155763.fb2
Едва я успел произнести эти слова, как Кейт уже шагала через пляж, прочь от корабля, от остальных пассажиров, к лесу. Я пристроился рядом, пока она, широко шагая, пробиралась среди пальм.
— Куда это вы? — спросил я.
— Мы должны обследовать остров.
— Капитан не хотел, чтобы мы бродили по нему.
— Он говорил не так.
— Для меня это прозвучало именно так.
— Нет. Он сказал, надо, чтобы нас сопровождал член экипажа, если мы отправимся в глубь острова. Вы член экипажа?
— Вы же знаете, что да.
— Вы сопровождаете меня.
— Нет, не сопровождаю. Я не иду.
— Тогда до свидания.
Мы уже оставили пальмы позади и оказались теперь в бамбуковой роще, желтые узловатые стволы были с меня толщиной и высились над землей метров на тридцать. Белый песок сменили земля и папоротники. Перед нами вставал сплошной зеленый полог леса. От одного вида его у меня дыхание перехватило.
— А как насчет мисс Симпкинс? — крикнул я.
— Она? Она будет спать еще несколько часов. Она просто чемпион по спанью.
Никудышная компаньонка из нашей мисс Симпкинс.
— Послушайте, вы не можете бродить здесь в одиночку!
— Вы собираетесь остановить меня?
— Да.
— Как? — Она остановилась и смотрела на меня с искренним интересом. — Схватить и волоком тащить обратно?
Я покраснел при одной мысли об этом.
— У вас есть наручники? — пожелала выяснить она.
— Нет, конечно!
— Вам придется потрудиться, если я стану сопротивляться.
— Думаю, что придется.
— Полагаете, вы сможете перекинуть меня через плечо и нести? — Она мгновение размышляла над этим. — Не уверена, что вам это удастся, да будет мне позволено сказать. Или же вам придется волочить меня по земле. В самом деле, трудно вообразить, как вам удастся доставить меня обратно, пока я сама не захочу.
Я против воли улыбнулся:
— Я надеялся, что вы прислушаетесь к моим доводам.
— Доводам… — повторила она. — А как вам вот этот довод: это тот самый остров, который видел дедушка. Существа летали вокруг этого самого острова. Помните, он видел, как новорожденный упал в лес. Если он погиб, где-то здесь должны были остаться кости. И наверняка были и другие погибшие. Скелеты, Мэтт, вот что мне нужно.
— Замечательно, но мы не можем блуждать по этому лесу. Это небезопасно.
— Совершенно безопасно. — Она продолжала идти.
— Мисс де Ври, я должен настаивать, чтобы вы вернулись.
— Со мной все будет в порядке! — крикнула она через плечо, весело помахав рукой. — Не волнуйтесь за меня.
Я сложил руки на груди и улыбнулся. Она остановится. Когда поймет, что я не собираюсь бежать следом, она иначе посмотрит на то, чтобы в одиночку соваться в этот лес. А она уходила все дальше, не выказывая никаких признаков нерешительности. Она проскользнула между каких-то густых веток, и я вообще потерял ее из виду.
Я начал считать. До десяти — она подглядывает из-за кустов, смотрит, не иду ли я.
Двадцать — она не появилась.
— Проклятье, — пробормотал я, кидаясь вдогонку.
Листва здесь была такая густая и плотная, что неба было не видно. Влажный воздух давил мне грудь. Огромные деревья, похожие на сосны, с тонкими никнувшими ветвями, щетинились покрытыми колючками цветами. Кругом папоротники, ветки, лианы, сверкающие лепестки. Рядом с пронзительным криком промелькнул попугай, ало-зеленый. В благоухающей жаре звенели насекомые. Я искал просвет среди деревьев, кусочек неба над головой, и мечтал вырваться отсюда. Хотел просто увидеть горизонт.
