они похитили Пат и леди Фазэран.

- Ты предполагаешь, что их увезли не вместе? - спросил Док. - Это сделает нашу задачу более трудной. Один караван можно легко обнаружить даже ночью при помощи инфракрасного луча.

- Да, это так, - подтвердил Ренни. - Старик Хафид сказал, что было два каравана верблюдов. Один, думает он, пошел на юг, а другой - на восток.

- Это может быть только уловка, - сказал Док. - Они петляют, нам сообщают об этом, а позже караваны соединяются. Я считаю, что нам следует сохранять прежний курс - на долину Тасус.

Через пять минут серебристый корабль взлетел и исчез в ночи. За исключением лампочек на доске приборов, на дирижабле не было огней, он не был освещен. Когда белые мечети Аммана постепенно растаяли вдали, Док выключил освещение приборов.

- Наденьте инфракрасные очки, - приказал он. - Мы должны видеть все, что движется. Поблизости находится множество караванов. Нам нужно как-то обнаружить тот, что везет Пат и леди Фазэран прежде, чем мы спустимся, иначе мы потеряем слишком много времени.

Человек из бронзы вел дирижабль на небольшой высоте, медленно крейсируя всего лишь в двухстах ярдах от поверхности пустыни. В лунном свете - была пора, когда луна вставала около полуночи, - воздушный корабль должен быть невидим с земли.

Карсон Дэрналл пришел в себя и застонал. Он поднялся и сел, взирая моргающими глазами на фигуру Дока Сэвиджа, четко вырисовывающуюся на фоне иллюминаторов рулевого отсека.

- Как мы очутились здесь? - спросил он. - Что случилось?

- Давайте займемся этим позже, - сказал Док. - Мы прочесываем пустыню в поисках каравана, в котором, возможно, везут леди Фазэран.

Док заставил дирижабль описать полный круг над Амманом. Затем он двинулся вперед, на юг. Скорость увеличилась. Сквозь очки пустыня выглядела наполненной резкими тенями барханов и базальтовых скал. Вопреки общепринятому представлению, только часть пустыни покрыта песком.

- Смотри Док! - воскликнул Ренни. - Это они! Вижу дюжину лошадей, и бьюсь о заклад, что женщины привязаны к верблюдам!

Восклицание было излишним. Док уже направил дирижабль к поверхности пустыни.

- Смотрите! - вырвалось у Джонни. - Что-то случилось! С холма спускается большая группа всадников!

В рядах нового отряда четко вырисовывались ружья.

Быстро скачущие бедуины выстраивались для атаки на караван.

Глава XV. Исчезнувшие всадники

- Приготовьте скорострельные автоматы, - распорядился Док. - Вероятно, нам придется вмешаться.

Пат и леди Фазэран окажутся в опасности. Я посажу корабль рядом с ними. Нас не будет видно.

Но бедуины внизу услыхали звук работающих моторов, так как Док перевел их на более низкие обороты. Внезапно скакавшие во весь опор бедуины остановили своих коней. Оба отряда теперь разделяли лишь несколько низких песчаных барханов.

Один из верблюдов в отряде бедуинов, который вез женщин, выглядел тяжело нагруженным. Что-то, на первый взгляд казавшееся деревянными коробочками или ящиками, висело на его боках на манер корзин, употребляемых для перевозки грузов вьючными животными.

Вдруг верблюд, несший Пат и леди Фазэран, побежал через пески пустыни большими неуклюжими шагами.

Другие верблюды тоже ринулись в разные стороны.

Бедуины на конях, двигавшиеся в составе этого каравана, также бросились врассыпную.

Но два вооруженных всадника, ехавшие рядом с тяжело груженным верблюдом, остались возле него.

Ренни и Джонни высунулись сквозь люки, специально проделанные для стрельбы. Каждый из них сжимал в руках скорострельный автомат, заряженный усыпляющими пулями.

- Погодите открывать огонь, - отрывисто произнес Док. - Внизу что-то случилось.

Дирижабль выровнялся. Теперь он плыл всего на высоте ста ярдов над начинавшей разыгрываться внизу драмой. Два всадника-бедуина погнали верблюда с его грузом прямо по направлению к отряду расположившихся на вершине бархана наездников.

Тяжело нагруженное животное бежало какими-то странными, неуклюжими прыжками. Это был верблюдсамец. В бешенстве от того, что его принуждают бежать, он яростно ревел, продолжая, однако, двигаться все быстрее.

- Взгляните туда, - проворчал Ренни. - Эти два парня поворачивают и собираются удрать.

Он был прав. Два бедуина, погонявшие верблюда, похоже, вдруг решили оставить свое занятие. Они пришпорили коней и помчались вслед за своими удаляющимися товарищами.

Ревущий верблюд с подскакивающими на его боках вьючными корзинами бросился к стоящим всадникам.

- Вероятно, караван вез какие-то сокровища, и караванщики решили, что лучше будет отдать их без боя, - предположил Длинный Том.

Док Сэвидж ничего не ответил. Он не упускал ни одной подробности разворачивающейся под ними сцены. Удивленные всадники-бедуины из атакующего отряда, стоявшие на вершине бархана, повернули назад своих коней. Но было уже слишком поздно. Нагруженный верблюд был среди них.

Рев разъяренного животного оборвался. Верблюд, казалось, испарился. Только что он был здесь, бежал - и вдруг внезапно исчез, превратился в ничто.

Вспышка света озарила пустыню. Жуткое зеленоватое свечение достигло тысячи одиноких барханов и скал.

Самая яркая точка, фокус свечения, располагалась в том месте, где остановились нападавшие наездники и где исчез груженный верблюд.

Длинный Том, сидевший рядом с рацией, испустил болезненный крик и опрокинулся на пол кабины.

Карсон Дэрналл облился слезами под металлическими очками для инфракрасных лучей и воздел руки к небу. Его костлявое тело содрогалось, как будто он был привязан к электрическому стулу. Очки разбились, упав на пол, а сам он сидел с ошеломленным видом.

Ренни выругался, а Джонни отшатнулся назад и уронил скорострельный автомат.

Только Док казался невозмутимым.

- Всего лишь легкий удар электрическим током, - объяснил он. Недостаточно сильный, чтобы быть опасным.

Металлические части дирижабля оказались заряженными электричеством. Не подчиняясь усилиям Дока, корабль рванулся вперед. Он полностью вышел из-под контроля и потерял управление.

- Выглядит так, будто что-то сделало воздух более плотным, - заметил Док. - Газ приобрел утроенную подъемную силу.

Длинная серебристая сигара устремилась в небо, как стрела. Зеленоватое свечение лежало на пустыне, подобно газовой вуали. Оно распространилось на поверхности площадью в две квадратные мили. Свет этот обладал жутким свойством казаться материальным. Невидимые мельчайшие частички наполнили атмосферу.

- Силы небесные! - рявкнул Ренни. - Арабы и их кони так и стоят, как были! Они не могут сдвинуться с места!

Карсон Дэрналл с трудом преодолел путь до иллюминатора и взглянул вниз.

- Тени, - прошептал он хрипло. - Боюсь, что вы уже ничем не сможете помочь мисс Сэвидж и леди Фазэран, слишком поздно.

Кони бедуинов-наездников выглядели как призраки животных. Они вдруг превратились во что-то вроде каких-то иллюзорных теней. Дирижабль продолжал свой подъем. Моторы захлебывались. Док не мог обеспечить достаточную мощность, чтобы преодолеть возросшую подъемную силу газа.

- Можете ли вы позволить себе потерять некоторое количество газа, чтобы это дало нам возможность сесть? - спросил Карсон Дэрналл

- Могу, - ответил Док. - Но есть и другие способы приземлиться. Длинный Том, бери управление на себя. Ренни и Джонни, мы попытаемся спуститься на парашютах. Это необходимо для того, чтобы немедленно приступить к исследованиям. Хотите составить нам компанию, мистер Дэрналл?

Путешественник отрицательно покачал головой. Его тощее лицо содрогнулось.

- Должен признаться, что мои нервы изменяют мне, когда я думаю о прыжке с парашютом, - сказал он. - Скажу в свое оправдание, что несколько боюсь за сердце, оно тревожит меня после перенесенной лихорадки. Удар при приземлении, вероятно, чреват для меня потерей сознания. Я останусь с Длинным Томом и настоятельно советую вам не прыгать вниз, мистер Сэвидж.

Док уже надел свой парашют. Ренни и Джонни, как и он, были готовы. Серьезная физиономия Ренни приобрела похоронное выражение. Наконец-то он получил возможность принять участие в живом деле. Меланхолический вид был его манерой выражать состояние крайнего удовольствия.

- Док, мы поднялись больше, чем на милю, и продолжаем подниматься. Мы можем потерять эту точку, если поднимемся еще выше, - заметил Джонни.

Длинный Том, сидя за рычагами управления, держал курс на сияние, распространявшееся по пустыне.

- Я буду удерживать корабль настолько близко к месту, как только смогу, - сказал он. - Я понемногу увеличиваю мощность.

- Как только представится такая возможность, поймайте нас лучом поискового прожектора, - попросил Док. - К тому времени мы, возможно, будем готовы вернуться на борт. Но есть некоторые вещи, которые мы должны выяснить, прежде чем отправимся дальше.

Бронзовый человек первым бросился в бездну, простиравшуюся под ним более чем на милю. Он настолько владел своим телом, что это позволило ему падать более трех тысяч футов ногами вперед. Ренни и Джонни кувыркались в воздухе.

Шелковые купола раскрылись на последней тысяче футов. Они опустились на поверхность пустыни далеко от края зеленоватого свечения. Док повел их вперед, через базальтовые утесы и барханы. Друзья достигли места исчезновения бедуинов с опозданием в несколько минут, так как более мили двигались по бездорожью.

- Гром и молния! - прорычал Ренни. - Хотя, я и побывал в разных местах и повидал много странных вещей, но это производит на меня такое впечатление, будто за шиворот мне плеснули холодной воды! Мне это нравится!

- Я в суперсверхвосхищении! - воскликнул Джонни. - Твое сенсорное восприятие некоторого холода в области позвоночного столба выглядит весьма натуралистически!

- Так оно и есть в действительности, - сказал Док. - Идет снег.

- Силы небесные! - проскрежетал Ренни, потирая огромной рукой затылок. - Так вот оно что! А я-то на минуту подумал, что поддался панике и трясусь, как этот парень, Дэрналл, когда ты предложил ему прыгать вместе с нами.

Большие холодные хлопья снега плавно опускались сверху. Они таяли на затылке Ренни. Снег быстро усиливался, становился все гуще. Каждая из миллионов снежинок, падая, сверкала в зеленоватом свечении, как искра огня. Снежный буран в пустыне, где даже дождь почти неизвестен, превратился в море пляшущего пламени.

- Мы добрались до места, - объявил Док.

Ренни ногами нащупал груду металла. Стремена, уздечки, шпоры и другая сбруя издали страшный звон.

Док и его помощники стояли в самой середине гротескных теней, на которые саваном ложился снег.

Здесь и там лежали маленькими кучками ружья, кинжалы и другие металлические предметы, принадлежавшие наездникам-бедуинам. Нескладная тень верблюда с вытянутой шеей находилась в самой их середине.

Снег покалывал кожу. Свечение медленно угасало.

Буран усиливался. Высоко в небе Длинный Том включил поисковый прожектор. Это свидетельствовало о том, что дирижабль постепенно снижается.

Док нажал на рычажок на конце короткого цилиндра, и из него вырвалась струя оранжевого пламени. Яркий свет должен был указать Длинному Тому место, где они находились.

Вслед за этим небо вдруг прорезала другая огромная вспышка.

Глава XVI. Дирижабль разрушается

Хотя тепло, сохранившееся от знойного дневного солнца в почве, заставляло снег быстро таять, хлопья лежали таким плотным слоем, что Док и его товарищи погружались в него на несколько дюймов. Этот снежный буран был еще более странным, чем тот, что заставил Манхеттен испытать зимнюю пургу в июле.

Но Док Сэвидж, Ренни и Джонни больше не интересовались этим удивительным феноменом. Их взоры были прикованы к катастрофе, происходившей высоко в небе. Самый современный в мире дирижабль полыхал в пламени!

- Этого не может быть! - воскликнул Ренни с .изумлением в голосе. Гром и молния, Док! Этот газ не может горсть!

Док стоял неподвижно, как одна из призрачных тней бедуинов.

- Горит не газ, Ренни, - сказал он. - Огонь начался из-за взрыва внутри. Предсказание Хафида было верным. Друзья, мы вступаем в противоборство с силами, с которыми прежде никто и никогда не сталкивался.

Джонни подавил фонтан длинных слов, рвавшихся из него наружу. Его умное лицо эрудита вдруг стало печально-суровым.

- Длинный Том... Он не мог... Док, у него не было времени выбраться оттуда!

- Мы должны удостовериться, что это так, - произнес Док.

Дирижабль превратился в падающую массу огня.

Его снижение показывало, что специальная оболочка, снабженная внутренним каркасом и наполненная невоспламеняющимся газом, прорвана во многих местах.

Точка, куда должен был упасть дирижабль, находилась на расстоянии более двух миль от того места, где находились Док и его спутники.

Человек из бронзы повел остальных в этом направлении. Но Ренни и Джонни были не в состоянии выдержать такую скорость и вскоре потеряли Дока из виду. Они пробивались сквозь снег, песок и обломки базальтовых скал, ориентируясь на свечение, исходившее от падающего воздушного корабля.

Длинный Том перед катастрофой пытался направить поисковый прожектор на Дока и его спутников. Моторы начали усердно работать. Специальные пропеллеры имели теперь достаточно мощности, чтобы преодолеть подъмную силу газа.

Длинный Том держал курс к поверхности пустыни.

Инфракрасный луч стал бесполезным. Густо падающий снег через специальные очки выглядел какой-то ослепляющей массой. Длинный Том стащил с себя неуклюжие очки и использовал поисковый прожектор.

Внезапно Длинного Тома подбросило ударной волной.

Взрыв произошел внутри самой кабины. Тома отбросило от пульта управления. Ошеломленно уставившись на языки пламени, которые, извиваясь как змеи, лизали его, он бросился к парашюту, крича на ходу:

- Дэрналл! Хватайте парашют! Это единственный шанс для нас!

Он не получил ответа. Внутренность корабля быстро превращалась в ад. Ослепительно сверкало пламя. Потом раздался другой взрыв, вырвавший целый кусок несущего каркаса оболочки. Дирижабль стремительно полетел вниз.

Он падал вперед носом. Длинный Том чувствовал, что он как будто проваливается вниз, в глубокую черную дыру. Потом он нащупал люк.

Карсон Дэрналл не давал о себе знать. Путешественник находился недалеко от середины кабины, когда раздался взрыв.

Док Сэвидж видел, как его считавшийся несгораемым дирижабль испарился, исчез. Металлические его части градом посыпались вниз и их разметало на большой площади. Только молниеносная реакция спасла Человека из бронзы от обломков, которые едва не раздавили его.

Предмет, со свистом пролетевший мимо Дока по воздуху, чуть не впечатал его в базальтовую скалу.

Это был один из тяжелых моторов, сделанный из специального алюминиевого сплава. Сила удара была такова, что он глубоко вошел в нетвердый камень.

Док Сэвидж остановился. Откуда-то из глубины его груди вырвался странный, похожий на трель экзотической птицы, звук. Бронзовый человек распластался, слившись с поверхностью пустыни. Он увидал тени всадников, быстро уносящихся вдаль по гребню бдижайшего песчаного бархана.

Когда подошли Ренни и Джонни, Док держал в руках один из скорострельных пистолетов. Корпус пистолета покоробился от сильного жара, снаряженные усыпляющим газом патроны взорвались.

- Силы небесные! - воскликнул испуганно Ренни. - Вы полагаете, что им пользовался Длинный Том? Против кого он мог сражаться?

- Боюсь, что пистолет деформирован огнем, - ответил Док. - Будем продолжать поиски.