— Замечательно, вы все-таки решили пойти, — сказала Кейт, едва бросив взгляд через плечо и продолжая идти.
— Мисс де Ври…
— Вы сказали, что не будете больше так меня называть.
— Вы не слишком много путешествовали, вы сами так говорили. Но я побывал везде. — Я изобразил улыбку, как надеялся, искушенного и пресыщенного знатока. — Я бывал в тропиках, и там есть такое, о чем вы даже никогда и не слышали. Всякие дикие звери…
— Я действительно читала об этом, — живо ответила она, ударяя по листьям сложенным зонтиком. — Мы не должны наткнуться на кого-нибудь уж слишком ужасного. Множество птиц. Летучие мыши. Сцинки. Ящерицы. Большие жабы. Нам не встретится никакое крупное млекопитающее, никаких тигров, львов или медведей. Ну, может, дикая свинья.
— Откуда вы можете это знать? — спросил я, подстраиваясь к ее шагу.
— А как вы думаете? Мой дедушка летал над Тихим океаном, и я хотела знать все о том мире, который он видел. Я читала об Океании. Особенно после того, как прочла его журнал. Я разглядывала изображения и запоминала названия животных, деревьев, трав. А что еще мне оставалось делать?
Она с вызовом глянула на меня, словно ждала возражений.
— А как насчет змей? — спросил я, наставляя на нее палец. — Питоны!
— Не водятся.
— Боа констриктор?
— Нет.
— Анаконда!
— Это в Южной Америке. Здесь не найдешь вообще никаких змей.
Она умела вывернуться, это верно. Но я еще не закончил.
— И все же остановитесь на секунду, хорошо? На этом острове могут оказаться люди, — сказал я зловеще. — И кто сказал, что они рады будут нас видеть?
Она даже не замедлила шага.
— Верное замечание. Но мы не должны подчиняться своим страхам, Мэтт Круз. У нас есть долг, у вас и у меня.
— Долг?
— Перед наукой, безусловно. Если на этом острове есть кости, мы должны найти их.
Я вздохнул. Я по-прежнему был далеко не уверен, что эти крылатые создания существуют на самом деле. Но я видел, что она просто одержима желанием найти их, и прекрасно знал, что не могу бросить ее одну. «Да, мисс Симпкинс, я видел, как она скрылась за деревьями. Нет, я не пошел за ней. Зачем? Она казалась вполне самостоятельной. Я совсем не испугался за нее, о нет».
— Это большой остров, Кейт, — начал понемногу сдаваться я. — Вы не сможете обследовать его весь. Откуда вы собираетесь начать?
— Мы уже начали, — ответила она. — Скелеты могут оказаться где угодно, если эти существа падали с неба. Конечно, их могли растащить хищники. Однако это маловероятно, на острове, наверное, нет достаточно крупных млекопитающих. — Маленькие морщинки появлялись над бровями, когда она размышляла. — Но все животные едят падаль. Значит, под деревьями с птичьими гнездами или в местах обитания сцинков и ящериц. — Она помедлила. — Забавно звучит. Сцинки и ящерицы.
Теперь мы шли в гору, и она немного запыхалась оттого, что шла и говорила одновременно. Жара стекала с деревьев и веток. Спина у меня взмокла. Сердце норовило выскочить из груди. Никогда я не слышал такого птичьего гвалта. Пернатые щебетали, свиристели, кричали и ухали без остановки. Достаточно было только глянуть вверх, чтобы увидеть пролетающий пучок ярких перьев и стремительно мелькнувшее пышное оперение хвоста, и едва ли не на каждом шагу какая-нибудь из них ухитрялась тебя обгадить. Они были нахальные и явно не боялись людей, потому что сидели и глазели на нас, пока мы не подходили совсем близко, с треском проламываясь сквозь заросли. Какой-то воинственный маленький попугайчик подпустил меня почти вплотную, прежде чем упорхнуть.
— Вы устали носить эту книгу, — сказал я. Она тащила ее в дамской сумочке с плетеным ремешком через плечо.
— Она не тяжелая, — ответила она, пожимая плечами.
Я ждал, когда Кейт устанет. Платье ее было, похоже, хлопчатобумажное, достаточно легкое, но оно доходило ей до лодыжек, и она одной рукой подбирала подол, чтобы идти было удобнее. Она просто обязана была устать и запроситься обратно, на обдуваемый ветерком тенистый берег. Но она не просилась. Я восхищался ее стойкостью. Когда было нужно, она карабкалась на скалу или взбиралась на небольшие холмы. И продолжала идти.
Я вовсе не был уверен, что в этом есть некий смысл, но какая-то частичка меня рада была двигаться, я хотел быть занятым, а не лежать тихонько в койке, привязанной к земле. Каждые несколько минут я оборачивался, чтобы сориентироваться, так что найти дорогу назад мы сможем. Однако вообще-то едва ли это было нужно. Я хорошо чувствую направление, будто в черепе у меня кусок магнитного известняка. Можно меня раскрутить, и я укажу вам направление, не открывая глаз.
Кейт не оглянулась ни разу. Ее интересовало только то, что впереди. Глаза ее шарили по земле, и она часто останавливалась и вставала на колени, чтобы раздвинуть папоротники и поближе рассмотреть что — нибудь. Иногда она глядела вверх, в кроны высоких незнакомых деревьев, или просто прислушивалась. Казалось, она знала, что делает, но пока мы не увидели никаких костей, ни больших, ни маленьких.
Наступил полдень, и стало еще жарче. Воздух был густой и ароматный. По моим вискам тек пот. Хотел бы я, чтобы мы захватили с собой воду. Но мы не взяли ничего. И ничего не планировали. Мы просто брели по тропическому лесу в поисках скелетов существ, которых, может, и не было на свете. Через пару часов я должен буду вернуться. Кейт, похоже, вовсе не интересуют мой долг и мои служебные обязанности.
— Если мне удастся собрать кости для воссоздания скелета этого существа, представляете! — говорила она. — Рисунки, фотографии — это, конечно, тоже превосходно. Но Зоологическое Общество может не придать им значения. «Подделка, вроде эльфов, — могут заявить они, — вроде того пугала из Лох-Несс». Вообразите, какой будет фурор, когда я покажу настоящие кости. «Как вы объясните вот это?» — спрошу я у них. — Она уже видела все это, мысленно прокручивая в мозгу, как киноленту.
— Мне скоро надо возвращаться, — сказал я ей.
— Поворачивайте обратно в любой момент, когда вам надо, — рассеянно отозвалась она.
«Забавно, — думал я, с каждым шагом все больше раздражаясь. — Она не замечает дороги; у нее нет абсолютно никакой надежды самостоятельно выбраться отсюда. Но, может, она знает об этом, так же как знает, что я останусь с ней и буду ее штурманом. И она права». Мне было противно собственное бессилие.
— Вы здесь другой, — заявила Кейт. — На земле, я имею в виду.
Я ничего не ответил.
— Мне кажется, вы здесь более напуганы, чем когда корабль вот-вот должен был разбиться.
— Вы правы, — отозвался я. — Я не люблю быть на земле. Я не чувствую себя здесь дома.
— Вы думаете, это потому, что вы родились в воздухе? — спросила она, разглядывая меня, будто иллюстрацию в учебнике.
Я не ответил. Мне не очень понравилось, что она назвала меня напуганным.
— Я не могу вернуться без вас, — нетерпеливо сказал я. — Вы заблудитесь.
— Со мной все будет в порядке.
— Тогда в какую сторону нам идти обратно?
Она помолчала, хмурясь, будто все это была совсем бесполезная глупость.
— Я еще не готова возвращаться.
— Но когда надумаете.
Она вздохнула:
— Я знаю дорогу.