Ренни и Джонни присоединились к поискам с опечаленными сердцами. Изуродованный пистолет был именно тем, который Длинный Том всегда носил под рукой.

Они несколько раз покричали, бродя по участку, на котором были разбросаны различные части разрушенного дирижабля.

Ответа они не получили. Через несколько минут трое искателей приключений собрались в одном месте.

- Ты обнаружил хоть какой-нибудь след, Док? - спросил Ренни.

- Здесь ничего нет, - печально произнес Человек из бронзы. - Жар был так велик, что почти все расплавилось. Я не нашел никаких следов ни Длинного Тома, ни Карсона Дэрналла.

Док Сэвидж поспешил отвлечься от грустных размышлений. Он подошел к странному контейнеру из тусклого металла. Хотя этот контейнер, имевший форму плоского упаковочного ящика приблизительно шести футов длиной, и носил на себе следы сильного огня, уничтожившего дирижабль, он все же остался неповрежденным.

Док выпрямился и посмотрел на невысокие холмы.

Снегопад внезапно прекратился. Красноватый шар вставал на востоке. Поздняя луна имела красный лик, как будто вышла из купели багрового пламени.

Бронзовый человек снова испустил свой необычный свист. Это была успокоительная мелодия падающей воды, что-то бормочущей в глубокой пещере.

То тут, то там виднелись наносы дрейфующего песка. Док руками вырыл яму в несколько футов глубиной, положил в нее плоский контейнер из легкого сплава и снова тщательно засыпал яму. Несколькими обломками базальта он отметил это место.

Лежащие поблизости невысокие холмы были белыми от покрывающего их плотного влажного снега. Они лежали под встающей луной подобно экранам, на которых демонстрируют кинофильмы. Но фигуры, которые двигались по ним, были реальными.

Это был строй всадников. Они ехали, слегка покачиваясь в седлах, как это свойственно только наездникам-бедуинам из пустыни.

- Каждый из нас должен хорошенько запомнить это место, - посоветовал Док. - Что бы ни случилось, здесь закопана самая важная улика, которой мы располагаем.

Ренни и Джонни находились под впечатлением очевидного вещественного доказательства, спрятанного в закопанном металлическом контейнере. Эта рассеянность была немедленно использована, чтобы поймать их в сети. Находившиеся совсем рядом вооруженные всадники с трех сторон набросились на них.

Эти бедуины атаковали молча, что весьма необычно для арабов, поскольку они, как правило, старались производить, нападая, как можно больше шума, крика, стрельбы. На этот раз нападавшие даже не вытащили своих ружей. Они оставались в седельных кобурах.

Скачущие кони обрушились прямо на Дока и его помощников. Ренни был сбит с ног. Он с криком упал на песок, но тут же поднялся, держа в руках скорострельный пистолет, из дула которого тут же вылетела сплошная струя огня. Раздались звуки, напоминающие протяжный звон перебираемых на арфе струн.

Два всадника испустили проклятия и свалились со своих скачущих во весь опор коней. Их тела покатились по песку, как мешки. Высокая фигура Джонни пролетела между всадниками. Его скорострельный пистолет строчил, не умолкая ни на секунду. Усыпляющие пули били в людей и лошадей. На какое-то мгновение среди атакующих всадников возникло замешательство. Но численное превосходство бедуинов было слишком велико.

Голос Дока донесся до Ренни и Джонни. Человек из бронзы говорил на языке древних майя, понятном только Доку и его друзьям. Они изучили этот язык в Потерянной долине Центральной Америки, откуда произошло неисчерпаемое богатство Дока Сэвиджа.

- Прекратите огонь, чтобы сохранить себе жизнь, - таков был странный приказ Дока. - Иначе вы можете превратиться в тени, как многие другие.

Ренни и Джонни с недоумением подчинились приказу. Бедуины быстро окружили их. Закутанные в плащи всадники сгрудились вокруг них и опутали их веревками из верблюжьей шерсти. Мелькнули скользящие петли арканов, и они обнаружили, что в совершенно беспомощном состоянии их поднимают и усаживают на спины лошадей.

Глаза их разыскивали Дока Сэвиджа. Произнеся свой приказ, Человек из бронзы таинственным образом растворился среди переступающих с ноги на ногу лошадей.

Бедуины отчаянно ругались по-арабски. Ренни и Джонни в изумлении открыли рты, когда полдюжины всадников внезапно отделились от остальных. Эти шесть всадников ехали как-то неуклюже, скованно, как будто были одеты в металлические доспехи. Однако металлического звяканья и лязга доспехов слышно не было.

Шестерка эта вела рядом с собой коня без всадника.

Красный шар луны высвечивал четко выступающие на фоне неба низкие холмы. Шесть бедуинов медленно ехали один за другим. Ренни и Джонни мельком увидели Дока. С невероятной скоростью он двигался к холму, а затем исчез, словно провалившись сквозь землю.

Толпа бедуинов, окружавшая Ренни и Джонни, нахлестывая коней, помчалась прочь. Казалось, они хотят как можно скорее покинуть это место.

Перевалив через невысокий холм, шесть всадников, двигавшихся так неуклюже, спрыгнули со своих коней.

Потом они сделали нечто странное. На бока животных обрушился град ударов кнутом. Они начали гнать освободившихся лошадей прочь. Не имевшая седока лошадь осталась рядом с ними.

Из сетки, напоминавшей баскетбольную корзину и висевшей на боку лошади, выкатился шар размером в два футбольных мяча. Ренни с горечью выругался.

- Они добрались-таки до Дока! - простонал он. - Это нечто такое, с чем он не может бороться, разве что применит гранаты.

Ренни имел в виду мощные заряды взрывчатки, которые носил с собой Док для использования только в случае крайней опасности. Инженер и Джонни, затаив дыхание, ожидали с надеждой, что сильный взрыв вот-вот разметает спешившихся шестерых бедуинов.

Но взрыва не последовало. Лошади, которых кнутами отогнали прочь, остановились и в нерешительности топтались на одном месте.

Яростный сверкающий зеленый свет вспыхнул над холмами. Похитители Ренни и Джонни больше не мешкали. Когда вспыхнуло зеленоватое свечение, они были, вероятно, уже на расстоянии полумили от места вспышки. Красноватая луна приобрела какой-то болезненный бледный оттенок. Наполнившие воздух мельчайшие невидимые частички покалывали тело, словно статические заряды, возникающие во время грозы.

По мере того как разгоралось свечение, шестеро спешившихся всадников приближались к испускавшему его шару. Превращающая все живое в мертвые тени сфера перестала катиться. Она лежала неподвижно, подобно глазу какого-то инопланетного чудовища.

В ее свете лица шести человек имели цвет тусклого свинца. Они были похожи на шагающих мертвецов.

Двое из них держали в руках длинные деревянные вилы, еще один нес что-то, похожее на колыбель. При помощи этих вил сияющий шар закатили в нее.

Фосфоресцирующий свет все еще стоял над пустыней.

Переговариваясь между собой, шестеро бедуинов в масках двигались расширяющимся кругом, удаляясь от точки, где только что лежал смертоносный шар.

- Что вы на это скажете? - удивленно воскликнул один из них. Говорят, этот Док Сэвидж носит при себе множество странных приспособлений. Но мы не нашли еще ни одного из них. Здесь не осталось ничего металлического.

Они прочесали еще более тщательно все пространство.

Наградой им были лишь песок и обломки базальта.

Не осталось даже ни одной металлической пуговицы, которая указывала бы, что здесь был Док.

Бедуины, ясное дело, были весьма озадачены. С какой-то испуганной торопливостью вскочили они на коней и умчались прочь.

Здесь они остановились, тихо бормоча проклятия.

Теперь только пять лошадей были в их маленьком отряде. Шестое животное, вероятно, продолжало свою дикую скачку по пустыне.

Глава XVII. Долина Тасус

Никогда прежде в течение своей карьеры в качестве помощников Дока Сэвиджа не испытывали Ренни и Джонни такой тревоги. Собственное их бедственное положение пленников бедуинов беспокоило их гораздо меньше, чем серия несчастий, обрушившихся на Человека из бронзы и остальных участников экспедиции.

Их вера в непобедимость Бронзового человека была слишком тверда, чтобы оказаться поколебленной. Однако смерть, превращающая все живое в тени, лишала их обычного присутствия духа. Разрушение дирижабля само по себе уже было очень таинственным.

Действительно, дирижабль был сконструирован так, что мог противостоять любому виду огня, любому пожару.

И вот воздушный корабль вспыхнул и превратился в воздухе в ничто за какие-нибудь несколько минут.

Когда наступил рассвет, пленники и сопровождавший их большой отряд бедуинов двигались по разоренной, разрушенной стране. По пустыне здесь и там были разбросаны обломки базальтовых скал. Не было ни одного оазиса за все то время, пока всадники двигались вперед, направляясь к какой-то определенной цели.

Руки у Ренни и Джонни были связаны, но ноги их в стременах были свободны. Рядом с ними скакали вооруженные бедуины. Они даже не делали попыток пресечь возникающий временами разговор своих пленников.

- Это всадники, везущие "теневую смерть". Один из них только что заявил, что Всеведущий разберется во всем этом, - сообщил своему другу Джонни, который владел языком бедуинов в совершенстве и говорил на нем не хуже любого араба.

Когда солнце бросило свои первые лучи на выжженную тропическим зноем пустыню, пленники увидали, что число их похитителей превышает сотню. Некоторые всадники ехали так далеко позади, что их лиц нельзя было различить.

Во главе отряда находился высокий нубиец с лицом эбенового цвета. Ренни и Джонни в первый раз видели бывшего невольника - Хадиса, но догадывались, кто он такой. Шесть всадников в масках свинцового цвета скакали за ним.

Хадис размахивал руками так выразительно, что было ясно: он недоволен своими людьми и отчаянно их ругает.

- Смотри, похоже, землетрясение превратило этот край в площадку для гольфа, - заметил Ренни немного погодя.

Они ехали по разрушенной тропинке. Большие груды базальтовых скал выглядели так, как будто какой-то великан выдернул их из земли и разбросал где попало.

Насколько хватало глаз, в хаосе разрушений не было ни одного караванного пути.

- Ты абсолютно прав, - согласился Джонни. - Сублиторальные плиты соседствующей территории, несомненно, находятся в периоде транспозиции. Я не припоминаю ни одного региона здешней пустыни с подобным характером антисинклиналии.

После двух или более часов петляния среди разрушенных и разбросанных землетрясением холмов бедуины вступили в узкий проход. Хадис, ехавший на белой как снег арабской лошади, вдруг остановился и издал пронзительный крик.

- Смотрите! - воскликнул Ренни. - Впереди такое же зеленое свечение!

- Верно, - сказал Джонни. - И оно начинает угасать!

Узость прохода вынуждала всадников двигаться гуськом, вытянувшись в один ряд. В просвете холмов показалось яркое фосфоресцирующее свечение. Солнце поднялось еще недостаточно высоко, чтобы его лучи могли проникнуть внутрь прохода.

По сигналу Хадиса свечение начало затухать. Хадис на несколько минут остановил своих бедуинов, а потом отдал приказ продолжать движение.

- Силы небесные! - пророкотал Ренни. - Если это единственный проход и мы на пути к долине Тасус, легко догадаться, почему отсюда никто не возвращается!

Это был проход в толще базальтовых скал. На них стояла дюжина людей в масках цвета свинца.

Было совершенно очевидно, что проход тщательно охраняется. Узость превращала его в настоящую смертельную западню.

Ренни и Джонни не были готовы к удивительному зрелищу, которое внезапно открылось их взорам. Это выглядело так, как если бы они, пройдя каким-то чудом через выжженную солнцем пустыню, встретились лицом к лицу с одной из воспетых в Библии стран, "текущих молоком и медом".

На участке земли протяженностью примерно в милю, за которым снова простиралась пустыня, росли высокие, колышущиеся финиковые пальмы. Они появились, как зеленые стражи, охраняющие обширную площадь садов.

Деревья выстраивались по их краям, образуя ряды причудливой конфигурации.

Вокруг этого обширного участка орошаемой и обрабатываемой земли, вероятно, обильно снабжаемой водой, пальмы вытягивались в один ряд; кольцо их тянулось на несколько миль вдоль окружающих холмов. По другую сторону этого зеленого строя поверхность холмов состояла из песка и обломков базальта и выглядела сухой, выжженной пустыней в лучах восходящего солнца.

- Вот она, великая тайна скрытого города, который Хафид называл Тасунаном, - произнес Джонни. - Его границы отмечают русло какой-то подземной реки. А по характеру холмов и расщелин я узнаю- местоположение древних гробниц-захоронений, открытых Дэнтоном Картерисом.

- Силы небесные! - воскликнул Ренни. - Да это действительно целый город!

На расстоянии двух миль от них смутно вырисовывалась высокая толстая стена. Длинные тонкие иглы минаретов сверкали за ней в лучах восходящего солнца.

И вся стена эта была усыпана стражей. В чистом разреженном воздухе пустыни они выглядели, как маленькие черные муравьи.

Бедуины плотно окружили помощников Дока, которые уже поняли, что ведут их, собственно говоря, совсем в другое место, а не в город.

- Глянь-ка, похоже, мы прибыли в месторасположение целой армии, заметил Джонни.

Более двухсот палаток-шатров занимали ровную песчаную площадку за барьером холмов. Это напоминало стоянку, .предназначенную для какого-нибудь шейх-иншейха. Однако быстро выяснилось, что всем тут заправляет Хадис, могучий чернокожий, бывший невольник-нубиец.

Гортанным голосом Хадис отдал команду, как только бедуины въехали в лагерь.

Нубиец был черным, как эбеновое дерево. Цвет его кожи странно контрастировал с прекрасным белым арабским скакуном. Плечи его аббы были расшиты золотой тесьмой-галуном, на поясе висел огромный ятаган в .кривых серебряных ножнах, рукоятка которого была украшена сверкающими самоцветами.

Ничего от рабского смирения не сохранилось в Хадисе. Он въехал в лагерь с широкой самоуверенной улыбкой, гордый, как распустивший перья павлин. Он был воин из воинов.

- Баллах! - вскричал он. - Иностранцы!

Несмотря на критическую ситуацию, в которой они находились, и тяготы ночного путешествия, Ренни и Джонни были голодны. Пряный, отдающий жиром аромат вкусной пищи ударил им в ноздри. Был час, когда под черными шатрами бедуины вкушают раннюю трапезу.

Стройные бронзовокожие женщины с незакрытыми лицами, облаченные в пыльные, волочащиеся по песку одежды, подошли к пленникам. Совершенно голые ребятишки играли перед шатрами меньших размеров. По сравнению с женщинами, которых можно видеть в мусульманских районах Аммана, эти выглядели весьма раскованными, что совсем не характерно для женщинмусульманок.

Бедуины развязали пленникам руки. Подошел Хадис.

Он заговорил по-английски: - Вы будете мудры и примете благословение Аллаха. А пока вы будете "дакхилл" в черных шатрах. Не пытайтесь убежать отсюда нет пути.

Ренни и Джонни знали: слово "дакхилл" означает, что они будут пользоваться неприкосновенностью.

Один из бедуинов отвел их к большому длинному шатру.

Это был девяностофутовый павильон, повернутый фасадом в сторону, противоположную остальным шатрам; вход его был обращен к восходящему солнцу. Этот шатер принадлежал Хадису. Один конец его был отгорожен занавеской; там располагался гарем.

- Гром и молния! - проворчал Ренни. - Мне казалось, что я могу съесть целую корову, но сейчас у меня пропал аппетит!

Джонни скорчил гримасу. Он был, вероятно, еще более брезглив, чем Ренни.

- Возможно, мы и научимся принимать участие в этих первобытных эпикурейских развлечениях, - вздохнул он. - Другими словами, братец, придется нам смириться и полюбить это!

Дюжина бедуинов столпилась вокруг плоской латунной посудины. В ней было добрых пять футов в поперечнике. Арабы с жадностью поглощали пищу, пользуясь естественными столовыми приборами человека - своими руками.