— Тогда покажите.
Подбородок ее вздернулся, а ноздри сузились. Я попытался сузить свои тоже. Не уверен, что у меня получилось.
— Туда, — бросила она.
Я едва не присвистнул от удовольствия.
— Совсем неправильно. Вы промахнулись градусов на сорок, если не больше.
— Сорок градусов, — пренебрежительно пробормотала она. — Я просто пойду вниз по склону. И приду обратно к берегу.
— Берег большой.
— Значит, обойду вокруг острова.
— Проще сразу знать, куда идешь.
Мы смотрели друг на друга. Я ждал, что она спросит меня, в какую сторону идти, но она не спросила.
— Слышите? — сказала она. — Вода.
Неподалеку был довольно приличный ручей, наполовину укрытый в папоротниках. Я прикинул, что это тот самый, впадавший в нашу лагуну. Мы опустились на колени, чтобы попить. Вода была чистая и холодная.
— Ну, это все упрощает, не так ли? — беспечно заявила Кейт. — Мы просто пойдем вдоль этой речки, а когда будем готовы возвращаться, она приведет нас прямо к берегу. Видите, теперь мы точно знаем, как выбираться.
— Я и так знал.
— Может, лучше вы опять станете называть меня мисс де Ври? Я не привыкла, чтобы со мной так дерзко разговаривали. — На миг я подумал, что она говорит серьезно, но тут же заметил огоньки, плясавшие в ее глазах. — Вы совершенно правы. Я абсолютно безнадежна в смысле ориентирования. Мне повезло, что вы со мной.
Я поскреб щеку, глядя в лес.
— Я не боюсь здесь, — сказал я. — Дело совсем не в этом.
— Я не имела в виду, что вы напуганы. Я просто подумала, как интересно, что вы скорее чувствуете себя как дома в небе, а не на земле. Большинство людей — совсем наоборот. Вот и все. Это на самом деле просто очаровательно.
— Так теперь я очаровательный, да? — усмехнулся я.
— Конечно.
— Я просто люблю ощущать движение. А на земле мне кажется, что я не двигаюсь никуда. Я просто не могу оставаться неподвижным. Как акула: если не буду двигаться вперед, не смогу дышать.
— Акула, — повторила она, вскинув бровь. — Ничего себе сравнение. Не сказала бы, что вы так уж похожи на акулу. Опасный, хищный людоед мистер Круз!
— Надеюсь, что нет, — покраснел я. — Я имел в виду только ходовую часть.
Мы пошли дальше и через полчаса добрались, похоже, до какого-то плато. Сквозь полог леса стало пробиваться больше света. Птицы здесь были просто огромные, и я уже начал привыкать, что они над самой головой: их быстрые тени скользили надо мной, заслоняя солнце.
Кейт вздохнула и впервые казалась приунывшей.
— Ничего, — произнесла она.
— Остров большой. Чтобы его по-настоящему обследовать, нужны годы.
— А у нас их нет.
— Может, найдется время еще для одной вылазки.
Я сам не мог поверить, что это говорю я. Просто она выглядела такой упавшей духом, и мне захотелось подбодрить ее. Но теперь она снова улыбалась мне, и у меня появилось смутное ощущение, что меня провели.
— Правда? — воскликнула она. — Вы сходите со мной еще разик?
— Если будет время, — промямлил я. — Может быть. Я не могу обещать.
— Спасибо вам огромное. Я знаю, вы постараетесь. Ну что же, думаю, нам скоро пора возвращаться. Я не хочу, чтобы у вас были неприятности.
— Не сомневаюсь, что именно это главное для вас, — съязвил я.
Что-то скользнуло у моей ноги, и я поспешно попятился.
— Мне кажется, вы говорили, что здесь нет змей.
Змея мирно свернулась клубком под большим листом папоротника. Она казалась такой безобидной и маленькой, всего несколько дюймов, не больше, и такой красивой; ярко-красный — странный цвет для змеи, среди всей этой зелени ее нельзя было не заметить. Любая хищная птица разглядит за милю. Тонкое маленькое жало мелькало в воздухе. Это была не анаконда, не королевская кобра, не удав — этих змей я видел, и от них хотелось убраться подальше.
— Не двигайтесь, — побледнев, произнесла Кейт.
— Что?
— Я думаю, она ядовитая.
— Эта мелочь?
И тут эта тварь прыгнула, самым недружелюбным образом. Она оттолкнулась как-то боком и по дуге взлетела в воздух, прямо мне в лицо. Кейт взвизгнула, и я тоже заорал нечто не слишком вежливое и отшатнулся. Змея приземлилась меньше чем в метре от моих башмаков. Мы с Кейт отскочили подальше, а этот красный маленький дьявол взлетел снова, точно попрыгунчик, которому и земли-то не нужно касаться. Я не мог развернуться и бежать, так как боялся, что эта штука вскочит мне на спину, а я и знать не буду. И я пятился, прикрывая собой Кейт. Змея опять прыгнула и на этот раз приземлилась на носок моего ботинка. Я, как футболист, изо всех сил поддал ей ногой, она, вращаясь, пролетела по воздуху и шлепнулась в какие-то дальние заросли.
— Ее больше нет. Все хорошо, — пропыхтел я, пригнувшись и, выставив перед собой руки, вглядываясь в заросли. Не было видно ничего, разве что листья чуть шевелились.
— Правда, прелестная крошка? — Я начал нервно хихикать.
— Я уверена, она просто хотела поздороваться, — добавила Кейт и тоже хихикнула: — Не забыть бы прихватить такую для мисс Симпкинс.
— А кстати, здесь ведь нет змей, — напомнил я ей. — Совершенно точно.
— Ну, их здесь не должно было быть, — упрямо заявила она.
— Откуда тогда вы знали, что эта — ядовитая?
— Я точно уверена, что видела ее в книжке. — И тут Кейт снова издала вопль.
Я крутнулся на месте и увидел, как змея выползла из папоротников и прыжками быстро движется к нам. На этот раз мы повернулись и побежали. Кейт высоко поддернула подол платья и зажала его в кулаке, чтобы не мешал шагать широко. Каждый раз, когда я оглядывался, змея была тут как тут. Мне хотелось смеяться и кричать одновременно. Эта маленькая тварь была нелепой, но ужасной, и она нагоняла нас.
— Дерево! — выдохнула Кейт, направляясь к невероятно огромному дереву с могучими ветвями.
— Это безопасно? — прокричал я.
— Думаю, да.
— Думаете?
— Змеи не умеют лазать.
Мне казалось, это не совсем так, но Кейт уже была возле дерева и пыталась взобраться на нижнюю ветку.
Та была метрах в двух от земли, и ботинки мисс де Ври скользили по стволу, и еще мешали юбки. Я глянул через плечо — наш красный маленький приятель направлялся к нам, и ему оставалось всего два-три прыжка до трогательной встречи. Я сгреб Кейт за талию и поднял, помогая еще добрым толчком под зад. Ее пятка заехала мне по щеке, но зато она оказалась наверху, и теперь был мой черед.
— Посторонись! — крикнул я. Для меня такой прыжок — ерунда, через мгновение я уже лежал животом на ветке. Маленькая красная змейка внизу подпрыгнула, целясь прямо в лицо, и мне показалось, что она собирается укусить меня в нос. Я отпрянул и поспешил вскарабкаться на ветку и сесть. Змея не долетела нескольких дюймов и шлепнулась вниз, но продолжала прыгать снова и снова, твердо вознамерившись добраться до нас. Она явно была не из тех, кто пасует перед трудностями.