Посредине латунного блюда скалила жуткие обнаженные зубы голова овцы. Ее уши были оттянуты назад и болтались. Жирное месиво покрывало груду пищи. Ноги и ребра плавали в мясном бульоне с рисом. Бедуины черпали пищу горстями.

Все столпившиеся вокруг блюда были облачены в обычные одеяния пустыни.

Ренни и Джонни двинулись туда с некоторой нерешительностью.

- Раз уж я должен это есть таким способом, то я и буду так делать, произнес Ренни с отвращением. - Как бы там ни было, необходимо подкрепиться.

Из шатра донесся тонкий саркастический голос:

- Прекрати облизывать свои пальцы, ты, пропавшее звено! Неужели так трудно забросить в ротовое отверстие комок риса без того, чтобы не вымазать мясным бульоном всего себя с головы до ног!

- Проклятие! - пропищал другой голос. - Для тебя, конечно, естественно есть подобно свинье! Если я сожру еще хоть кусочек этой падали, я начну блеять, как ягненок!

- Тараторить, как мартышка, хочешь ты сказать?

- Силы небесные! - прогудел Ренни. - Джонни, ты слышал? Это же Монах и Хэм! Значит, они все-таки не утонули вместе с яхтой! Погляди-ка на Монаха в этом смешном одеянии! Оно так его маскирует, что он выглядит почти как человек!

Джонни изучающе осмотрел выряженных в одеяния пустыни Монаха и Хэма.

- Несомненно, - изрек он. - Но у меня возникло неприятное ощущение, что мы просто столкнулись с подтверждением теории перевоплощения душ. Это всего лишь астральные тела в новой материальной оболочке. Ну как мог Хэм появиться здесь в таком виде?

Обезьянья фигура Монаха поднялась на ноги. Его кейфих и абба свободно болтались на нем. Одна из его огромных ступней плюхнулась прямо в завтрак бедуинов. Рис и мясной бульон выплеснулись на аскетичную физиономию брезгливого Хэма.

- Ты, неуклюжее животное! - завопил Хэм, вытирая подливу со своего худощавого лица.

По распоряжению Хадиса бедуины соорудили для Ренни и Джонни отдельное помещение. Обезьяноподобная фигура Монаха продолжала исполнять танец восхищения.

Хэм вытер свое лицо и спросил:

- Где Док? Как этот черный дьявол сумел заманить вас в ловушку?

Прежде чем успел прозвучать ответ, из одного маленького, стоящего неподалеку шатра, донесся пронзительный женский крик:

- Ренни! Джонни!

Они увидали странную фигуру, бегущую к ним от шатра. Женщина была одета в волочащееся по песку одеяние пустыни. Голова ее была плотно закутана.

- Это Пат! - взвыл Ренни. - Силы небесные! Но я рад, что с ней все в порядке.

Огромный инженер, отшвырнув в сторону бедуинов, побежал к кузине Дока. Два человека в кейфихах и аббах тоже бросились к девушке.

- Нет, не делай этого, сестричка, - прохрипел один из бедуинов. Женщины не могут встречаться с мужчинами здесь, в этом месте. Таков приказ босса!

По речи и лицам этих двоих было видно, что они - гангстеры Вайти Джейно. То, что они были одеты в кейфихи и аббы, только усиливало отвратительное впечатление, которое производила их дьявольская наружность.

Один из них ударил своей вымазанной жиром рукой по прекрасному личику Пат Сэвидж. Тяжелый удар свалил ее на песок. Когда она попыталась встать, ноги ее запутались в волочащейся одежде.

Бандит схватил ее за руки и рывком поднял на ноги. Из гигантской груди Ренни вырвалось рычание, напоминающее рык взбешенной гориллы. Бедуин, находившийся между ним и бандитами, натолкнулся на его кулак размером с собственную голову, и перекувыркнувшись, приземлился на макушку.

Монах был почти так же быстр, как и Ренни.

- Я вырву вам глотки, вы, двое! - визжал он. - Я сорву ваши головы с плеч!

Два бандита тут же оставили Пат, грубо швырнув ее на землю. Одному из них удалось выхватить из-под полы автоматический пистолет, выбросивший язычок пламени чуть ли не в самое лицо Ренни.

Но у бандита не было времени как следует прицелиться. Пули пропороли полотно шатра Хадиса. Два "бедуина" со стонами упали ничком. Удар кулака Ренни был куда эффективнее, чем выстрел из огнестрельного оружия.

Когда один из бандитов грохнулся на землю, голова его как-то странно подвернулась, как будто он был тряпичной куклой. Редко Ренни бил человека, вкладывая в удар всю свою огромную силу. И не позвоночнику бандита было устоять против такого удара. Гангстер дернулся и остался лежать неподвижно.

Длинная рука Монаха обвила одного из бандитов, напавших на Пат. Какая-то кость хрустнула, как будто переломили сухую палку. Бандит упал на песок, пуская изо рта кровавые пузыри. Похожий на детский голос Монаха издал яростный клич обитателя джунглей.

Огромный химик выбрал себе двух ближайших бедуинов. Хотя арабы и были ошеломлены, они молниеносно выхватили длинные кинжалы. Оба бедуина напали одновременно, но они не учли обезьяньей ловкости Монаха.

Один из кинжалов рассек его волосатую щеку, но через секунду головы бедуинов с треском столкнулись под руками обезьяноподобного химика, а их кинжалы упали на землю. Монах схватил кинжалы и вихрем помчался к большому шатру.

Ренни поддерживал Пат Сэвидж своей мощной рукой.

- Зишахам бисм эр Расуль! - раздалась отрывистая команда Хадиса.

- Баллах! Баллах! - отозвалось полсотни голосов.

Темные лица окружили четверку соратников Дока.

Бедуины держались теперь на почтительном расстоянии, но дюжина или больше вытащили ружья, наставив их на друзей Дока.

Хадис прыгнул к Ренни и Пат Сэвидж.

Тяжелый кривой ятаган заиграл смертоносным блеском над головой нубийца. Лицо его озарилось жаждой крови.

Ренни прижал к себе Пат. Даже его огромные кулаки были бессильны против свистящего клинка.

Хэм и Джонни стояли теперь под дулами ружей, прижатых к их телам. По малейшему знаку нубийца эти люди убьют их. Ренни вдруг нырнул вниз на манер футболиста. Ятаган со свистом рассек воздух.

Но тут прозвучал низкий властный голос. Это был Вайти Джейно. Он говорил по-арабски.

- Хватит, Хадис! - раздалась команда. - Всеведущий приказал оставить этих людей в живых! Никто из противящихся его. воле не может избежать его гнева!

Хадис опустил ятаган и торопливо попятился назад.

Но Ренни и Монах остались придавленными к земле массой обрушившихся на них людей. Вайти Джейно спас им только жизнь.

Глава XVIII. Рубеж обороны в гробницах

Монах стонал и извивался, пытаясь избавиться от ремней, которыми были скручены за спиной его руки.

- Черт побери! - жаловался он. - Чем больше я стараюсь освободиться от них, тем туже они затягиваются!

- Гром и молния! - рычал Ренни. - Как вы думаете, долго еще эти черные дьяволы собираются оставлять нас в этих штуках? У меня онемело все тело, начиная с шеи!

- Боюсь, что дракой с ними мы ничего не добьемся, - рассудительно заметил Хэм.

Он и Джонни были привязаны друг к другу. Не удовлетворив свое желание пролить их кровь на песок пустыни, Хадис использовал приспособление, быстро утолившее его кровожадную душу.

Все четверо были крепко-накрепко привязаны спинами к столбам, глубоко вбитым в песок. Южное солнце палило их жарким зноем. Лица напоминали цветом вареных раков. Даже густые, как мех, волосы Монаха не могли защитить его уродливую физиономию от прямых солнечных лучей.

Добавляя последний легкий штрих к пытке, Хадис приказал туго обмотать им руки ремнями из верблюжьей кожи. Кожу только что содрали, и она была еще сырой. Солнце высушивало ремни, и они, высыхая, становились короче, стягивая руки пленников все туже и туже.

Благодушно настроенный Вайти Джейно даже не думал мешать Хадису приятно проводить время. Казалось, главарь шайки из Нью-Йорка был заинтересован лишь в том, чтобы в соответствии с повелением таинственного Всеведущего сохранить жизнь искателям приключений.

Вайти сидел, скрестив ноги, в тени черного шатра и занимался своим любимым времяпрепровождением, за которым туземцы-бедуины следили с некоторым суеверным страхом. Вероятно, он привез с собой кое-какие запасы, так как все время подбрасывал в воздух зерна воздушной кукурузы, ловил их ртом и с хрустом перемалывал своими белыми зубами.

Облеченный в одеяние пустыни, со своими снежно-белыми волосами, видневшимися из-под кейфиха, и угольно-черными глазами на смуглом лице, Вайти Джейно действительно мог сойти за шейх-ин-шейха.

- Будь он проклят! - прорычал Ренни. - Я думаю, что он спас нас только затем, чтобы немного повеселиться!

- Нет, таков был приказ Всеведущего, как они его называют, - поделился своими соображениями Хэм. - Они уже собирались пристрелить Монаха и меня, но что-то случилось. Я пришел к выводу, что эти подонки рассчитывают вскоре силой заставить нас помогать им. Слушайте, что это?

Со стороны первого входа в гробницы донесся треск выстрелов. Они так часто следовали один за другим, что не оставалось сомнений: это строчит пулемет.

- Если я правильно понимаю, - сказал Хэм, - это Рэйнон Картерис встал между бедуинами и главными воротами города Тасунана. По каким-то соображениям они не могут или не хотят использовать смертоносное вещество, превращающее все живое в тени, у самых гробниц. Картерис, похоже, хорошо вооружен, да и боеприпасов у него предостаточно. Кроме того, он перерезал пути, по которым доставлялась вода и пища из садов, расположенных в оазисе.

- У Картериса не может быть много людей, к тому же все они арабы, задумчиво произнес Джонни. - Если я не ошибаюсь, бедуины собираются захватить город Тасунан?

- Это и есть ответ на все происходящее, - подтвердил Хэм. - Я слышал, как Вайти Джейно говорил, что Всеведущий намеревается захватить город и поработить его жителей. Кажется, они - миролюбивый народ, у которого мало оружия, но который будет сражаться, если его к тому принудят.

- А Рэйнон Картерис встал между этими бандитами и бедуинами Хадиса с одной стороны и городом с другой, - сказал Джонни. - Теперь я понимаю, в чем дело. Вот почему они похитили леди Фазэран и Пат Сэвидж. Они надеются повлиять на Картериса при помощи его сестры, используя Пат как заложницу.

Ружья все еще продолжали трещать у гробниц.

Яростно строчил пулемет, и выстрелы из ружей смолкли.

Глухой удар потряс землю. Бедуины пронзительно завопили.

- Молодец! - воскликнул Ренни. - Этот малый, Картерис, пустил в ход гранаты-лимонки! Только так и можно заставить этих черных дьяволов отступить, это для них хороший урок!

Было далеко за полдень, когда четверку привязали к столбам. Солнце пустыни коснулось края холмов.

Это несколько уменьшило муки, причиняемые высыхающими ремнями. Со стороны прохода, ведущего в оазис, вдруг раздались выстрелы.

Хадис и отряд охраны куда-то ускакали. Когда они вернулись, их сопровождал чудовищно толстый человек.

Это был типичный сириец. Его лицо покрывали мясистые складки. Крючковатый нос как-то нелепо торчал на этой жирной физиономии. Близко посаженные глаза были таковы, что с трудом можно было различить зрачки. Кожа его, казалось, источала жир или была намазана оливковым маслом. Голова частично облысела и блестела.

Он ехал верхом на норовистой черной лошади, украшенной наборной уздечкой и инкрустированным седлом. За ним следовали два верблюда с поклажей.

На одном из верблюдов сидел высушенный образчик эфиопской расы. Маленький черный человечек был "слугой-за-все" сирийца: лакеем, сторожем лагеря, погонщиком верблюда и главным пастухом. Иными словами он был рабом. Его жестикуляция и тупое выражение лица свидетельствовали о том, что он был немым.

- Я - Дюжун Кадо, - сказал сириец Хадису, размахивая своими толстыми руками. Пальцы его были украшены перстнями с драгоценными камнями. - Вы должны провести меня к вашему хозяину, во имя Аллаха.

Пронзительные глаза Хадиса. блеснули, но он был рассудителен и провел бесцеремонно вторгшегося незнакомца к шатру Вайти Джейно. Тихим голосом, поарабски, Хадис сообщил свои собственные соображения.

Вайти Джейно кивнул головой. Он был исключительно благожелателен.

- Я хочу узнать о его миссии, прежде чем он увидит Всеведущего, сказал Вайти. - Если он приехал из Алеппо, это важно.

Сириец уловил тихие слова.

- Я приехал из Алеппо, - представился он. - Я скромный служащий Синдиката Семи Компаний. Мы готовы инвестировать поиски сокровищ Тасуса в размерах одной трети их общей стоимости, как, по слухам в Аммане, предлагает Всеведущий.

Вайти Джейно подбросил в воздух хлопья воздушной кукурузы, поймал их ртом и захрустел. Его улыбка была исполнена благожелательности.

- Синдикат Семи Компаний? Всеведущий слыхал о вашей организации. Итак, вы вносите одну треть депозита и не спрашиваете, что за товар будет отсюда доставлен, таков договор?

- Об этом мы осведомлены, - сообщил сириец и склонил голову. Его шея была так толста, что движение это далось ему с трудом. - Мы также информированы о том, что требуемая сумма огромна и достигает в конечном итоге сотни миллионов золотом.

- Эта сумма - сущий пустяк, - заявил Джейно. - Только сюда включается и невмешательство. Никто из людей Синдиката Семи Компаний не войдет в долину Тасис. Воля Всеведущего должна оставаться верховной властью за этими холмами.

- Мы это принимаем и согласны, - подтвердил Дюжун Кадо. - Мне поручено только удостовериться что то, о чем идет речь, существует. Если вы представите это, мы готовы. Я пришел с пачкой платежных обязательств, с целыми связками их.

Пухлая рука сделала жест в сторону тюков, которыми были нагружены верблюды. Животные, отдыхая, лежали. Немой чернокожий раб прикорнул в тени одного из них.

- Хотел бы я услышать, что там происходит, - произнес Ренни, весь превратившийся в слух.

- Мною овладевают предчувствия, что ужасные несчастья прогрессируют в соответствии с климатическими условиями, - сообщил велеречивый Джонни.

- Проклятье! - пропищал Монах. - Если вы имеете в виду, что что-то должно лопнуть, то я желаю, чтобы это лопнуло! Я уже не чувствую своих рук!

- У мартышек нет рук, а есть только передние конечности, - криво усмехнулся Хэм.

Юрист страдал так же сильно, как и все остальные, но не мог удержаться от этой колкости.

Вайти Джейно знаком пригласил толстого сирийца следовать за ним. Они вошли в шатер и оказались вне пределов слышимости для остальных.

Сражение вблизи гробниц затихало вместе с внезапно наступившими, как всегда бывает в пустыне, сумерками.

Ночная прохлада смягчила страдания, причиняемые ремнями из верблюжьей кожи, которые немного растянулись.

В темноте безлунного раннего вечера помощники Дока, четверка искателей приключений, не могли видеть друг друга достаточно отчетливо.

В шатре Вайти Джейно появились мерцающие светильники. Дюджун Кадо знал, когда по правилам восточной дипломатии говорить не следует. Он лишь вежливо попросил, чтобы Всеведущий, если на то будет его воля, заключил сделку непосредственно с ним.

- Об этом мы еще договоримся, - ответил Вайти Джейно.

Американский "вор на доверии" и предводитель гангстеров все более и более превращался в настоящего араба по речам и поступкам, если не считать того, что он продолжал безостановочно хрустеть кукурузными хлопьями.

Новая фигура проскользнула в шатер. Черты темного лица этого человека дышали аристократичностью. Он с достоинством выпрямился.

- Я - Кассан, личный помощник Всеведущего, - важно представился он. Вы прибыли от Синдиката Семи Компаний?

Дюжун Кадо повторил то, что он уже говорил Вайти Джейно. Кассан не подал вида, что на него произвела впечатление предлагаемая сумма в сто миллионов.

- Завтра с восходом солнца вы будете иметь честь осмотреть древний город Тасунан, - сказал Кассан. - Разумеется, не должно быть никакого вмешательства в дела Всеведущего ни теперь, ни позже - из уважения к обычаям города и этой долины.

- Скромный представитель Синдиката Семи Компаний будет сдержан и благоразумен, - склонил голову Дюжун Кадо. - Пожелания истинных сынов Ислама будут учтены.

Тонкие губы Кассана растянулись в улыбке.

- Тогда все будет хорошо. Вы отдохнете в шатре Хадиса, а охрана будет поставлена только ради вашей безопасности.

Бездонные черные глаза Дюжуна Кадо засверкали, но он не выказал никаких эмоций. Но, конечно, сириец понял, что его будут тщательно сторожить.

Черный раб навалил на себя груду попон и прижался всем телом к отдыхающему верблюду, чтобы согреться.

Привязанные к столбам товарищи Дока могли видеть тени животных. Из шатра Хадиса доносились аппетитные ароматы готовящейся еды.

- Силы небесные! - тяжело вздохнул Ренни. - Собираются они кормить нас или нет? Святой телец!

- Здесь нет святого тельца, и вообще нет ни кусочка говядины, пропищал Монах. - Снова баранина. Они едят только баранину.

Недалеко от привязанных к столбам пленников по земле двигалась какая-то тень. Оттуда доносилось странное шарканье, тихий шорох. К пленникам подкрадывался неизвестный человек. Он делал это почти бесшумно, самым простым способом - перекатываясь.

Совсем рядом с прислушивающимися пленниками раздался хриплый гнусавый шепот:

- Держите рот на замке и не вякайте. Навострите уши и слушайте, что я скажу.

Никто из четверых не произнес ни слова. Фигура худого человека предстала перед ними. Зашипев от боли, он привстал, маленькая шарообразная голова дергалась вверх и вниз, как у черепахи.

- Я - Рант Дэйвис, - объявил он. - Я здесь потому, что ни у одного из нас нет никаких шансов смыться отсюда, такое уж наше цыганское счастье. Они взяли вас на мушку, парни. Вайти Джейно сыграл с вами плохую шутку. Вас собираются сжечь этим дьявольским огнем, оставляющим картинки. Так вот, я кое с кем тут переговорил...

Рант Дэйвис обливался потом, хотя ночь была прохладной. Он поднял было правую руку, чтобы вытереть лицо, но тут же с горечью выругался. Попрежнему он забывал, что у него уже нет правой руки. Забинтованный обрубок воспалился и страшно распух.

- Мы не вступаем в сделки с крысами, - произнес Хэм. - Увы, ты застал нас там, где мы не можем избавиться от удовольствия слушать тебя, поэтому, валяй дальше, рассказывай о своих бедах.

- Сейчас не время заниматься пустяками, - хрипло прокаркал Рант Дэйвис. - Вы были с этим парнем, Сэвиджем, и о вас идет молва, будто никто не может превзойти вас в таких делах. Вайти говорит, что они пришили этого здоровенного Бронзового человека. Они собираются кое-что предложить вам, ребята.

- Они только зря потратят время, - сказал Хэм.

- Да? Ладно, может, и так. Но все они хотят, чтобы этот парень, которого зовут Монах, согласился им помочь. Их босс, которого они зовут Всеведущим, приказал им захватить этот город, что за большой стеной. Вайти бросит нас вперед с автоматами, чтобы мы помогли захватить город. И есть у него миленькая маленькая задумка - когда дело будет сделано, превратить нас всех в картинки, так что и пожаловаться будет некому. Я один из тех, на ком он поставил метку.

- Святые угодники! - простонал Монах. - Чего эти черные дьяволы хотят от меня?

- Много чего, - хмыкнул Рант Дэйвис. - В город ведет только одна дорога, которая пролегает через эти старые гробницы, а потом идет под землей, вдоль какой-то странной реки. Они выковырнут парня, что засел там. У него и его людей целая куча этих одежек, что защищают от огня, делающего картинки из всего живого...

- Вот и ответ, почему Картерис все еще держится там со своим отрядом, - прокомментировал Ренни.

- Ага. Но даже когда они пройдут, нужно будет произвести много взрывов, чтобы попасть в город, - продолжал Рант Дэйвис. - Вот зачем этот парень, Монах, должен пойти туда с ними. У них есть много всяких химикатов, чтобы делать взрывчатку, но парень, который должен был заниматься этим, поссорился -с Хадисом, и тот его зарубил.

- Я никому ничего такого не буду делать! - завопил Монах, несколько погрешив в построении фразы.

- Чем так громко орать, лучше бы тебе заткнуться, - хрипло посоветовал Рант Дэйвис. - Если меня тут застукают, будет, только хуже. И слушайте...

- Мы слушаем, но другого ответа не будет, это все, что мы можем сказать, - заявил Хэм.

Рант Дэйвис быстро заговорил:

- Я освобожу вас, если вы поможете мне и другим ребятам спастись. Может быть, мы сможем пробиться, а может и нет, но только это наш единственный шанс.

- Ты говоришь, что Вайти Джейно утверждает, будто они добрались до Дока Сэвиджа? - спросил Джонни.

- Ага, это было прошлой ночью, насколько я понял. Они прикончили большого Бронзового человека, когда брали вас.

Четверо пленников погрузились в печальные размышления.

- Я не верю в это, - заявил Хэм. - Но, однако, мы должны...

Внезапно темноту прорезал свет. Это был факел из дерева, пропитанного маслом. Кто-то швырнул его почти точно в Ранта Дэйвиса. Однорукий гангстер вскочил с песка на ноги с диким душераздирающим криком.

- Я всегда очень огорчаюсь, когда сталкиваюсь с такой неблагодарностью, - произнес мягкий голос отеческим тоном. - Возьмите его!

Два подскочивших бедуина уже совершили этот простой подвиг. Рант Дэйвис изрыгал сдавленным голосом проклятия и отбивался распухшим обрубком своей руки, но бедуины крепко держали его.

- Я надеюсь, что люди Дока Сэвиджа достаточно умны, чтобы не поверить всем сказкам, которые тут наплел этот заблуждающийся несчастный мальчик, пытаясь их обмануть, - сказал Вайти Джейно.

Он стоял, освещенный пламенем факела, перемалывая челюстями воздушную кукурузу, и на лице его было выражение глубочайшей печали.

- Рант, мой мальчик, - сказал он. - Ты был исключительно глуп. Это правда, ты стал смертельным врагом Хадиса, поэтому-то и пытался спастись, впутав в это дело других. Очень, очень плохо, мой мальчик.

- Нет, Вайти, не говори так! - завизжал Рант Дэйвис. Я знаю, что ты задумал... Не делай этого! Не верьте ему, ребята! Он только...

Вайти Джейно развел руками. Ладонь одного из бедуинов зажала слюнявый рот Ранта.

- Вы видите, он не желает быть благоразумным, - с сожалением в голосе сказал Вайти Джейно. - И поэтому так оставить этого нельзя.

Вайти Джейно поднял одну руку, как бы благословляя своего искалеченного помощника. Бедуины отпустили Ранта Дэйвиса, но тут же силой принудили его отступить в темноту.

Там выросла какая-то высокая тень. Тусклое пламя факела отразилось в просвистевшем в воздухе клинке.

Затем в пятне света появилась эбеновая физиономия Хадиса. Вайти Джейно проронил несколько слов поарабски, но Хадис ничего ему не ответил.

- Нет! Нет! - завизжал Рант Дэйвис. - Вайти, я не хотел этого! Я не это думал! Я...

Вайти подбросил кусочек воздушной кукурузы и поймал его ртом. Потом раздался двойной хруст. Один исходил из челюстей Вайти, другой сопровождался зловещим свистом украшенного самоцветами ятагана Хадиса.

Обезглавленное тело Ранта Дэйвиса сделало полных шесть шагов, прежде чем упасть. Маленькая шарообразная голова покатилась на песок. Тусклое пламя факела блеснуло в ее глазах.

- Волю Всеведущего иногда трудно понять, - с притворным огорчением произнес Вайти Джейно. - Я глубоко сожалею о том, что случилось в это утро. Вас сейчас же освободят, а потом мы побеседуем.

- Никакой беседы не будет! - провизжал Монах своим похожим на детский голоском, который дрожал от ярости.

- Я очень опечален, - сказал Вайти Джейно. - Произошло несчастье, но мы не должны позволить ему омрачить наши будущие дружеские отношения.

И Джейно удалился, продолжая работать челюстями, пережевывающими воздушную кукурузу. По его приказу останки Ранта Дэйвиса были убраны. Хадис вложил в ножны свой ятаган, тщательно вытерев его о песок, обошел вокруг столбов, к которым были привязаны пленники, и проверил ремни. Потом он удалился.

В течение нескольких минут четверо пленников оставались безмолвными. Они переживали только что происшедшее ужасное событие. Чудовищная казнь Ранта Дэйвиса потрясла их.

Наконец Ренни произнес:

- Не думаете ли вы, что эта жалкая маленькая крыса сказала о Доке правду?

Ответы остальных свидетельствовали, что сообщение о судьбе Дока произвело на них глубокое впечатление.

- Я все еще не верю в это, - настаивал Джонни. - Что-то забарахлило в этой испускающей смертоносные лучи штуковине.

- А не кажется ли вам, что Док нашел бы какой-нибудь способ добраться сюда, если бы он все еще был жив? - не унимался Хэм. - Он бы... Тише! Что это такое?

В течение секунды они слышали шорох в песке за собой. Кто-то приближался к ним тем же простым способом, что и Дэйвис: перекатываясь по песку. Тело его было маленьким и легким.

Пленники не могли видеть этого человека, так как он оставался сзади. Ренни был первым, кто осознал тот факт, что чей-то нож скользнул по ремням из верблюжьей кожи. Его совершенно онемевшие огромные руки тяжело опустились. Большое тело инженера казалось частично парализованным.

Ренни увидел, что остальных тоже освобождают, разрезав ремни.

- Пока не двигайтесь и ничего не говорите, - раздался хриплый шепот, который услышали все пленники.

Голос явно принадлежал американцу. Это, должно быть, был один из приятелей Ранта Дэйвиса. Вероятно, он освободил их из чувства мести. Все поверили, что Рант рассказал правду.

Четверо друзей несколько минут сидели неподвижно, подавляя стоны, рвавшиеся наружу из-за боли в онемевших руках.

- Бегите от этих холмов к гробницам, - снова донесся до них шепот. Сделайте большой круг и обойдите этих черных дьяволов, которые сторожат отряд Картериса.

Зашуршал песок. Их освободитель ушел.

Глава XIX. Женщина у столба

- Если бы только они оставили мне одну из гранат, больше мне ничего не надо, - пожаловался Монах.

- Они ограбили нас до нитки, - сказал Ренни. - Кто-то все перевернул и привел в полный беспорядок. Забрали даже то, что было у меня в прическе.

Ренни имел в виду химикалий, пори помощи которого помощники Дока Сэвиджа делали на стекле невидимые надписи. Это был особый химический состав, флуоресцирующий в инфракрасных лучах.

Четверка беглецов карабкалась на беспорядочно нагроможденные скалы, возвышающиеся над гробницами.

Вблизи черных шатров раздавались гортанные крики бедуинов, доносившиеся сюда, несмотря на разделявшее их расстояние. Маленький отряд всадников промчался сквозь тьму с пылающими факелами.

Крики свидетельствовали о том, что бедуины не надеялись найти убежавших пленников. Тысячи людей могли скрываться в течение многих дней в разбросанных землетрясением базальтовых обломках.

Искатели приключений из отряда Дока были свободны, но у них не было оружия.

- Однако мы не можем дольше оставаться без пищи и воды, - заметил Хэм.

- О, я в суперсверхвосхищении! - воскликнул Джонни. - И это после того, как вы с Монахом уминали сегодня утром бараньи отбивные! Ренни и я не имели во рту ни крошки со вчерашнего дня.

- Как бы там ни было, у нас только один шанс, - сказал Хэм. - Мы должны до рассвета соединиться с Рэйноном Картерисом.

Эта идея получила немедленное одобрение. Но только после получасового ползанья по скалам над гробницами друзья оказались у широкой расселины.

Отряд бедуинов с одним-единственным факелом промчался вблизи. Из расселины вдруг раздалась пулеметная очередь. От боли заржала раненая лошадь. Два всадника с пронзительными криками упали на землю. Факел отлетел в сторону. Остальные бедуины в беспорядке бежали, оставив тела убитых.

- Обождите здесь, - распорядился проворный, как белка, Хэм. - Я попробую добраться до Картериса.

Хэм незаметно подполз к самому краю утеса, нависшего над расселиной, оказавшейся входом в гробницы.

Вскоре он услышал внизу под собой тихие голоса.

Хэм тихо окликнул их. Голоса смолкли.

- Мы четверо американцев, друзья Дока Сэвиджа, - уже громче произнес Хэм.

- Берегитесь! - воскликнул по-арабски голос внизу. - Это ловушка! Боюсь, что бедуины забрались сюда!

- Постойте! - скомандовал другой голос. - Может быть, письмо, которое я послал моей сестре, дошло до нее, и это его результат?!

Хэм среагировал мгновенно.

- Да, письмо! - прокричал он. - В нем говорилось о смертоносном мираже и о том, как вы потеряли ваших людей в пустыне. Леди Фазэран принесла его Доку. Ваша сестра здесь, Картерис. Ее похитил Хадис со своими людьми, а вместе с ней и Пат Сэвидж, кузину Дока.

- Все верно, - прозвучал голос внизу. Вдруг он наполнился глубокой печалью:

- Так вы говорите, что моя сестра здесь, в этой дьявольской дыре?

- Она здесь, - ответил Хэм. - Мы сейчас спустимся вниз.

Четверо искателей приключений вскрикнули от изумления, оказавшись внутри прохода, ведущего к гробницам.

Рэйнон Картерис был худым молодым человеком с лицом, изнуренным усталостью и тяготами, которые он перенес.

И у путешественника, который собирался найти удивительные сокровища, обнаруженные его братом, было с собой только шесть человек. Одним из них был высохший, как мумия, древний старец Махал, упомянутый в письме, который, естественно, не мог оказать помощь в бою.

- Силы небесные! - вырвалось у Ренни. - Как же вы могли сдерживать этих дьяволов?

Небольшой отряд уцелевших караванщиков укрывался за низкой насыпью из базальтовых обломков. Пулеметы и запасные диски с патронами располагались в нишах насыпи. Это было все, чем они могли защищаться.

Пулеметы вряд ли могли быть эффективными против катящихся шаров, превращающих все живое в мертвые отпечатки. Отвечая на вопрос Ренни, Картерис достал защитный шлем, сделанный из какого-то каучукообразного материала цвета тусклого свинца, и надел его на голову. Маска плотно прилегала к его лицу. Глаза закрывали пластины из прозрачного вещества, напоминающего слюду.

- Мы недолго продержались бы, если бы не обнаружили здесь изобилие таких вот штук, - сказал Картерис. - И как вы думаете, где мы их нашли?

- Они, должно быть, находились в гробах мумий доселе неизвестной очень древней и исчезнувшей расы, - последовал неожиданный ответ Джонни. - Их положили туда вместе с одеяниями, предохраняющими тело от смертоносного излучения. Вероятно, представители этой древней расы верили, что их умершие могут столкнуться с подобной опасностью в каком-то ином мире.

Рэйнон Картерис в изумлении издал тихий протяжный свист.

- Вы не нуждаетесь в рекламе, Вильям Харпер Литтлджон, - сказал он. Я слыхал о ваших замечательных достижениях от моего брата. Но ваша дедукция попахивает черной магией!