— Может, переберемся на следующую, — предложил я Кейт, кивая на соседнюю ветвь, огромную, толстую и плоскую, горизонтально отходящую от ствола и почти полностью скрытую за целым каскадом свисающих сверху лиан. Добраться до нее было несложно — множество веток поменьше образовали подобие винтовой лестницы.
— Сюда! — Я двинулся по сучкам к большой ветке. Глянув вниз, я не увидел там змеи. Она сдалась.
— Никогда не лазайте по деревьям в длинном платье, — пропыхтела Кейт, карабкаясь следом за мной.
— Я запомню, — пообещал я.
Она снова подняла подол, так высоко, что стали видны подвязки чулок. Я старался не смотреть. Она завязала юбку узлом на бедрах, чтобы не надо было держать ее.
Мы полезли выше. Сжавшись, я просунул голову сквозь занавес из лиан. Что-то твердое задело меня по щеке, и я, охнув, дернулся назад.
— Что? — услышал я вскрик Кейт позади.
Но я не мог ответить. У меня перехватило дыхание. Это было всего в нескольких дюймах от моего лица. Я только таращился на эту голову, что уставилась на меня пустыми глазницами. Клыки в лишенной плоти пасти казались огромными. Я с усилием втянул в легкие воздух.
— Оно мертвое, — сказал я.
Я подвинулся, освобождая для Кейт место на широкой ветке, и она осторожно просунулась сквозь лианы.
— О боже, — выдохнула она.
Это был не просто череп, а целый скелет, скрючившийся на ветке, будто с размаху налетевший на нее. Интересно, давно ли он тут. Мошкара гудела, звенела, плясала в горячем воздухе. Свет косо пробивался сквозь плети лиан. Кости блестели. Когти существа впились глубоко в ствол в последней смертной хватке. Мясо было объедено дочиста, но кости каким-то чудом не распадались, скрепленные между собой высушенными солнцем сухожилиями и окаменевшими обрывками мышц. От его головы до хвоста было, без сомнения, не меньше двух метров. Оно умерло на этой самой ветке. Осталось здесь навсегда, дожидаясь, чтобы его обнаружили.
Я глядел на длинный плоский череп, на изогнутые клыки в верхней и нижней челюстях.
— Это пантера, — сказал я Кейт.
— Нет…
— Или какая-нибудь другая крупная кошка, наверняка.
— Нет.
— Надо уходить отсюда. Поблизости могут быть другие.
— Посмотрите на него, Мэтт.
Я не мог понять, что вижу. Скелет вытянулся вдоль ветки, просел под собственной тяжестью. Я смог достаточно четко различить длинный шишковатый позвоночник, грудную клетку, хоть некоторые ребра и были поломаны или сдавлены. Насчет лап я был не слишком уверен, поскольку они были вытянуты вдоль тела, изломаны под странными углами и их кости смешались с другими.
— Передние конечности, — нахмурился я.
Они были какие-то неправильные. Слишком длинные, особенно нижние кости. Просто бесконечные. И заканчивались не обычной лапой, а тонкими, как прутик, косточками, развернутыми веером. Они обхватили ветку и свешивались с нее по краям. Я никогда такого не видел.
— Это не лапы, — сказала Кейт. — Это крылья.
Она глядела на меня, лицо ее раскраснелось и блестело от пота. Дышала она коротко и неровно.
— Откуда вы знаете? — спросил я. — Как можно сказать, что это крылья? Теперь это просто кости.
Она подобралась поближе к скелету.
— Это пальцы. — Она указала на длинные тонкие косточки. — Они помогают развернуть крыло. Вы когда-нибудь видели скелет летучей мыши? Очень похоже. Это крылья.
Я кивнул, вспомнив рисунки в журнале Бенджамина Моллоя. В голландской Ост-Индии я видел гигантских летучих лисиц. У них размах крыльев иногда достигал двух метров, но тело было не больше, чем у крысы. Это существо было намного, намного больше.