- Вовсе нет, - отклонил такое предположение Джонни. - Все достаточно просто. Это смертоносное излучение испускает некий неизвестный сегодня химический элемент. Его секрет утерян. Одежда из металлизированной ткани и маски из какого-то сплава - вот что защищает от него. Я предполагаю, что вы, конечно, обнаружили, откуда берутся эти смертоносные шары?

- Нет, - огорченно произнес Картерис, - мы были слишком заняты спасением собственной шкуры, чтобы проникнуть дальше в подземелья. Вероятно, землетрясение уничтожило целый город, какую-то развитую цивилизацию. В гигантских пещерах находится множество развалин. Но мы застряли здесь и остановили бедуинов. Пока у нас не кончатся боеприпасы, нас отсюда не выбить.

Однако последовавшие события приняли такой оборот, что уверенность Картериса была поколеблена.

Стоял полный мрак, предшествующий восходу луны.

Появилось полдюжины пеших бедуинов под предводительством Хадиса.

На расстоянии сотни ярдов от входа в гробницы они оставались невидимыми. Двое из бедуинов крепко держали за руки стройную женщину, рот которой был плотно заткнут матерчатым кляпом. Ее подтащили ко входу в гробницы и грубо швырнули на землю.

В перегороженной защитной стеной расселине, где находились четверо товарищей Дока вместе с маленьким отрядом Рэйнона Картериса, услышали вдруг глухие удары. Они доносились с неразличимого во мраке песчаного пустыря, расположенного прямо перед входом.

- Наши черные друзья что-то затеяли, - сказал Картерис. - Не люблю стрелять наугад в темноту, но, может, небольшая порция свинца из одного из пулеметов помешает их затее, в чем бы она ни заключалась.

Трах-тах-тах-тах!

Удары умолкли, но очень скоро возобновились. Рэйнон Картерис слегка опустил ствол пулемета. Хотя ничего не было видно, направление легко было определить по звукам ударов.

Державшие женщину бедуины вколачивали глубоко в песок столбы. Когда был вбит первый столб, к нему ремнем прикрутили тонкое запястье женщины. Другой столб был расположен у ее ног.

Картерис был отличным стрелком. У него был хороший слух. Сжимая пальцы, он направлял подрагивающий от выстрелов пулемет, целясь на звук. После первой короткой очереди он разжал руки и прислушался.

Кусочки свинца пропахали песок, швырнув гравий в глаза бедуинов. С ними, был белый гангстер, рот которого искривила болезненная гримаса. Одна из пуль попала ему в лодыжку. Ударяясь в песок, пули били с перелетом и недолетом всего в нескольких дюймах от женщины.

- Эй ты, болван! - завопил белый гангстер. - Кончай эту пальбу, а не то ты пришьешь свою сестру!

Рэйнон Картерис выругался. Его руки бессильно выпустили пулемет.

- Моя сестра! Мы не предполагали, что эти изверги попытаются сделать что-нибудь подобное!

- Судя по тому, что я видел и знаю о них, - сухо заметил Хэм, - они способны выдавить глаза младенцу. Леди Фазэран была похищена вместе с Пат Сэвидж. На этот раз черные дьяволы вытащили из рукава козырного туза. Бьюсь об заклад, именно поэтому они затратили столько труда, чтобы доставить ее сюда живой.

Мучительная испарина выступила на истощенном лице Рэйнона Картериса.

- Я выйду наружу и отниму ее у них! - в отчаянья воскликнул он. - Ради всех богов! Они, может быть, схватят меня, но я уложу нескольких из них!

Престарелый Махал что-то бормотал, молясь Аллаху.

- Настало время проявить величайшую рассудительность. Все мы в руках Аллаха, - говорил он. - Наши враги надеются заставить нас сдаться. Жди.

Рэйнон Картерис выкрикнул в том направлении, откуда доносился звук забиваемых столбов:

- Будьте вы все прокляты! Мы придем с пулеметами! Мы всех вас уложим, грязные подонки!

- Сиди, где сидишь, братец, - донесся насмешливый голос бандита. - При первом же твоем движении парни с одним из шаров, что превращают все в тени, готовы пустить его в ход! Хороша идейка? Уловил мою мысль? Все, что от вас требуется, - это сохранять спокойствие и держаться за штаны, пока не наступит рассвет. А тогда вам скажут, что вы должны делать!

- Святые угодники! - завизжал Монах.

Картерис затрясся, как в припадке тропической лихорадки.

- Сэтира! Сэтира! - взывал он. - Они притащили тебя сюда?

Кляп, должно быть, на несколько секунд выпал.

- Нет! Нет! - долетел страшный крик женщины. - Не выходите! Они хотят...

Крик внезапно оборвался. Рыдающие нотки в голосе женщины не позволили Картерису определить, его ли сестра кричала.

- Что будем делать? - спросил он своих спутникoв.

- На этот вопрос следует ответить так: не следует принимать поспешных решений, - прозвучал голос мудрого Махала. - Я, однако, очень боюсь, нет ли у них какого-нибудь козыря в рукаве.

Трах-тах-тах-тах!

Последний столб был забит. Руки женщины были скручены ремнями, обвивавшими ее запястья. Ее стройные ноги несколько раз конвульсивно вздрогнули, и она замерла в неподвижности.

Картерис и помощники Дока увидели огонь двух факелов. Яркий свет озарил женщину, лежавшую на земле. На ней была одежда американки - желтое платье с серебристой отделкой.

- Это моя сестра, - простонал Картерис, пряча лицо в ладони. - И зачем только я впутался в эту безумную авантюру? Сперва Дэнтон, теперь Сэтира... Я хочу выйти.

- Мы должны дождаться рассвета, - сказал практически мыслящий Джонни. - Может быть, тогда мы сможем придумать что-нибудь.

- Проклятье! Смотреть - вот все, что мы можем сейчас сделать! воскликнул Монах.

Ярко пылающие факелы были зажжены не только для того, чтобы осветить женщину, но и для другой цели. Подъехали и спешились четыре бедуина. Двое из них поставили на землю деревянную колыбель, расположив ее вплотную к женщине. На них были маски цвета тусклого свинца.

- Шар смерти! - воскликнул Ренни. - Я догадываюсь, чем они собираются заняться! Точно!

Лошадей увели. Четверо одетых в маски людей остались и вскоре потушили факелы.

- Святые угодники! - пропищал Монах. - Как насчет того, чтобы всем нам взяться за ружья, когда придет рассвет? Мы сможем как следует прицелиться, всех их взять на мушку и дружно дать залп!

Картерис покачал головой:

- Кроме того, что эти костюмы предохраняют от смертоносного излучения, они абсолютно непроницаемы для пуль. В нас попали несколько раз, не причинив никакого вреда.

- Я припоминаю, что сломал один из своих мечей об этот материал, сказал Хэм. - Я думаю, что это какая-то разновидность кольчуги.

Белые люди и арабы, находившиеся рядом с ними, погрузились в печальное молчание. Казалось, они ничего не могли поделать.

Джонни очень хотелось узнать что-нибудь о подземном городе этой древнейшей цивилизации. Но он воздержался от расспросов. Рэйнон Картерис был погружен в горестные размышления о судьбе своей сестры.

Незадолго до рассвета в шатре Хадиса проснулся Дюжун Кадо. Ночью толстый сириец был свидетелем казни Ранта Дэйвиса. Его маслянистое лицо осталось невозмутимым.

Несколько позже туда, где он спал, пришел Вайти Джейно в сопровождении Кассана.

Дюжун Кадо заговорил в обычной восточной манере.

- Мои глаза ничего не видели, - произнес он серьезно.

Он говорил по-арабски.

- Ана бвайх элб беду, - сказал толстяк, кое о чем напоминая своим хозяевам. - Перед лицом всех бедуинов я - "дхайф" под черными шатрами. - Я - "дакхилл" для вас и всех бедуинов.

Дюжун Кадо имел в виду, что он находится под защитой закона гостеприимства и что он неприкосновенен для всех. Будучи посланцем Синдиката Семи Компаний, он становился гостем бедуинов. Даже самый дикий разбойник с гор побоялся бы нарушить закон "дхайф".

На Кассана это, похоже, произвело впечатление.

- Это насилие было вынужденным, Дюжун Кадо, - сказал он. - Прежде чем наступит зной, мы хотели бы, чтобы ты отправился с нами в город Тасунан. Часа темноты нам хватит на сборы.

Кассан самолично, в сопровождении охраны, вывел сирийца из черного шатра за час до того, как солнце залило своим светом долину Тасус.

Глава XX. Выход из гробниц

Лица пяти белых были исполнены суровой решимости.

Их подбородки казались высеченными из мрамора. А костлявые физиономии шести арабов с таким же правом можно было сравнить с отлитыми из бронзы масками.

Их руки сжимали заряженные винтовки. Первые лучи солнца застали их в полной готовности. Но руки, державшие оружие, были так же беспомощны, как ;если бы их скрутили ремнями.

Стройное тело женщины лежало, вытянувшись на усыпанном гравием песке, менее чем в ста ярдах от них. Рядом с нею сидели четыре фигуры, неподвижные, как скалы. Их лица напоминали своим цветом лица мертвецов.

Вплотную к голове женщины был придвинут похожий на колыбель ящик.

Вот и все. Четверо бедуинов и женщина. Нет, трое бедуинов и один бандит Вайти Джейно, как вскоре обнаружили осажденные.

Один из людей в масках поднялся и, медленно ступая, двинулся вперед. Он не поднял руки в знак мирных намерений. Это было излишним. Вероятно, под маской его кривой рот растянулся в насмешливой улыбке.

Бандит знал, что пули ему не страшны. Доспехи, предохраняющие от смертоносного излучения, защищали его и от них. Тело привязанной к столбам и лежащей на песке женщины было добавочной гарантией его безопасности.

Картерис застонал.

- Как бы там ни было, моя сестра еще жива. Я вижу, как она шевелится.

Женщина слегка извивалась, вероятно, пытаясь восстановить кровообращение в своем онемевшем теле.

Встающее солнце немедленно превратилось в яростно сверкающий диск. От плотно забитого кляпа женщина задыхалась.

- О'кей, простофили, - прорычал бандит в маске, когда между ним и укреплением в проходе к гробницам осталось лишь несколько ярдов. Вылезайте и выходите наружу с поднятыми руками! Будьте паиньками, и ничего не случится, лады? Только попробуйте что-нибудь выкинуть такое, и та дамочка станет одной из картинок! Вам дается пять минут на размышления.

У Рэйнона Картериса побледнели губы. Его худое лицо посерело.

- Послушайте, - сказал он остальным. - Я выйду! Остальные пусть остаются здесь. Это моя сестра. Я не хочу, чтобы...

- А, ерунда! - прорычал Ренни. - Она могла быть моей сестрой или еще чьей-нибудь, какая разница!?

- Всякие аргументы здесь бессмысленны, - сказал Джонни. - То, что один из нас пойдет, это еще не все. Эти черные дьяволы не станут колебаться и мгновенно уничтожат леди Фазэран.

- Полагаю, все ошибаются, - раздался спокойный голос Махала, - Если мы откажемся выйти, они не уничтожат женщину, так как она является для них средством оказывать на нас давление.

- Эти действительно мудрое замечание, но я не хотел бы рисковать, поступив так, - сказал Джонни. - Кстати, Картерис, почему они не ворвались сюда раньше, имея эти маскарадные костюмы?

Картерис указал на два ящика. В них находилась примерно сотня гранат, начиненных сильной взрывчаткой.

- Вчера они один раз попробовали, - ответил он. - Костюмы из этого сплава не могут защитить от такой взрывчатки. Но сейчас мы не можем ее применить.

- Эй! - завопил гангстер. - Я жду! У вас остается две минуты!

Ренни взревел, как бык. Огромный инженер находился на верхушке скалы и держал бинокль, принадлежавший Картерису.

- Гром и молния! - проревел он. - Это не леди Фазэран! Это Пат Сэвидж. Они убьют ее, а потом притащат еще и леди Фазэран! Выходим! Я сокрушу этих дьяволов, в броне они иди не в броне!

Ренни двинулся вперед еще до того, как кончил вопить. Монах карабкался следом за ним.

- Эй, выходите все! - орал гангстер в маске. - Не пытайтесь выкинуть какой-нибудь фокус! Ведите себя, как положено, и Всеведущий дает слово, что никому не причинит вреда!

- Это несколько меняет доводы, кому следует идти, - сказал Джонни, отправляясь следом за Ренни и Монахом. - Перед нами кузина Дока. Ваша сестра, вероятно, в безопасности под шатрами.

- Этв ничего не меняет, - возразил Картерис. - Махал, мы все выходим.

- Ты изрек истину, - согласился престарелый бедуин. - На все воля Аллаха!

Картерис и его люди последовали за товарищами Дока. Ренни и Монах проигнорировали бандита в маске и побежали к женщине на песке, привязанной к столбам.

Все вышедшие из расселины, ведущей в гробницы, были без оружия. Картерис и его арабы, выходя, держали руки поднятыми вверх.

Трое бедуинов в масках, сидевшие рядом с женщиной, поднялись. Один из них держал похожий на колыбель ящик так, как будто приготовился вывалить смертоносный шар рядом с головой Пат Сэвидж.

Картерис шел впереди своих арабов. Туземцы отстали из-за слабости престарелого Махала. Внезапно со скал окружающих холмов донесся звонкий крик. Появилась высокая фигура Хадиса. Его украшенный самоцветами ятаган сверкнул в лучах утреннего солнца.

- Зишахам бисм эр Расуль! - прокатился по холмам его клич.

Другой крик раздался на арабском языке. Он означал: "Убивайте собак-неверных!"

Дюжина ружей среди скал изрыгнула пламя и дым.

Престарелый верный Махал свалился первым. В своем последнем крике он воззвал к Аллаху. Остальные как бы запнулись на бегу.

Упал один, затем второй. Их белые одеяния окрасились кровью.

Ни одна пуля не коснулась белых людей.

Рэйнон Картерис повернулся, бессильно сжимая кулаки над головой.

- Будьте вы все прокляты! - завопил он в припадке временного помешательства. - Убейте меня тоже! Слышите? Стреляйте! Ну, почему же вы не стреляете?!

Монах завизжал от ярости. Ренни осыпал проклятиями кровожадных бедуинов, которыми командовал Хадис. Какую-то минуту все ожидали, что вот-вот будут расстреляны.

- Вот и все! - прорычал гангстер в маске. - Я знал, что эти парни придут! Мистер Всезнайка не нуждается в черных, их тут и так полным-полно. Теперь все пойдет, как надо!

Ренни и Монах поспешили вперед. Каждый из них обладал огромной физической силой, поэтому они легко вывернули из песка столбы, к которым была прикручена Пат Сэвидж. Бедуины Хадиса сбежали с холма. Хадис выкрикивал команды.

Ренни вырвал кляп изо рта Пат. Ее отчаянно дерзкие золотистые глаза, похожие на глаза Дока Сэвиджа, попытались улыбнуться ему. Но губы Пат дрожали. Не в первый раз она была на краю гибели.

Но остаться на песке пустыни вечной тенью - такая возможность болезненно подействовала и на ее нервы.

Арабы Хадиса окружили белых людей, направив на них стволы ружей. Когда Пат, поддерживаемая Ренни и обезьяноподобным Монахом, поднялась на ноги, никто не оказывал никакого сопротивления. Ремнями из верблюжьей кожи им скрутили за спинами руки.

Хадис отрывисто отдал какой-то приказ. Маленькая процессия двинулась назад к гробницам. Пат Сэвидж повели вместе со всеми.

Бедуины задержались, чтобы собрать ружья и пулеметы, после чего передали их другим, которые только что подошли. Затем пленников повели вниз по длинной, круто спускающейся каменной лестнице.

Среди каменистых холмов стоял холодный леденящий запах смерти.

Пока они шли, Джонни в последний раз быстро огляделся, пытаясь определить, где они находятся. Геолог отметил, что они спускались вниз по линии, идущей вдоль ряда специально высаженных финиковых пальм.

Хадис о чем-то оживленно переговаривался со своими людьми. Они ликовали. Подземный проход был очищен для штурма Тасунана.

Немой черный невольник Дюжуна Кадо, как тень, повсюду сопровождал своего господина. Его острые, непроницаемо черные глаза не пропускали, казалось, ничего.

Именно он остановил всех после того, как они прошли под землей милю или больше.

В спуске под землю их сопровождали Вайти Джейно и Кассан с охраной из дюжины бедуинов. После того как он увидел своими собственными глазами город Тасунан, сириец, представитель Синдиката Семи Компаний, должен был осмотреть сокровище. То самое сокровище, за которое, как он заявил, Синдикат Семи Компаний готов был при определенных условиях заплатить сто миллионов, чтобы иметь долю в одну его треть.

По своему обыкновению, Дюжун Кадо говорил рассудительно, тщательно взвешивая слова:

- Мы провели испытание маленького образца этого неизвестного пока науке химического элемента, который нам удалось получить. Хотя его там было не более двух граммов, мощность его была достаточной, чтобы активность радия показалась ничтожной. А в вашем сообщении говорится, что в настоящее время в наличии имеется более пятисот фунтов.

- Возможно, его там больше, а может, и немного меньше, - ответил Кассан. - Эти древние тасунанцы, как мы их называем, растратили некоторую его часть. Вероятно, многие из этой расы остались в живых после того, как их город был погребен землетрясением и частично превратился в подземную цивилизацию. Они тогда использовали это вещество для защиты от врагов.

- И каким образом это могло делаться? - спросил сириец, потирая от удовольствия руки.

- Стены этого прохода, например, способны излучать "теневую смерть", как только этого пожелает кто-нибудь, кто знает, как привести эту силу в действие, - сказал Кассан. - Вот и сейчас, мы можем перестать существовать, если в центральном зале, куда мы направляемся, определенный рычаг будет установлен в нужное положение.

- Это действительно очень интересно, - протянул сириец. - А в центральном зале сейчас кто-нибудь есть?

Благодушная самодовольная улыбка появилась на губах круглолицего Вайти Джейно. Как обычно, его челюсти похрустывали воздушной кукурузой. В промежутке между двумя движениями челюстей он произносил слова.

- Даже сейчас рычаги "теневой смерти" находятся в полной готовности, медленно сказал он. - Но наш достойный гость может ничего не опасаться. Такое происходит только в древнем зале смерти тасунанцев. Это место, где они казнили. Целые поколения теней покрывают его стены. И мы тоже вынуждены иногда расправляться со своими врагами.

Толстый сириец снова удовлетворенно потер руки.

Видимо, у него была кровожадная душа настоящего азиата. Но тут же он заговорил о других вещах.

- Здесь есть множество проходов на разных уровнях, - сказал он. - Для чего они, если это не секрет?

- Нет, черт побери! - улыбнулся Вайти Джейно, на минуту перейдя на откровенно американский язык.

Потом он стал объяснять более подробно по-арабски: - Мы находимся в проходе "теневой смерти", а в конце его расположены зал казней, хранилище и место, откуда управляют "теневой смертью", защищающей стены. Туннель, мимо которого мы прошли, ведет вниз.

В ста футах под нами есть еще один, который проходит под садами. Он выходит на центральную площадь города Тасунан. Есть еще много других проходов. Некоторые из них достигают сохранившихся строений древнего города.

Факелы бедуинов освещали им путь. Мерцающим желтым светом они озаряли стены из покрытых резьбой камней. То тут, то там появлялись деревянные двери.

Вайти Джейно толкнул одну из них.

Аромат ладана и мирры распространился в воздухе.

Внутрь просунули факел. Длинные ряды резных гробов, предназначенных для укладывания в них мумий, занимали полки, вытянувшиеся вдоль стен. Кедровой древесине, из которой они были сделаны, насчитывалось, вероятно, несколько тысяч лет.

Немой раб Дюжуна Кадо попятился. Его очевидная немота не мешала ему быть суеверным. Он вдруг прижался к боку своего хозяина. Странное кудахтанье вырвалось из его искривленных губ.

- Эти погребальные ящики гораздо древнее и более замысловато украшены, чем самые ранние из древнеегипетских, - прокомментировал увиденное Дюжун Кадо. - Давайте не будем терять время и осмотрим зал, где находится сокровище. Мы уже немного узнали об этом древнем элементе, но этого мало.

- Синдикат Семи Компаний весьма мудр, - согласился Кассан. - Если не ошибаюсь, вы проводили испытания.

- Да, - признался Дюжун Кадо. - В результате нам стало известно, что крошечные частички самого мощного радиоактивного вещества оставляют теневые отпечатки на фоточувствительных пластинках. Подобное явление было когда-то обнаружено при помощи радия. Ваш элемент, который мы можем назвать тасунитом, в сравнении с ним более активен.

Кассан кивнул в знак согласия.

- Своими скромными силами мы провели опыты, - заявил Дюжун Кадр. Этот тасунит имеет гораздо меньше примесей, чем радий, получаемый из урановой смолки или уранита. Несомненно, он мгновенно разрушает ткани растительного и животного происхождения и оставляет на чувствительной к его лучам поверхности земли или близлежащих объектах отпечатки разрушенных предметов. Эти поверхности играют роль фотографических пластинок. Ходит много слухов об этой сказочной силе. Синдикат Семи Компаний определил стоимость тасунита гораздо выше стоимости радия, которого во всем мире меньше, чем шесть фунтов.

Проницательные черные глаза Кассана изучали толстого сирийца. Вайти Джейно хрустел своей воздушной кукурузой. Кое-что из сказанного было, вероятно, выше его примитивного понимания.

Они стояли у поворота древнего туннеля. Толстый сириец осматривал кладку каменных стен. Его пухлые руки поглаживали какую-то трещину, уходящую вдаль и покрытую сочащейся сквозь нее влагой. Дюжун Кадо исподтишка изучал ее. Вероятно, они сейчас находились прямо под туннелем, ведущим под землей к осажденному городу Тасунану.

Глава XXI. Погребенное сияние смерти

Дюжун Кадо остановился перед низенькой деревянной дверью, на которую указал Вайти Джейно. Она была проделана в одной из стен туннеля. Вайти подбросил в воздух зернышко воздушной кукурузы. Свет факела мигнул, и он промахнулся, пытаясь поймать его. Забросив следующее прямо в рот, он захрустел им.

- Мы пройдем к помещению, где хранится тасунит, - сказал Вайти. - Если представитель Синдиката Семи Компаний будет удовлетворен, после этого он удостоится аудиенции у Всеведущего.

Толстый сириец сделал вид, что не услышал Вайти.

Казалось, он решил на минутку отдохнуть. Бедуины со своими факелами сбились в тесную группку невдалеке.

Одним ухом Дюжун Кадо прижался к деревянной двери. Никто из остальных не мог слышать ничего, крое благодушного голоса Вайти Джейно и тихого бормотания разговаривающих между собой бедуинов.

Совершенно непонятно откуда донеслась странная, напоминающая вибрирующий свист трель, отдавшаяся эхом по затхлому подземелью. Эхо дрожало затухающими звуками, создавая гармоничную, но еще не музыкальную мелодию. Она могла быть вызвана просачиванием воздуха из какого-нибудь погребального склепа. Среди бедуинов немедленно возникло замешательство. Эти арабы были суеверной серой массой. Жуткий звук был необъясним.

Смертоносное свечение они теперь знали, оно было для них понятным. Но это... Бедуины начали перешептываться. Пламя факелов померкло. Тени сгустились.

Впервые безмятежная физиономия Вайти Джейно потеряла свое благодушное выражение. Его челюсти перестали хрустеть воздушной кукурузой: - Док Сэвидж! Баллах! Баллах!

Вайти и Кассан вдвоем быстро обернулись и двинулись к толстому сирийцу. Его жирная, вызывающая омерзение физиономия осталась невозмутимой.

Широкий рукав сирийца взметнулся. Огромный кулак взлетел вверх с быстротой жалящей змеи. Ближе всех находился Кассан. Его легкое тело поднялось в воздух и шмякнулось о стену, перелетев через весь проход.

Вайти Джейно на какое-то мгновение растерялся.

Он повернулся со всей скоростью, на какую только был способен.

- Вы... - вот и все, что успел он произнести.

Огромный кулак Дюжуна Кадо ударил снова. Скорость удара была подобна вспышке молнии. Костяшки кулака погрузились в живот Вайти Джейно. Из его раскрывшегося рта изверглась вместе с воздухом непережеванная кукуруза. Он рухнул рядом с Кассаном.

- Баллах! Баллах! - прокатился по древнему подземелью крик бедуинов.

Они мало что поняли в происшедшем. Одно только они видели ясно: толстый сириец не был больше "дакхилл". Будучи неприкосновенным гостем, он напал на своих хозяев. Факелы разгорелись, бедуины ринулись на Дюжуна Кадо.

- Открой дверь, Длинный Том, - прозвучал спокойный голос толстого сирийца.

- О'кей, Док, - ответил чернокожий невольник, выхватывая из рукава своего гумбаза остроконечный инструмент, оказавшийся газовым резаком, снабженным коробочкой газогенератора.

Док Сэвидж сбросил аббу, которую он носил, будучи одет; как сириец. Одежда стесняла его движения. Фигура Человека из бронзы была гигантской. Казалось, она заполнила собой весь проход. Бедуины колебались всего лишь несколько секунд.

- Бисмилля аль Рахман! - завопили они.

Это воззвание к имени Аллаха наполнило их души отвагой. Затрещали ружья. Звуки выстрелов, отраженные стенами туннеля, били по барабанным перепонкам. Стрелки были уверены, что не могут промахнуться, не попасть в Дока Сэвиджа.

Но вместо того чтобы свалиться на пол, он двигался вперед, на бедуинов. Они в недоумении прекратили стрельбу. Сверкнули длинные кинжалы. Один из них со свистом пролетел перед самыми глазами Дока. Не отклони он с невероятной быстротой голову, лезвие чиркнуло бы его по лбу.

Руки Дока сделали резкое движение.

- Не дыши, Длинный Том, - посоветовал он. - Задержи дыхание дольше обычного, здесь мало воздуха.

Передние бедуины споткнулись на бегу. Их кинжалы звякнули о каменный пол. Все, кроме одного огромного араба, свалились на колени, оказавшись в позах, смахивающих на молитвенную. Но они теперь не взывали к благословенному Аллаху. Они погрузились в сон.

Лищь один из бедуинов продолжал двигаться. Он понимал по-английски и задержал дыхание. Маленькие стеклянные капсулы со звоном разбились на полу, сделанном из каменных плит. Туннель был наполнен усыпляющим газом, созданным Монахом по заданию Дока.

Док не двигался до тех пор, пока бедуин не прыгнул и не нанес удар своим кинжалом. Бронзовый; человек позволил клинку коснуться его груди.

- Ай-й-й-я! - завопил бедуин.

Его оружие чуть не сломалось. Это было похоже на то, как если бы он пытался вонзить сталь в камень. Пулезащитная рубашка остановила кинжал, заставив его вылететь из руки.

Закричав, бедуин невольно сделал вдох. Он потерял сознание, не успев закончить азиатское проклятие.

Док резко повернулся. Пламенем газовой горелки Длинный Том вырезал засов на двери "зала смерти".

Мускулистые руки Дока потянули за один его конец.

Засов развалился на две части, дверь распахнулась.

Длинный Том повел лучом своего фонарика-динамки.

С пола доносились стоны и кряхтение. Это были те самые стоны, которые Док услыхал сквозь деревянную дверь, когда отряд остановился по другую ее сторону, проходя по туннелю. Хотя это и были совсем слабые звуки, невероятно острый слух Дока уловил их.

Док протянул Длинному Тому отточенный кинжал.

Сквозь стену донесся звук дерева, скребущего по камню.

- Быстрее, Длинный Том! - воскликнул Док.

Их ножи рассекли ремни из верблюжьей кожи.

Пат Сэвидж первая поднялась на ноги и вырвала кляп из своего рта.

- Я знала все это время, что ничего плохого не может случиться, выдохнула она.

- Случится, если мы не выберемся наружу, - заметил Док, разрезая ремни на руках Ренни. - Выходите отсюда и бегите вдоль туннеля.

Скрип дерева по камню продолжался, сопровождаемый отрывистым шумом, как если бы смертоносный механизм, так долго бездействовавший, заедало. Они находились в качестве пленников в комнате, где можно было казнить "теневой смертью".

- Уй-и-и! - завизжал Монах. - Дайте только мне добраться до этих черных дьяволов, которые заставили меня дрожать за свою шкуру!

- Не разговаривайте, - посоветовал Док. - Бегите!

Монах выскочил в дверь. Не прошло и десяти секунд, как все выбежали в проход. Док приник к двери "зала смерти". Он догадался, что сразу же за нею было помещение, откуда управляли "теневой смертью" - свечением, превращавшим все живое в неподвижные отпечатки.

На одной из стен уже сверкала тонкая, как паутинка, полоска зеленоватого света. Между большим и указательным пальцами. Док держал катышек, не больше тех мраморных или стеклянных шариков, которыми играют дети. Ногтем большого пальца он нажал рычажок на шарике и забросил катышек в глубину "зала смерти", прямо к противоположной стене. Катышек содержал сильное взрывчатое вещество, мощность которого была доведена Доком до ужасающих размеров.

Захлопнув дверь, бронзовый великан бросился прочь, за своими товарищами. Все удалились уже на много ярдов, когда подземный ход потряс ужасный взрыв.

Позади них дверь "зала смерти" сорвалась с петель и ударилась о противоположную стену.

Скалы дробились и с грохотом рушились. Повсюду разлилось зеленоватое свечение, но оно, казалось, распадалось на исчезающие малые точки света. Воздух был насыщен электричеством.

- Бегите, держась правой стороны туннеля! - крикнул своим друзьям Док.

Еще прежде, чем рассыпающиеся стены перестали падать, Человек из бронзы вернулся назад, к двери "зала смерти". Он увидел бедуинов, спящих на полу.

Вайти Джейно и Кассан чудом спаслись из-под рушащихся стен. Пещера "зала смерти" была завалена обломками обвалившихся скал. Приспособления, при помощи которых управляли смертоносным свечением, были полностью погребены под ними.

Проход, ведущий к складу запасов тасунита, тоже отрезало беспорядочно обрушившейся массой камней.

- Мы на время лишили Хадиса и человека, которого они называют Всеведущим, их величайшей силы, - сказал Док Сэвидж, присоединяясь к своим товарищам, которые добрались до поворота подземного прохода.

- Что нам теперь делать, Док? - спросила Пат, пытаясь стереть грязь со своего лица.

- Пр-р-р-оклятие! - пропищал Монах. - Что-то должно измениться! Еще с тех пор, как они выставили в витрине тот женский портрет, произошло много такого, что и в голове не укладывается!

После того как Рэйнону Картерису удалось спастись, настроение его несколько улучшилось. Убийство верного старого Махала и уничтожение остатков его экспедиционного отряда лишили было его всякого интереса к жизни.

- Я хотел бы думать... Да, я надеюсь, что Дэнтону, возможно, удалось каким-то образом спастись и остаться в живых, - грустно сказал он. - Но если он был еще жив, то оказался в зоне действия этого взрыва.

Перед ними неясно вырисовывался черный вход в боковой туннель. Луч фонарика Длинного Тома осветил этот покатый спуск куда-то вниз.

- Вероятно, это коридор, ведущий под город Тасунан! - воскликнул Джонни.

- Похоже на то, - согласился Док. - И это, очевидно, единственная наша возможность спастись от бедуинов Хадиса.

В темноте туннеля глухо отдавались шага. Длинный Том выключил свой фонарик. Док открыл какую-то дверь. В ноздри им ударил острый запах тления.

Какая-то похожая на мертвеца фигура вошла в нижний проход. Человек этот был один. Он в нерешительности остановился.

Док стоял в дверях. Из его руки вырвался тонкий, как карандаш, луч света. Он упал на лицо, покрытое спутанной бородой и ужасно истощенное.