— Это не летучая мышь, — сглотнув, выдохнул я.
— Нет.
Одна и та же мысль, должно быть, была в головах у нас обоих, но я еще не готов был вслух произнести это.
— Но как существо такого размера могло летать? — спросил я.
Кейт наклонилась поближе и осторожно подняла большой осколок сломавшегося ребра, лежащий на ветке. Она улыбнулась и протянула его мне. Когда пальцы мои сомкнулись на нем, рука непроизвольно дернулась кверху, потому что я ожидал большей тяжести. Эта кость была невесомой. Я держал ее на ладони и едва чувствовал это.
Кейт забрала осколок.
— Смотрите. — Она повернула кость сломанным концом ко мне. В косых лучах света я разглядел, что кость внутри неоднородная. Она была похоже на соты — воздух и тоненькие распорки.
— Как у птиц, — пояснила Кейт. — Чтобы облегчить вес. Понимаете, если все его кости полые, оно не должно было весить очень много. И эти крылья. Я все пытаюсь представить их распахнутыми. Каждое больше метра, как вы думаете? Двухметровый размах?
— Больше. Три метра, я бы сказал.
— Достаточно, чтобы летать?
Я кивнул:
— Подходящие крылья, чтобы удерживать его в воздухе.
Глаза ее округлились.
— И посмотрите. — Она указала на грудную клетку существа. — Посмотрите на его грудину, видите, на ней подобие киля.
— Чтобы соединить ребра и усилить их. — Я знал, для чего нужен корабельный киль.
— И дать силу крыльям, — добавила Кейт. — Именно к ней крепились все мускулы. Птицы — единственные существа, у которых есть такое.
— Откуда вы все это знаете?
— Книги, — сказала она.
Я снова взглянул на скелет:
— Значит, вы говорите, что это какая-то разновидность крупной птицы?
— Вовсе нет. В птичьем крыле пястные косточки все сросшиеся и выглядят как один палец. У этого существа их явно пять.
Я непонимающе потряс головой.
— Неважно, — заявила она. — Но посмотрите на череп. Если это птица, где ее клюв? Знаете ли вы хоть одну птицу с такими челюстями и зубами?
— Или с длинным хвостом, — добавил я, глядя на ряд тонких позвонков, вытянувшихся вдоль ветки. Мне захотелось еще раз потрогать его. Я взял сломанное ребро и опять ощутил его невесомость. Себя я тоже чувствовал невесомым и ужасно голодным. Скоро ветер унесет меня прямо с этой ветки в небо.
С тех пор как я спал в последний раз, пираты захватили «Аврору» и сбили ее. Корабль совершил вынужденную посадку на необитаемом острове, и в ветвях дерева мы с Кейт нашли скелет какого-то странного существа. У него крылья летучей мыши, полые, как у птицы, кости и голова пантеры. Оно ни на что не похоже. Я прикоснулся к высохшему твердому черепу. Я не знаю ни чем оно было, ни как называлось.
— Это один из тех, — заговорила Кейт. — Именно так он описал их в журнале. Вы же видите, разве нет?
Я вспомнил подробные изображения скелетов, сделанные ее дедом. Человек. Летучая мышь. И фантастическое существо. Оно оказалось в точности таким, как он представлял.
— Да, — сказал я.
— Они настоящие, верно? — продолжала Кейт.
Я кивнул.
— Они существуют. Действительно существуют. — Она не отрывала глаз от скелета. И плакала.
— Что случилось? — спросил я.
— Он был прав, — выговорила она. — Дедушка.
Я удивленно кивнул. Неужели она когда-нибудь сомневалась в нем? Она всегда казалась такой уверенной. А может, это просто облегчение, волнение и усталость вырвались наружу. Я и сам готов был заплакать. Кейт вытерла глаза, шмыгнула носом. Мне хотелось прикоснуться к ней, но я не осмелился.