- Дэнтон! Дэнтон! - хрипло завопил Рэйнон Картерис.

Младший брат сжал в объятиях этот истощенный скелет в остатках омерзительных лохмотьев. Видение что-то бормотало. Зубы его стучали, пальцы впились в плечи брата.

Слезы пробороздили грязь на щеках Дэнтона Картериса.

- Месяцы провел я здесь... Месяцы, вы слышите? Запечатан... Запечатан в гробнице... Землетрясение только что разрушило ее стены... Вы пришли... Все, все в порядке... Тени... Это тени!

Бормотание перешло в крик. Проведший долгое время в заточении путешественник потерял сознание.

Казалось, он освободился из своей гробницы лишь для того, чтобы умереть на руках брата.

Но большой врачебный опыт Дока Сэвиджа спас его. Бронзовый гигант был, вероятно, величайшим в мире хирургом и врачом. Он быстро вытащил из-под своей одежды ампулы первой помощи.

Комбинированный стимулятор, более сильный, чем тот, что применяют в больницах, влился в вены путешественника. Быстрая судорога пробежала по его истощенному телу. Потом Дэнтон Картерис начал дышать более ритмично и спокойно. Вскоре он оказался в состоянии подняться на ноги.

В склеп, где находились огромные погребальные ящики мумий, вело множество проходов. Монах стащил крышку, закрывавшую похожий на ладью древний гроб, и тут же быстро положил ее на место.

- Взгляд на этого парня заставил меня почувствовать себя так, будто я сам умер давным-давно и меня забыли похоронить, - сказал Монах с благоговейным ужасом в голосе.

- Ага, - протянул Хэм. - И это было, конечно, ошибкой.

- Будьте вы прокляты! - провизжал Монах. - Через минуту вас уложат в полдюжины таких вот гробов, ибо вы будете разорваны на куски!

Док Сэвидж замер, превратившись в статую у двери, ведущей в проход. Его необычайно развитый слух позволял ему отчетливо различать то, что другим казалось только щепотом. Он предостерегающе поднял руку. Все замерли в напряжении. Потом и они услышали это. Шаги звучали так, как будто маршировала босоногая армия. Донесся голос нубийца Хадиса. Товарищи Дока и Дэнтон Картерис прекрасно все понимали по-арабски.

- Ты нас предал, Джейно! - прозвучало обвинение Хадиса. - Где этот Дюжун Кадо? Ты засыпал сокровище, чтобы скрыть его от нас. Зал управления разрушен!

Вайти Джейно сохранял спокойствие. Явственно доносился хруст воздушной кукурузы, перемалываемой его челюстями. Голос его был благожелателен и невозмутим.

- Не делай больше ошибок, Хадис, - мягко сказал он. - Вы промахнулись, пытаясь уничтожить этого Дока Сэвиджа, теперь он...

Приглушенный голос прервал его. Узнать говорившего по голосу не смог никто из находившихся в склепе пленников, за исключением Дока Сэвиджа. Чуть заметная улыбка промелькнула в уголках губ Бронзового человека.

Это выглядело до нелепого смешно, поскольку на нем все еще была маска, изображавшая лицо толстого, с маслянистой кожей, сирийца.

Приглушенный голос произнес: - Вы не сможете уйти с этим, Джейно. Я все время знал, что вы собираетесь захватить сокровище. Наш договор расторгнут. Теперь я оставляю вас Хадису. Я разрешаю тебе сделать это, Хадис!

Впервые голос Вайти Джейно потерял свои благодушные интонации.

- Нет! Вы не понимаете, что говорите! Я расскажу вам, какой трюк мы должны сделать! Хотите меня выслушать?

- Нам не о чем больше говорить, - снова прозвучал приглушенный голос. - Всеведущий теперь видит и понимает. Всеведущий уже сказал свое слово! Это решено!

- Нет! Нет! Всеведущий не будет... не может... Нет! Хадис! Аллах милосердный! Нет!

Витай поблизости душа Ранта Дэйвиса, ее мучения были бы удовлетворены этим сдавленным воплем. Отрубленная голова гангстера должна была бы хохотать в дьявольском ликовании.

Вайти Джейно больше не говорил. До ушей Дока донеслось свистящее "вж-ж-ж-ик" украшенного самоцветами ятагана Хадиса. Прозвучали два глухих удара.

Более слабый издала, вероятно, ударившаяся о пол туннеля голова. Тело Вайти Джейно свалилось вслед за его головой.

- Все сделано так, - произнес приглушенный голос, - как пожелал Всеведущий. Сейчас вы отправитесь на поиски Дока Сэвиджа и тех, кто с ним. Временно мы не можем пользоваться смертоносным свечением, но этот Бронзовый человек и остальные должны быть уничтожены как можно скорее.

- Будет так, как пожелал Всеведущий, - донесся голос Хадиса.

Босоногая армия удалилась, шумно шаркая ногами.

Никто не приблизился к двери, ведущей в склеп мумий. Это обстоятельство вызвало у Дока предчувствие чего-то плохого. Почему они не попытались войти в эту дверь?

Человек из бронзы скрыл свое суеверное предчувствие.

- Вайти Джейно убрали, - сказал он. - Я полагаю, что так было задумано с самого начала, еще до того, как он покинул Нью-Йорк. Хадис-нубиец будет следующим, когда этот Всеведущий решит, что с ним пора кончать.

- Гром и молния! - прорычал Ренни. - Двоимая ловушка! Джейно подстраивает уничтожение собственных гангстеров. А этот Всеведущий планирует уничтожение его самого и этого дьявола-нубийца!

- Он из тех, кто никогда не может насытиться властью и кровью, заметил Бронзовый человек.

Док быстро обошел склеп по кругу скользящими шагами. Он насчитал дюжину проходов, заполненных вместительными погребальными ящиками мумий. Откуда-то доносилось шуршание обутых в мягкое ног. Оно вызывало сбивавшее с направления многочисленное эхо.

Остальные вообще ничего не слышали.

- Все спрячьтесь! - приказал Док. - В пустые погребальные ящики для мумий. Да побыстрее!

- Святые угодники! - жалобно воскликнул Монах. - Неужели мне нужно будет лезть в один из этих гробов?

- А что здесь страшного? - прошипел Хэм. - Гробу без разницы! Все там будем!

Обостренный слух Дока и ощущение острой опасности говорили ему, что они окружены. Остальные производили ужасный грохот, стаскивая крышки с погребальных ящиков мумий. Док отдал быстрый приказ, и Длинный Том выключил свой фонарик. Все до одного двигались в темноте на ощупь.

- Ох! - шепнула Пат Сэвидж.

Джонни по-своему понял восклицание Пат и тихим голосом так объяснил его причину:

- Пустяки, Пат! Не бери дурного в голову. Высохшие останки доисторической цивилизации, пробудившие у тебя чувство отвращения, безнадежно безжизненны, беспробудно мертвы.

Джонни был явно не в своей тарелке, иначе он никогда бы не употребил в одной фразе такие слова, как "пробудившие" и "беспробудно".

Ответа от Пат Сэвидж не последовало. Она вскрикнула вовсе не потому, что, как предположил Джонни, прикоснулась к давным-давно мертвому лицу. Худая рука появилась из мрака, окружавшего Пат, и зажала ей рот. Большой палец нашел нервный узел у основания ее черепа.

Прекрасная кузина Дока была поднята в один из проходов склепа. На какое-то время она оказалась парализована.

Пат снова похитили. Казалось, это становилось для нее привычным.

Остальные не сразу заметили это. Док, отпрыгнув в сторону, притаился за погребальным ящиком мумии.

Его маневр был вызван ощущением того, что кто-то скрытно подкрадывается со всех сторон к их маленькому отряду.

Пространство склепа, в котором хранились мумии, озарилось светом. Он был вызван дюжиной пропитанных маслом факелов, кольцом окруживших их.

В то же мгновение раздался приглушенный голос, который Док уже слыхал во внешнем туннеле.

- Не двигайтесь, не то вы все сразу же умрете? На этот раз вам не убежать!

Док узнал этот голос. Только он один. Остальным он показался незнакомым. Но Док задолго до этого знал, что обладатель приглушенного сейчас голоса возьмет на себя командование, хотя бы частично. Никому не посчастливилось спрятаться в пустые погребальные ящики мумий. Ошеломленный Ренни разразился потоком брани.

Огромный инженер был схвачен в тот момент, когда вынимал высохшую мумию из древнего гроба. Он собирался попытаться втиснуть свое гигантское тело в освободившееся пространство.

Док оставался незамеченным только в течение нескольких секунд. Пламя факела сверкнуло на стволе ружья. Изо всех проходов высунулись дула ружей. В погребальный склеп вело несколько дверей, кроме той, в которую вошли Док и его приятели.

- Да я сейчас вобью эти ружья в их черные глотки! - завопил Монах. Я...

- Делай, что приказано, - раздался спокойный голос Дока. - Всеведущий в данном случае говорит правду.

- В данном случае! Уничтожив доступ к смертоносному свечению, вы тем самым выбрали свою казнь - вас утопят в реке!

Пренебречь ружьями Док не мог. Он сам, вступив в схватку, еще имел бы кое-какие шансы на успех, но ни у кого из его товарищей не было ни оружия, ни пулезащитной рубашки.

Пальцы Человека из бронзы коснулись одной из гранат, наполненных взрывчатым веществом огромной разрушительной силы. Он не пустил их в ход. Мощный взрыв мог бы только обрушить на них скалы. Вздохнув, Док покинул укрытие. Использовать усыпляющие капсулы было невозможно, так как бедуины широко рассредоточились. Десятки их виднелись в проходах и повсюду.

Ренни протестующе ревел. Монах сыпал дикими ругательствами, его длинные руки подергивались. Но все они были быстро окружены. Высокий Хадис, сверкая ятаганом, отдавал приказы.

У Дока и Длинного Тома тут же отняли все оружие и приспособления. С головы Дока стащили парик, при помощи которого он был замаскирован под наполовину облысевшего сирийца. В свете факелов его гладкие волосы бронзового оттенка блестели, освободившись от парика. Выпали и линзы, изменившие цвет глаз Дока.

Всем связали руки ремнями из верблюжьей кожи.

Черная физиономия Хадиса исказилась оскалом торжествующей ненависти. Теперь уж Док Сэвидж не сможет больше убежать от воли Аллаха, так полагал гигант-нубиец.

Пленников втолкнули в идущий наружу туннель.

Монах и Хэм замыкали шествие. Хэм заговорил на языке древних майя, обращаясь к Доку.

- Пат нет с нами, - таково было сообщение Хэма. - Может быть, она спряталась в одном из погребальных ящиков мумий?

- Ей не удалось скрыться, - прозвучал неожиданный ответ Дока. - Ее увели.

Разукрашенный ятаган Хадиса угрожающе просвистел над головой Хэма. Хотя юрист и был потрясен словами Дока, он счел более благоразумным не отвечать ему.

Стрелки-бедуины теснились в коридоре, толпой двиг гаясь за своими пленниками. Странная процессия направилась в новый туннель. Он поднимался наклонно вверх. На них повеяло сыростью, как если бы легкий ветерок дул над водой.

За восьмеркой пленных - Доком, его помощниками и братьями Картерисами - шли бедуины, несшие странную ношу. Она не была тяжела, но неудобной формы.

Кедр - самая легкая порода дерева. Погребальные ящики мумий были сделаны из древесины кедра.

Арабы несли восемь объемистых погребальных ящиков для мумий. Туннель изогнулся еще более круто вверх и наконец перешел в высеченную в скале каменную лестницу. Донесся плеск текущей воды.

Приглушенный голос позади бедуинов произнес: - Положите всех их в древние гробы!

Множество рук схватило Дока и остальных пленников.

Глава XXII. "Флотилия" смерти

Док Сэвидж трудился над ремнями из верблюжьей кожи, которыми были скручены за спиной его руки.

Маскировка под толстого сирийца способствовала ему.

Пласты какого-то вещества, похожего на человеческое тело, сползали с его рук и запястий. Ременные петли ослабли.

- Проклятье! - послышался где-то рядом голос Монаха. - Они запихнули нас в гробы прежде, чем мы умерли, и даже не потрудились закопать нас!

Для Хэма представилась прекрасная возможность сказать какую-нибудь колкость, но юрист проигнорировал ее. Его собственные мысли были далеко не радостными.

Окружающий мрак оставался настолько непроницаемым, что, казалось, душил его.

- Док, - донесся удрученный голос Ренни, - у тебя есть хоть малейшее представление, куда мы направляемся?

Кисти рук Бронзового человека были свободны.

- Поживем - увидим, - ответил он. - Мы быстро проплыли уже гораздо больше мили. И будем плыть до тех пор, пока подземная река остается заключенной в нечто вроде акведука. Потом она, должно быть, теряется в песках.

- Будь она проклята, я знал это! - простонал Монах. - Что будет с нами, когда она уйдет в песок?

Никто из остальных семерых ничего не ответил. Док сгибая и разгибал занемевшие руки. Хотя он и мог перегнать лучшего пловца, было совершенно очевидно, что никто не в состоянии преодолеть путь длиной в милю против стремительного течения подземной реки.

И даже если бы он и попытался сделать это, семеро остальных могли бы только продолжать свое страшное путешествие к смерти, ожидая неизбежного конца. Док начал анализировать ситуацию, в которой они находились.

"Флотилия" погребальных ящиков для мумий плыла, покачиваясь, на стремительно несущейся воде. Каждый ящик нес одного человека. Кедровая древесина древних гробов была легкой. Они будут плыть до тех пор, пока не окончится водное пространство.

Но как далеко оно простирается? Каждое мгновение экипаж "флотилии" ожидал, что их "ладьи смерти" ударятся о какое-нибудь препятствие, оказавшееся у них на пути. Все, включая Дока, были уверены, что река засосет древние гробы в какой-нибудь туннель, лишенный воздуха.

У Человека из бронзы тоже отняли его пуленепроницаемую рубашку. Но он не терял надежды. Если бы он был один, то мог бы попытаться с боем пробиться назад. Но сейчас он не в состоянии был предоставить остальных их судьбе. Осторожно маневрируя, Док поочередно добрался до каждого гроба и освободил от уз своих товарищей.

Внезапно их обдало прохладой. Погребальные ящики по-прежнему плыли тесной группой. Все они почти одновременно коснулись низкой кровли подземного акведука. Каменный ход круто уходил вниз. Снова погребальные ящики ударились о кровлю. Рука Хэма поднялась и коснулась поверхности, отшлифованной потоком воды.

- Монах, - позвал он. - Я понимаю, что ты не можешь, вероятно, ничем исправить свою внешность. Я не держу на тебя зла за все те глупости, что ты мне наговорил.

- Пустяки, - проворчал Монах. - Я тоже догадываюсь, что ты не. в состоянии противиться желанию все время наряжаться, как на пасхальной прогулке по Парк-авеню. Думаю, что имей я твою фигуру, я тоже носил бы такие костюмы.

Эти небольшие взаимные реверансы двух "кровных врагов по словесной дуэли" показывали, что они не питают оптимистических надежд на будущее. Невзирая на оскорбления, которыми они обменивались во время своих словесных поединков, каждый из них был о другом самого высокого мнения.

Док Сэвидж ничего не говорил. Кончиком пальца он касался кровли акведука. Она становилась все ниже и ниже. Углы погребальных ящиков то и дело касались ее. Вскоре их засосет еще дальше, и они постепенно вынуждены будут погружаться все глубже и глубже.

Вода просочится сквозь щели и зальет людей.

- Я должен кое-что сказать вам, прежде чем будет слишком поздно, донесся слабый голос Дэнтона Картериса. - Все это время я знал, что Всеведущий - это...

Он не договорил. Рот путешественника залила проникшая внутрь гроба вода. Ренни задыхался, его огромное тело дергалось так, что казалось, он вот-вот разнесет "ладью смерти" на куски.

Ящик, в котором находился Док Сэвидж, плыл впереди остальных.

Человек из бронзы внезапно заметил, что скорость течения начала уменьшаться. Его руки сжимали края деревянного ящика. Скала обдирала ему пальцы. Он прикинул: они проплыли, должно быть, уже по меньшей мере две мили по подземному туннелю. Назад пути не было, даже если бы и представился благоприятный случай.

Подземный поток приближался к своему конечному пункту. Это могло быть . какое-нибудь достаточно обширное водное пространство, затерянное среди скал и песка пустыни. Или...

- Святые угодники! - завизжал Монах. - Мы выплываем отсюда!

Восемь погребальных ящиков для мумий все еще были на плаву. Пленникам показалось, что они выплыли в широкий подземный пруд. Погребальные ящики двигались медленно, как бы подхваченные огромным водоворотом.

Вода вытекала сквозь небольшое отверстие среди скал. Человек из бронзы поспешно направил свой погребальный ящик вперед. Он подплыл к другому отверстию шириной всего в несколько дюймов.

- Кажется, мы приплыли! - сказал Док, и его голос мрачно повторило эхо.

- Силы небесные! - заревел Ренни. - Вы считаете, что мы не утонем? А если мы попали в западню?

Док описал полный круг по месту их заключения.

Подземный пруд имел, вероятно, ярдов двести в поперечнике.

-Проклятье! - выругался Монах. - Лучше бы мы утонули!

- Вечные жалобы, - проворчал Хэм. - Ничем не угодишь этому обезьяньему отродью.

Дуэль началась снова, так как временно они избежали гибели.

Вдруг каменный свод как-то странно задрожал. По поверхности медленно кружащегося водоворота, ставшего для них смертельной западней, пробежала легкая рябь.

- А теперь еще вдобавок землетрясение, - простонал Ренни.

- Нет, - сказал Док. - Начался штурм Тасунана. Это был подземный взрыв. Он прозвучал почти прямо под нами,

Какую-то секунду приглушенный удар отдавался эхом по подземному своду.

- Док, как ты думаешь, это - искусственный акведук? - спросил Джонни.

Он не получил ответа. Пустой погребальный ящик ударился о его собственный. Это был ящик, в котором только что находился Док.

Док Сэвидж плыл под водой. В полной темноте он сохранил почти сверхъестественную способность чувствовать направление, в котором двигалась их "флотилия", вплывая в широкий пруд. Руки Бронзового человека ощупывали шероховатые камни на его дне.

Через две минуты Док появился на поверхности.

Быстро подплыв к остальным и, освободив их руки от ремней, он торопливо заговорил:

- Вылезайте из ящиков и плывите. Толкайте ящики перед собой и следуйте за мной по голосу. Следите, чтобы Дэнтон Картерис нлыл с вами. Он не в состоянии справиться в одиночку.

- Что все это значит? - спросил Ренни.

Док ничего не ответил. Он что-то искал в своей отливающей бронзой шевелюре, которую, казалось, не могла намочить вода.

Еще один приглушенный взрыв потряс скалы. Его звук свидетельствовал о том, что взрыв произошел глубоко под землей.

Пустые погребальные ящики сбились в одном месте.

Док глубоко нырнул. Его руки скользнули по дну.

Увлекаемый медленным водоворотом, он добрался до той стороны, где наиболее сильно неслась вода впадающего в пруд потока.

Набрав полные легкие воздуха, Док снова ушел под воду. Теперь он делал нечто странное. Одно ухо его прижалось к камням на дне. В такой позе Бронзовый человек оставался в течение нескольких секунд.

Когда он вынырнул на поверхность, то спросил:

- Все тут со своими ящиками?

- Да, мы все здесь, - раздался голос Хэма. - Мы все встали на ноги. Здесь всего несколько футов глубины.

- Это хорошо, - ответил Док. - Пусть никто не опускает голову под воду. Стойте, как стоите.

Док держался на поверхности воды. Его руки потянулись к голове. Казалось, он снял с себя свой бронзовый скальп. Это был пуленепробиваемый шлем, который он часто носил.

Из четырех углублений внутри шлема Док вынул плоские металлические предметы, каждый из которых был снабжен маленьким рычажком. Док снова надел свой металлический шлем и еще раз глубоко нырнул.

Плывя против течения, Человек из бронзы углубился в поток, вливающийся в пруд. Он продвинулся вперед на несколько ярдов, а потом осторожно передвинул рычажок на одном из плоских металлических предметов и прикрепил его к выступающему из воды камню.

Течение отнесло Дока обратно в пруд.

Очутившись почти на самой середине пруда, Док быстро передвинул рычажки на оставшихся трех плоских предметах и с силой швырнул их ,в сторону впадающей реки. Потом нырнул и стремительно поплыл прочь.

Начался настоящий бедлам. Синхронные взрывы угрожали разорвать барабанные перепонки. Дока и остальных пленников подхватила огромная волна. Их отбросило к скалистой стене. Потолок подземного свода, казалось, вот-вот рухнет на противоположной от них стороне пещеры.

Следующая настигшая их волна была меньше.

Внезапно вода начала быстро убывать. Глухой рокот доносился из подземного туннеля. Через несколько минут пруд был осушен.

Док повел остальных пленников по скользким утесам, направляясь к зияющему в дне отверстию. На некотором расстоянии от него вода с шумом устремлялась вниз.

Дно древнего акведука было взорвано. На той стороне, где стоял Док со своими товарищами, дно было сухим.

Подземная река Тасунана низвергалась сквозь пробитое взрывом дно. Тонны воды обрушивались вниз, в расположенный ниже туннель.

Издалека вдруг донеслись крики множества людей, взывающих к Аллаху. Один человек кричал громче других, но не по-арабски. Туннель заполнил стремительно мчавшийся поток.

Воды подземной реки хлынули в проход, ведущий под землей к городу Тасунану. Далекие голоса смолкли.

Весь проходивший внизу туннель был заполнен водой до самого потолка. Потом часть воды отхлынула назад, в пруд. В ней плавали тела нескольких бедуинов.

- Идем! - приказал Док. - По этому пути.

Пораженные происшедшим, его товарищи следовали за ним. Дэнтон Картерис шел медленно, поддерживаемый своим братом. Взрывы мощных гранат Дока пробили брешь в одной из стен огромного свода, покрывавшего пруд.

Они оказались в проходе, на другом конце которого находился разрушенный "зал смерти". Проходя по нему в прошлый раз, Док определил месторасположение подземного акведука. Он почувствовал сырость и заметил влагу, просачивающуюся сквозь древнюю каменную кладку стены. Поразительное чувство ориентации и тонкий слух позволили ему обнаружить, что туннель к Тасунану был проложен под рекой. Вероятно, самим жителям Тасунана первым пришла в голову мысль о таком затоплении прохода для защиты от врагов.

В то время, как Док вел своих товарищей к появившемуся выходу, несколько бедуинов, оставшихся снаружи, мчались по тропе, ведущей к холмам.

Человек из бронзы шел впереди, направляясь к одному из маленьких шатров.

- Подождите здесь! - велел он остальным.

Глава XXIII. Всеведущий

Док Сэвидж лишь несколько секунд пристально вглядывался в лежавшее внутри черного шатра тело.

Он вошел и прикрыл лежавшую фигуру великолепной цветастой шалью. Голова была почти отделена от туловища.

- Проклятье! - визжал Монах. - Я возвращаюсь! Пат все еще где-то в гробницах! Может быть, они не вывели ее оттуда!

- И я с тобой, - поддержал его Ренни. - Мы должны найти ее!

Скачущие бедуины исчезли в проходе, ведущем к оазису.

- Найти Пат будет нетрудно, - улыбнулся Док Сэвидж. - Ей всегда удается выйти из положения. Кажется, и на этот раз исключения не будет.

Человек из бронзы стоял лицом к беспорядочному нагромождению скал у входа в гробницу. Среди утесов появились две фигуры. Одна из них, белокожая, отличалась стройностью.

Лицо второго человека имело темную кожу. Он был облачен в традиционный арабский наряд. Белые зубы сияли в улыбке. Грудь его пересекала многоцветная лента, свидетельство какой-то почетной награды.

- Ба, да ведь это Кассан! - воскликнул Дэнтон Картерис. - Мой дорогой друг, Кассан Тасунанский!

Монах бросился вперед. Он не расслышал слов путешественника.

- Наконец-то я добрался до него! - завопил разъяренный обезьяноподобный химик. - Я сейчас разорву тебя на мелкие куски и брошу на поживу воронью!

- Постойте, Монах! - воскликнула Пат Сэвидж. - Вы меня удивляете! Мистер Кассан в отношении меня только пошутил. Он похищал меня трижды. Не многие девушки удостаивались такой чести.

Одежда, которой снабдили Пат в пустыне, была ужасно перепачкана. Ее лицо было очень, очень грязным.

- Взгляни-ка, Док, - весело сказала она, - кого я привела с собой. Познакомьтесь, это мистер Кассам, единственный, насколько я знаю, агент ФБР, или "джимен"- так, кажется, их называют, - работающий в Тасунане.

-О, я был проинформирован об этом в свое время, - улыбнулся Док. Должен извиниться за маленькое беспокойство, причиненное вам в гробницах, мистер Кассан. Но это было необходимо сделать, чтобы произвести впечатление на Вайти Джейно и бедуинов. Им показалось бы странным, если бы я не ударил вас.

- Все это доставило мне массу удовольствия, уверяю вас, - сказал мистер Кассан на чистейшем английском. - Кстати, у вас, как это говорится, отлично поставлен удар.

- В последний раз мистер Кассан похитил меня, чтобы вырвать из рук Хадиса, - сказала Пат Сэвидж. - Но в первый раз, в Манхеттене, он вел себя как настоящий грубиян. И я рада, что ты разок стукнул его, Док.

Мистер Кассан отвесил низкий поклон.

- Похоже, что каждый раз, как у меня появляется настроение совершить похищение, очаровательная кузина Дока Сэвиджа оказывается где-то поблизости, - улыбнулся он. Затем его лицо стало суровым. - А Хадис и его белый помощник погибли в подземном туннеле, - добавил он. - Мы были совсем рядом, но выбрались через другой вход, о котором я знал.

- Здорово, я в суперсверхвосхищении! - воскликнул Джонни. - И, рассуждая логически, я предвидел, что вы должны быть не кем иным, как самим Всеведущим! Сперва я предполагал, что это Карсон Дэрналл, но он погиб вместе с дирижаблем Дока.

- Карсон Дэрналл не погиб вместе с дирижаблем, - растягивая слова, произнес Длинный Том. - Так же, как и я, он выскочил из охваченной пламенем машины на парашюте. После того как я спасся от бедуинов, Док разыскал меня. Тогда же он и задумал план, согласно которому мы с ним превратились в хозяина-сирийца и его невольника. Дэрналл приземлился недалеко от того места, где опустился и я, но Док позволил ему уйти специально. Дэрналл спасся, чтобы довести до конца свой изначальный замысел - поймать в двойную ловушку Вайти Джейно, а также Хадиса. Он намеревался единолично захватить тасунит и город Тасунан, - продолжал Длинный Том.

Именно тасунитом Дэрналл уничтожил дирижабль.

Он спрятал небольшое количество его на корабле. И так велика была мощность этого элемента, подобного радию, но во много раз более сильного, что, когда его пустили в ход, он сжег и уничтожил воздушный корабль, несмотря на то, что в обычных условиях дирижабль считался невоспламеняемым.

- Дэрналл задумал взойти на трон в качестве императора скрытого в пустыне города, - закончил свою речь Длинный Том.

- Все это отчасти верно, - заметил Док. - Но только не Карсон Дэрналл был настоящим Всеведущим.

- Это совпадает с моими собственными выводами, -сказал мистер Кассан. - Но он умер вместе с остальными в затопленном туннеле. Мы, тасунанцы, в большом долгу перед вами. Вы получите столько этого вещества, которое вы называете тасунитом, сколько пожелаете. Оно принесет вам много миллионов.

Док улыбнулся и покачал головой.

- Это очень мощное и опасное вещество, мистер Кассан. Лишь совсем небольшое количество можно безопасно вывезти отсюда. Я посоветовал бы вам добывать его из засыпанного туннеля только маленькими порциями. Лично для себя я не возьму ничего, но я был бы признателен вам, если бы ваши люди послали немного тасунита в различные медицинские учреждения и больницы, которые я вам назову. Оно там пригодится, так же, как и радий. Хотел бы также заметить, что Рэйнон и Дэнтон Картерисы заслуживают большого вознаграждения.

Мистер Кассан был в отличном расположении духа.

- Они получат все, что только пожелают, - великодушно бросил он. - Но мы забыли кое о чем очень важном. Как же насчет Всеведущего? Кто он?

- Прошу вас, пройдемте со мной, мистер Кассан, - сказал Док.

Войдя в черный шатер, Док приподнял цветастую шаль.

- Да будет милостив Аллах и да сжалится он над ее душой, - пробормотал мистер Кассан.

Оставшаяся снаружи Пат вдруг спросила:

- А что же случилось с леди Фазэран?

Рэйнон Картерис стоял с мрачным видом. Выразительное лицо Дэнтона Картериса свидетельствовало о том, что он опасается самого худшего.

Док Сэвидж вышел из черного шатра вместе с мистером Кассаном и остановился рядом с братьями Картерисами.

- Если вы пойдете со мной, - сказал Человек из бронзы, - мы сможем подтвердить одну мою догадку. Пат, ты останешься здесь, пока мы не вернемся.

Пат Сэвидж была такой же, как и все женщины.

Как только небольшая компания удалилась, она проскользнула во входное отверстие черного шатра. Ее взгляд упал на пару маленьких ног, торчавших из-под великолепной шали.

Пат вздохнула и прижала руки к губам.

- Так вот в чем дело, - произнесла она, и слезы показались у нее на глазах. - Вот почему Дек был так таинственен.

Док Сэвидж вытащил из вьюка, составляющего часть привезенной Дюжуном Кадо поклажи, плоский квадратный металлический ящик. Этот ящик был одним из упавших обломков дирижабля, и Док спрятал его в песках. Он, не открывая его, привез ящик с собой, когда вместе с Длинным Томом появился в лагере бедуинов под видом приехавшего из Алеппо сирийца.

И вот теперь Док достал из ящика несколько кусков толстого стекла. Они были разрезаны так, что напоминали части картинки-головоломки.

Док сложил их. Возникло изображение очаровательной стройной женщины с поднятой вверх рукой. Четко можно было различить силуэт лица: прямой носик, решительный подбородок... Изгиб шеи был каким-то странным, необычным. Док объяснил его обстоятельствами, при которых появилось это изображение на витрине музыкального магазина.

Два брата Картериса только одно мгновение всматривались в силуэт. Рэйнон положил руку на плечо старшего брата.

- Нет никаких сомнений, это Сэтира, - медленно произнес он. - Она искала вашей помощи, Док, а нашла свою смерть. Но кто... Кто же эта женщина, которая лежит мертвая в шатре?

- Под именем Мэриан Легорд она была известна как секретарь вашей сестры и жена Карсона Дэрналла, - ответил Док Сэвидж. - Ваша сестра не знала, кем на самом деле была эта женщина. Дэрналл был под каблуком у своей жены. Но женщина не могла пользоваться авторитетом у бедуинов, поэтому она позволила ему занять ее место в качестве Всеведущего.

- Моя сестра... - пробормотал Дэнтон Картерис, падая на свои худые колени. Его рука благоговейно коснулась стеклянной пластины. - Она умерла, пытаясь помочь нам.

- Это стекло будет похоронено со всеми почестями, принятыми в Тасунане, - сказал мистер Кассан. - А Всеведущий лежит мертвый в черном шатре. Вероятно, бедуины сочли именно ее ответственной за разыгравшуюся под землей катастрофу.

Чуть позже мистер Кассан предложил Доку Сэвиджу и его друзьям: Хотите быть гостями Тасунана, пока вы находитесь здесь?

- О, возможно, меня снова похитят! - с надеждой воскликнула Пат Сэвидж.