— Очень не хочется портить его, — сказала она. — Он совсем целый. Но мне нужны кости. Сначала я должна сфотографировать его. Точно в том виде, как мы его нашли. Тогда мы будем знать, как потом сложить кости снова. Еще можно пронумеровать их. — Эта идея ей понравилась. — Да, мы их пронумеруем. У меня с собой специальный восковой карандаш, он должен пригодиться.
— С собой?
— Ну да.
Похоже, нет конца всяким научным принадлежностям, взятым ею с собой. Удивительно, как все это влезло в орнитоптер, что доставил ее на «Аврору».
— Вы сможете снова найти это место, ведь правда?
Я не сумел сдержать улыбку.
— Ну, на самом деле я не обращал внимания, где…
— Ой, не шутите! — вскрикнула она, хватая меня за руку.
— Да, — сказал я, — да, я смогу привести вас сюда.
Она выпустила мою руку. Мне понравилось, как она ее пожала.
— Но тащить сюда камеру и всякие приспособления будет нелегко. Я предлагаю взять еще кого-нибудь.
— Нет. — Она произнесла это очень решительно, и я не понял. — Мы не скажем никому.
— А капитану?
Она с серьезным видом покачала головой.
Я рассмеялся:
— Уж капитану-то, по крайней мере, мы должны сказать!
— Почему? Разве это имеет отношение к кораблю?
— Но…
— Это совершенно не связано ни с кораблем, ни с его безопасностью.
— Думаю, нет, но зачем держать это в тайне?
Лицо ее сделалось суровым — такой я еще ее никогда не видел.
— Если мы вернемся и расскажем капитану, вы знаете, что будет. Он запретит нам возвращаться сюда и фотографировать.
— Не знаю.
— Или, в лучшем случае, он пошлет кого-нибудь из команды собрать и принести кости, и их у меня отберут. Скажут, чтобы передать в надежные руки. Пусть такими вещами занимаются специалисты.
— Капитан — порядочный человек.
— Не сомневаюсь. Но вспомните письмо, что мне прислали те важные джентльмены из Зоологического Общества. «Обратитесь к более подходящим для леди занятиям». Они заберут их у меня, и я ничего не смогу поделать. Это наше открытие, Мэтт. Если мы скажем им, они отберут его. Они считают нас детьми.
Она говорила дело.
— Пообещайте мне, что не скажете.
Я некоторое время не отвечал, и мне было не по себе. Она словно заставляла меня выбирать между ней и капитаном, ней и моим кораблем. Но, возможно, она права: строго говоря, все это не имеет отношения к «Авроре». Это совершенно другое.
— Значит, мы просто вернемся на корабль с большим мешком костей.
— Глядите, вот все, что мы насобирали!
— Никто не будет знать, что внутри.
— Едва ли они обрадуются лишнему грузу на борту.
— Он будет легким, — усмехнулась она. — Я освобожу местечко в одном из своих чемоданов.
— Ладно, — решился я. — Секрет.
— Наш секрет, — добавила она. — А когда я вернусь домой, я свяжусь с Зоологическим Обществом. У меня будут фотографии, кости, журнал. Они должны будут поверить мне, а значит, и дедушке.
«Аврора» еще лежит на берегу, будто выброшенный кит, но для Кейт возвращение домой было несомненным. Она мысленно уже перескочила через время, перенеслась даже не к моменту возвращения, а к мигу будущей славы. Интересно, где буду в это время я.
— Ужасно не хочется оставлять их, — заявила она. — Страшно, а вдруг их не окажется, когда мы вернемся.
— Никуда они не денутся.
Глядя на скелет, я представил себе мускулы и сухожилия, соединявшиеся с этими костями, и кожу и мех поверх всего этого. Я смотрел на череп и видел широко раскрытую пасть и живой огонь, горящий в глазницах. Закричала птица, и я вздрогнул.
— Пойдемте, — сказал я, — надо возвращаться.